всех направлениях продолжало оставаться ожесточенным, и накал боев не спадал. Да, боевики несли большие потери, но, тем не менее, у них оставалось достаточно сил и средств, чтобы вести боевые действия с большей интенсивностью. Это лишний раз подчеркивало, сколь тщательной и продуманной была первоначальная подготовка города к обороне. По-прежнему сохранялось общее руководство всеми отрядами НВФ на каждом из тех направлений, где велись бои. Участвующие в штурме солдаты и офицеры армии и внутренних войск отмечали слаженность действий боевиков, их четкое взаимодействие. Хорошо налаженная организация огня, заранее подготовленные укрепленные позиции, отличное знание города, его коммуникаций позволяли сепаратистам до поры до времени успешно сопротивляться “на всех фронтах”. При этом было ясно, что и катастрофического недостатка боеприпасов у боевиков не было. В течение длительного времени накануне штурма они устроили множество складов и схронов с боеприпасами по всему городу.
Оборона на наиболее важных участках оставалась хорошо укрепленной и подготовленной и, как правило, строилась в два эшелона. При этом во втором эшелоне располагались радикальные ваххабиты, которые принуждали остальных боевиков к активному ведению боевых действий, в связи с чем между ними и представителями традиционного ислама стали возникать стычки и конфликты. Возможно, этим объясняется то ожесточенное сопротивление, которое встречали войска по мере продвижения по городу. Боевики, бьющиеся на переднем крае, были зажаты меж двух огней, и в их действиях нередко просматривалась обреченность, которая бывает у людей, поставленных в безвыходное положение.
Михаил Паньков, в 1999–2000 гг. командующий группировкой внутренних войск на территории Северо-Кавказского региона РФ:
“Судя по тому, что было такое длительное сопротивление, можно сделать однозначный вывод: подготовка к обороне была заблаговременная. Боевики надеялись нанести большой урон федеральным силам в городе, как это было в первую кампанию, чтобы подавить моральный дух солдат, показать себя. Система обороны была организована, управление налажено, боеприпасами бандформирования были обеспечены, не говоря уж о средствах связи. Но, изменив тактику, отказавшись от массированного применения техники при штурме города, действуя штурмовыми отрядами, мы сломали все их планы. Для боевиков это стало неожиданностью. Они сразу почувствовали себя неуютно. Они-то готовились уничтожать именно технику, жечь ее. Им нужно было показать себя, что они чего-то стоят. Но у них не получилось. Да, они настойчиво и жестко держались за каждый дом. Каждое направление, где мы наступали, было ими перекрыто, подготовлено. Но мы продвигались по городу, выдавливали их”.
Боевики активно использовали режим переброски своих сил на наиболее опасные участки, где натиск наступающих федеральных войск становился наиболее сильным. Так происходило на подступах к Минутке. Именно в непосредственной близости от площади сопротивление боевиков резко возросло. По разведданным стало известно, что именно сюда, а также на север города из центральных районов были переброшены наиболее подготовленные отряды боевиков, большую часть которых составляли арабские наемники и ваххабиты. Также у командования группировки имелась информация, что боевики по-прежнему имеют возможность производить частичную замену подразделений на позициях. Так, одна из групп, подчиненных Шамилю Басаеву, вышла из города, предположительно 22 января. И напротив, несмотря на блокирование города, отдельным группам боевиков удается проникать в Грозный. На северном направлении, например, 25–26 января было отмечено появление нового отряда боевиков, предположительно — подразделения специального назначения “Борз”, боевики которого были одеты в белые маскировочные костюмы. На вооружении они имели 120-мм миномет. Тактика действий отряда отличалась от действий других групп: бандиты “Борза” действовали по 2–3 человека, при этом отряд располагался цепью вдоль всей линии обороны, обеспечивая тем самым огневую поддержку друг друга, в то время как на остальных направлениях противник продолжал действовать мелкими группами, быстро перемещаясь с одного рубежа на другой, ведя огонь из стрелкового оружия и гранатометов, широко используя снайперов.
По имеющимся сведениям, к концу января общее руководство обороной города было возложено на Асланбека Исмаилова (Асланбек Маленький). При этом к концу января все отчетливее стал ощущаться разрыв системы взаимодействия между действующими в городе отрядами.
И тем не менее, несмотря на подготовленную оборону, в результате огневого поражения в столице Чечни боевики несли значительные потери в живой силе. К концу января положение со снабжением их боеприпасами, продовольствием, медикаментами и материальными средствами стало значительно ухудшаться.
Вместе с тем, получив информацию о решении Совета Европы по “чеченскому вопросу” (а он не принес боевикам долгожданной передышки, Россия сумела отстоять свою жесткую и принципиальную позицию, никаких конкретных мер после заседания в отношении нашей страны принято не было) и убедившись в бесполезности своих ожиданий, лидеры бандформирований приступили к непосредственной подготовке прорыва основной части сил из города. При этом боевиками делался расчет на активную помощь бандитов из горной части республики, силами которых планировался встречный удар через Урус-Мартановский, Шалинский и Курчалоевский районы.
В период с 20 по 25 января командование группировки особого района все чаще стало получать информацию о том, что боевики настойчиво ищут пути выхода из города. Оценивая возможность такого прорыва, оперативный штаб старался смоделировать развитие ситуации. Наиболее выгодным направлением можно было считать именно западное. Здесь, в районе Черноречья, боевые действия не велись, лишь по периметру города проходило кольцо блокирования. Здесь же проходило русло Сунжи и железной дороги. Здесь можно было скрытно попытаться вырваться из захлопывающейся мышеловки в направлении на Алхан-Калу, Кулары, Лермонтов-Юрт с последующим выходом на Шалажи, Гехи-Чу, Рошни-Чу. Не исключалось также, что боевики могут предпринять и отвлекающий маневр, поцдя на прорыв из города на востоке в направлении Чири-Юрт, Сержень-Юрт, Бачи-Юрт. В связи с этим всем федеральным подразделениям, прикрывавшим эти направления, было приказано быть в полной готовности предотвратить прорыв, а также обратить особое внимание на малочисленные опорные пункты. Организовать с ними непрерывную радио- и проводную связь. Прикрыть все подступы огнем артиллерии. Перед передним краем и в промежутках выставить минные поля. Усилить наблюдение и ведение разведки, особенно ночью.
Настойчивое желание боевиков выбраться из адского котла, в который уже давно превратился Грозный, было вполне понятно. Дальнейшее сопротивление федеральным войскам, теснящим бандитов на всех направлениях и двигающимся вперед все более уверенно, становилось бессмысленным. Перебои с боеприпасами, продовольствием, медикаментами в стане боевиков становились ощутимее. Они несли большие потери. Так, 26 января по выявленным объектам незаконных вооруженных формирований в районе Черноречья был нанесен бомбово-штурмовой удар, в результате которого погибло около 50 человек из бандгруппы, возглавляемой Ахмедом Закаевым. Еще раньше, 23 января, в районе 15-го военного городка был уничтожен командир полка “Борз” Пацаев с
