позволившим ФРГ получить новый статус на международной арене.
Натовские планы Гелена
Вслед за вступлением Германии в НАТО за удивительно короткое время многие ключевые посты в Североатлантическом союзе оказались заняты немцами. Генерал Ганс Шпейдель, который в свое время возглавлял делегацию Германии на переговорах об условиях вступления страны в НАТО, в 1957 году стал первым немецким генералом, под началом которого находились американские, британские, французские, бельгийские, голландские и датские части этого блока. Он пробыл в этой должности до 1964 года. Адмирал Фридрих Гуггенбергер стал членом военного комитета НАТО в Вашингтоне, а через два года генерал Адольф Хойзингер стал председателем этого комитета. Гелен не терял понапрасну времени, стараясь внедрить своих людей на ключевые посты в натовских структурах, например в Главном штабе союзных держав в Европе. Как только в этих структурах появились немецкие офицеры, Гелен добился того, чтобы ими стали его бывшие сотрудники. Например, полковник Хеннинг Штрумпель, который, как и генерал Хойзингер, имел честь был геленовским почетным советником в первые дни существования Пуллаха, а позднее перешел в военное ведомство Западной Германии. Штрумпель стал заместителем британского генерал-майора Чарльза Тревора, заместителя главы Генерального штаба союзных держав по разведке. Другой бывший пуллаховец, полковник Гейнц Коллер Краус, был назначен главой тыловой службы. В последующие годы ключевые натовские посты занимали еще несколько других ставленников Гелена.
В 1957 году Гелен — начал прощупывать почву, пытаясь выяснить, удастся ли пролезть в НАТО ему самому. А метил он, разумеется, прямехонько в кресло главы натовской разведки. Отлично понимая, что это его желание не вызовет у многих стран особых восторгов, Гелен, как опытный шахматист, тщательно просчитывал каждый ход, и не один, а на несколько шагов вперед. Аденауэр обратился с просьбой к генералу де Голлю, высказав пожелание, чтобы французский представитель в НАТО поддержал кандидатуру Гелена. Сам Гелен не сомневался в том, что его также поддержит Даллес, и оказался прав в своем предположении. Но прежде всего он нуждался в поддержке со стороны глав объединенного штаба США, а также генерала Лориса Норстада, в ту пору Главнокомандующего силами союзников в Европе. Даллес договорился о том, чтобы Гелен приехал в Вашингтон для встречи с американскими военными и главами разведслужб.
Визит этот состоялся в конце июля. Это был первый и единственный вояж Гелена за пределы страны после 1945 года, когда американцы привезли его в Вашингтон. Правда, по большому счету, тогда он считался военнопленным. На сей раз прием в Вашингтоне был совершенно иным. Гелен побывал на нескольких обедах и приемах. Причем обычно он настаивал на том, чтобы приглашенных было как можно меньше и чтобы в числе гостей не было ни политиков, ни репортеров. В качестве сопровождающего Даллес приставил к Гелену полковника Мэтью Бёрда, заведовавшего подготовкой кадров ЦРУ. Вместе они совершили инспекцию разведшкол ЦРУ и военной разведки, где Гелен имел возможность ознакомиться с последними техническими новшествами, которые в ту пору широко брались на вооружение американскими спецслужбами. Несколько дней Гелен провел в разведколледже города Монтеррей, штат Калифорния. Он также выразил желание поработать с богатейшими военными архивами гуверовского фонда при Стэнфордском университете. Надо сказать, что там он пережил несколько неприятных для себя минут. Оказалось, что в архиве хранится немалое количество фотокопий документов его родного «восточного отдела». Правда, большинство сводок о положении дел в СССР тогда все еще проходили под грифом «совершенно секретно» и поэтому не были представлены в архиве.
По возвращении домой Гелен рассчитывал сесть в кресло главы объединенной разведки НАТО, штаб-квартира которой располагалась в Фонтенебло, под Парижем. Его назначение должен был рассмотреть Военный совет. Рекомендация исходила от американских, французских и немецких представителей, хотя последние проявляли крайнюю сдержанность. Дело в том, что у новоявленных бундесверовских генералов, в том числе и таких, как полковники Вессель и Зельмайер (теперь они возглавляли, соответственно, военную разведку и контрразведку), сложились с Геленом довольно натянутые отношения, и все потому, что он постоянно посягал на вверенную им территорию. Так что принятие окончательного решения откладывалось несколько раз из-за резкой оппозиции со стороны Англии, Канады, Нидерландов, Дании и Норвегии. По мнению представителей этих стран, было бы по меньшей мере странно доверить защиту либеральных западных ценностей бывшему начальнику гитлеровской разведки. Козырями Гелена стали два совершенных им в 1956 году подвига, а также та постоянная помощь, которую Пуллах по собственной инициативе оказывал натовской разведке.
Хрущев срывает маску со Сталина
В феврале 1956 года Хрущев произнес свою знаменитую речь на XX съезде КПСС. В ней он разоблачил Сталина и сталинизм, показал истинное лицо советских органов госбезопасности, заклеймил Берию как чудовища и предателя. Хрущев призвал к либеральным реформам в области управления страной, с тем чтобы наконец мог открыто зазвучать голос общественного мнения, чтобы высвободить интеллектуальный и творческий потенциал страны. Но еще более удивительным, нежели разоблачение Сталина, стало заявление Хрущева о том, что СССР как лидер мирового коммунизма отказывается от претензий на непогрешимость. Эпоха построения социализма в одной отдельно взятой стране прошла, заявил он, теперь существует целый ряд социалистических государств и каждое из них имеет право изобретать свой собственный тип социалистического общества. Казалось, что впервые за тридцать лет Москва отказывается диктовать условия своим сателлитам.
Хрущев произнес свою речь на закрытом заседании, причем постоянно подчеркивал, что «нельзя позволить, чтобы сказанное вышло за стены съезда, особенно в газеты, если мы, конечно, не желаем давать оружие в руки собственному врагу». Тем не менее краткое изложение речи главы СССР просочилось в прессу, главным образом, благодаря заявлению, сделанному лидером итальянских коммунистов Пальмиро Тольятти газете «Уни-та» по возвращении домой. Судя по всему, западные спецслужбы получили задания от правительств своих стран во что бы то ни стало добыть полный текст речи Хрущева.
Но ни ЦРУ, ни британской разведке это не удалось. Зато удалось Гелену — именно он получил полный текст выступления советского генсека уже в ближайшие после съезда недели. Гелен передал его Аллену Даллесу, а тот — своему брату. Госдепартамент опубликовал его 4 июня, и это тотчас же стало мировой сенсацией. Как Гелен сумел провернуть подобную блестящую операцию, до сих пор неясно. Впрочем, на этот счет существуют и кое-какие догадки.
В 1950 году Гелен внедрил своих первых агентов на территорию Югославии. Среди них был и некто «доктор Вебер», работавший, как обычно, под маской немецкого коммерсанта. На самом же деле под этим именем скрывался бывший офицер абвера капитан Андреас Цицельбергер, который во время войны служил в штабе абвера на
