- Допустим, доказал. Дальше-то что?
- Честно? Понятия не имею. Раньше зарабатывать влияние и власть в бизнесе мне доставляло удовольствие. С помощью этого делать тебе мелкие пакости, и нарушать размеренный рабочий ритм. До определенного момента. Если быть точным то до той поры, когда я увязался в ту историю с Викторией, что поведала мне массу любопытных фактов из твоей биографии. И знаешь, узнать о твоей семье такие грязные подробности было своего рода, бальзамом на душу. Осознание, что не только у меня все так хреново с родственниками, своего рода окрыляло.
- Какой же ты циник, Антон, - не зная, то ли радоваться, то ли плакать от подобных откровений Громова, Макс снова потянулся к бутылке. С одной стороны, он так давно ждал подобного разговора по душам, но… вряд ли он мог даже и представить всех масштабов трагедии.
- Я и не отрицаю, - уставившись невидящим взглядом вдаль, Антон, пожалуй, впервые так откровенно и честно признавал свои недостатки и оплошности. Но скрывать и бежать от самого себя, смысла больше нет. Пора что-то менять. И начинать нужно именно из себя. Признание собственных поражений в этом смысле уже огромный шаг вперед, - только знаешь, когда я осознал, что в некоторой степени мы братья по несчастью, то я понял, что хочу вернуть нашу дружбу, - обернувшись, Громов заметил, как в который раз за сегодня, Макс изменился в лице. Однозначно не ожидал такого.
- И ради этого, ты просто решил увести у меня Нину? – язвительно заметил Авдеев.
- Считай, началось все из спортивного интереса. Согласись, не каждый раз представляется возможность разом отхватить такую красотку и тем самым утереть нос другу.
- А тот факт, что она не хотела этого, тебя как обычно, мало волновал?
- Мне казалось, что до определенного момента все они ломаются. А в итоге все равно выбирают тех, у кого больше денег.
- Железная логика. И поэтому ты полез её насиловать? – не удержавшись от вопроса, который волновал практически с самого начала этого разговора, выкрикнул Макс.
- Ты, правда, думаешь, что я пошел бы на это? – быстро преодолевая расстояние к столику, Антон, схватив бутылку, нервно налил себе в стакан, и лишь опустошив его, прорычал, - да ничего бы этого не было! Не изнасиловал бы я её! Не маньяк, в конце концов! Да, сначала попытался её растормошить…Но только для того, чтобы доказать в первую очередь себе, а потом тебе, что все бабы одинаковые! Что от нас им нужны лишь деньги, и тот, у кого их больше, и герой и идеал! А не так, как с детства – Максимка молодец, а меня даже любить бескорыстно нельзя! А когда понял, что она не собирается отвечать взаимностью… Да не явись ты тогда, отправилась бы твоя Нина домой в целости и сохранности. Уж порванную кофточку как-то пережила бы…
- Боже, Антон… какой же ты… - отчаянно пробормотал Макс, хватаясь за голову и взъерошивая волосы на затылке, - ты же собственноручно все разрушаешь.
-Ты думаешь, я не понимаю? Понимаю, я все прекрасно! Даже то, что не все бабы продажные стервы, - выпитый алкоголь далеко не на самую трезвую голову, снова помутил Антону сознание, что медленно, но уверено, возвращало к самым наболевшим темам, и он на нетрезвых ногах, плюхнувшись на диван, признался - и знаешь, это ведь самое хреновое! Потому что я прекрасно понимаю, что мои деньги и власть не помогут её вернуть.
- Кого? – непонимающе уточнил Максим, с трудом поспевая за переменчивостью хода мыслей Громова.
- Ильину, черт бы её побрал! – раздраженно, от безысходности ситуации, выплюнул Антон.
- Это та самая Владислава что ли? – опускаясь рядом, переспросил Авдеев.
- Ага. А главное, понимаешь, в чем проблема, я ведь и без неё справился бы. Жил ведь как-то столько лет без неё и ничего жив здоров. Но такое впечатление, что она какая-то ведьма. Ушла и мне все время теперь так хреново. Я спать без неё не могу, есть без неё не могу! И она все время в мыслях и все тут, - опять протягивая бокал Максиму, оправдывался Антон, - как будто баб других нет! Вот, к примеру, вчера, пошел к одной своей, и ты представляешь, я не смог! Это же надо такому случиться! Вместо того чтобы заняться с кем-то сексом и выбить эту дуру из головы, я просто не смог этого сделать! А она главное ведет себя, как ни в чем не бывало. Ходит вся такая по офису, неприступная. Тьфу ты! А сама напялила платье, которое ни хрена не прикрывает, крутит перед всеми задом и радуется!
- Тох, ты сейчас это серьезно? – растирая виски, пытаясь таким образом справиться с резкой головной болью, удивился Максим.
- А я так похож сейчас на юмориста? – раздраженно прикрикнул Антон. Он, конечно, рассказал Авдееву о прошлом, раскаялся вроде как в своих поступках, но удивление и некая презрительность друга на заявление о Владиславе немного начинало выводить из себя. Будто ему не может нравиться до такой степени девушка! Хотя… для него ведь самого странно говорить о подобных вещах, что уж говорить о ком-то.
- Нет, ну я просто пытаюсь разобраться в ситуации. Вы же вроде неделю назад были вместе? – задумчиво пробормотал Максим.
- Вот, кстати, благодаря тебе и твоей Ниночке, она ушла! – скрипнул зубами Громов, глотнув немного алкоголя.
- Не понял, - удивленно вздернул бровью мужчина, повернувшись к Антону.
- Я тоже не понял, чего там твоя женщина наговорила Владе, но ей вдруг приспичило после этого меня доставать всякого рода дурацкими вопросами! – недовольно отметил Громов. Он уже и сам не понимал, кого винить в произошедшем. И ведь, вероятнее всего, Нина вряд ли была виновницей затеянного Владой разговора. В большей степени он сам был виноват во всем. Вот только признавать свою вину Антон был еще не готов. Он сегодня и так слишком разоткровенничался…
- Например?
- Антон, реши, кто я для тебя? – передразнил Громов Владиславу, нахмурившись, - я не могу так дальше! Ты все от меня постоянно скрываешь, не доверяешь… Блин, как будто я какой-то сопливый пацан, чтобы меня можно было разводить на подобные признания!
- А ты чего? – не сводя взгляда с друга, не унимался Макс.
- А чего я? Ну что я ей скажу? Я и сам не знаю, кто она для меня. Она мне нравится. Этого отрицать не буду, - всматриваясь в бокал с янтарной жидкостью, словно там можно было найти подсказку, задумчиво признался Антона, - С ней весело не только в постели, но и в целом. Она единственная женщина, с которой можно говорить на любые темы, не боясь быть высмеянным. С которой можно быть самим собой, зная, что она максимум побурчит, но не осудит и все поймет. Все. Больше я ничего не знаю.
- Надеюсь, ты ей так и сказал?
- Не совсем. Просто предложил сейчас не думать об этом и жать настоящим. Естественно, она отказалась. Ну и я… - замолчав на полуслове, Антон с грохотом поставил бокал на стол, прикрывая лицо руками. Воспоминания о своем свинском поведении с Ильиной, оказывается, вызывали не самые приятные чувства.
