дама исчезла вместе с папкой. Они выпили по две-три рюмки, и, по его мнению, когда он отвернулся, она бросила ему снотворное.
Р. закончил рассказ, его близко посаженные глаза блестели.
— Потрясающе, правда? — спросил он.
— Вы хотите сказать, что это произошло на днях?
— На позапрошлой неделе.
— Это невозможно! — воскликнул Эшенден. — Боже, мы разыгрываем эту историю на сцене лет шестьдесят, на эту тему написаны тысячи романов. Неужели только сейчас жизнь нас догнала?
Р. немного расстроился.
— М-да, если необходимо, я могу дать имена и даты. Поверьте мне, союзники попали в большую беду из-за потери документов, находившихся в папке.
— Что же делать, сэр, если это происходит в секретной службе! — вздохнул Эшенден. — Боюсь, что этот случай ничего не стоит как источник вдохновения для писателя. Мы уже больше не можем описывать одну и ту же историю».
Вадим Кирпиченко, заместитель начальника разведки.
«Из архива разведчика»
Муки праведного христианина
«Это был роман некоего Фредерика Форсайта «Четвертый протокол». На 231-й странице романа описывались обстоятельства моей смерти в автомобильной катастрофе в следующем году с точным указанием места этого радостного для автора события: Садово-Спасская улица, ранняя весна 1985 года. Через неделю меня, как указывается далее, тихо и скромно похоронили на Новодевичьем кладбище… По прочтении книги Форсайта я стал размышлять на тему, можно ли в литературном произведении убивать и хоронить живого человека, насколько это гуманно и позволительно ли вообще с точки зрения норм христианской морали».
Бернард Ньюмен, бывший разведчик
Урок тайнописи
«Возьмите немного лимонного сока. Используйте абсолютно чистое перо, обмакните в сок и напишите послание на листе бумаги. Когда сок высохнет, на бумаге ничего не будет видно. Возьмите горячий утюг, проведите по бумаге, и послание восстановится в светло-коричневом цвете.
Другой способ: растворы квасцов и уксуса смешиваются вместе и обыкновенным пером на скорлупу сваренного вкрутую яйца наносится текст. Дайте ему высохнуть — и яйцо будет выглядеть чистым, словно у частника на рынке. Но фокус в том, что текст прекрасно виден на твердом белке, если через несколько часов разбить яйцо. Остается представить даму с железной сеткой, набитой яйцами, — там целые тома агентурных донесений…»
Владимир Петров, полковник КГБ.
Из мемуаров
Филигранность в работе
«Агент 063, как я обнаружил по прибытии в резидентуру в Синьцзяне в 1937 году, был китайским губернатором, огромным мужчиной, который еле-еле втискивался на стул. Всем нам он был хорошо известен и часто приходил в нашу штаб-квартиру вместе с адъютантом для встречи с генералом Крафтом. Во время таких посещений он надевал китайские штаны с высокими сапогами, сделанными по специальному заказу, и легкое кожаное пальто. Благодаря своему положению он встречался со всеми важными гостями в этом районе и снабжал нас массой информации о миссионерах, торговцах и всех, кто вел пробританскую пропаганду. Несомненно, агент 063 оказывал огромную помощь советской экспедиции. Конечно, он имел глубокое и точное представление и о нашей деятельности.
Полученная телеграмма гласила: «Обезопасьте агента 063, оказавшегося английским шпионом». Это означало: уничтожить!
Войтенков быстро составил план по реализации указания Москвы. Китайский переводчик, которого мы звали Питером, был в хороших отношениях с губернатором, и мы быстро направили его для приглашения губернатора к нам на штаб-квартиру, поскольку генерал Крафт хотел попрощаться с ним перед отъездом в Советский Союз.
Как только он вошел, он был схвачен и связан, затем проведен в комнату для допроса, продолжавшегося пятнадцать минут. Хотя я не присутствовал, но позднее читал краткий протокол допроса: агента обвиняли в шпионаже на англичан, он это отрицал. Очевидно, он был ошеломлен обвинением и быстрым развитием событий.
Тем временем трем радистам поручили вырыть большую могилу в подвальном этаже в коридоре.
С заткнутым ртом и связанными за спиной руками агент был вынесен и положен лицом вниз около могилы в коридоре. Тут заработал мотор грузовика во дворе, он оглушительно ревел. Один из сотрудников трижды выстрелил агенту в затылок. Сквозь шум мотора я услышал звук, который донесся сквозь выстрелы. Это было нечто похожее на длинный вздох и стон. Я никогда не забуду этого звука. Его огромное тело затем свалили в могилу, полили бензином и сожгли. Засыпали землей, утрамбовали, заменили бамбуковые маты в коридоре.
Затем я сообщил в Москву, что указания в отношении агента 063 точно выполнены».
Ян Флеминг, бывший английский разведчик
Прелесть пасты для бритья
«Бонд отстегнул ремень и закурил сигарету. Он потянулся к узкому, дорогому на вид атташе-кейсу на полу, вынул оттуда «Маску Димитриоса» Эрика Эмблера и поставил кейс, очень тяжелый, несмотря на его размеры, рядом с собой. Управление Q сделало его ручным способом, и кейс вмещал боеприпасы, длинный нож, изготовленный фирмой Уилкинсон, все было замаскировано. Несмотря на возражения Бонда, специалисты заделали в ручку кейса специальное устройство. При нажатии на кнопку оттуда появлялась таблетка цианистого калия. Более важным был толстый тюбик крема для бритья «Пальмолив», на самом деле это был глушитель для «беретты», запрятанной под хлопчатобумажную ткань».
Гордон Лонсдейл, советский нелегал. «Шпион»
Черная зависть
«В нашем деле к проблеме отпуска следует относиться с чрезвычайной гибкостью. Может явиться мысль, что вам положен ежегодный отпуск. Такого счастья у меня не было за все время пребывания в Соединенных Штатах. Приходилось удовлетворяться небольшими передышками на месте. Мне нравится идея, что любое изменение места — это отдых. При штудировании серий о Джеймсе Бонде я отметил, что герой обычно получает отпуск после каждого выполненного задания. Один раз М дает ему «любовный отпуск», узнав, что Бонд спутался с очередной невероятной дамой во время страшной встречи с акулами в Карибском море. Однако у нас дела не складываются так гладко. Задания обычно перекрывают друг друга, и в отличие от единственного и неповторимого Бонда офицеры нашей разведки параллельно выполняют сразу несколько заданий».
Вальтер Шелленберг, начальник германской разведки.
«Лабиринт»
Берегите зубы!
«Когда я выезжал с миссией за границу, мне вставляли в челюсть искусственный зуб, содержащий яд, достаточный, чтобы умертвить меня в течение 30 секунд, если бы я попал в руки противника. Для двойной страховки я носил перстень, под большим голубым камнем которого находилась золотая капсула с цианистым калием».
Виктор Грушко, заместитель председателя КГБ.
«Судьба разведчика»
Подвиг разведчика
«Садись позавтракай», — пригласил меня Хрущев. Я ответил, что уже завтракал.
«Съешь хотя бы яйцо», — настаивал он. Желания есть яйцо у меня вовсе не
