сейчас согласился застраховать его жизнь: мне представляется, что риск был бы слишком велик.
— Бедное дитя! Бедный, бедный ребенок!
Глава 6
Ресторан в Хагерстауне имел то, что принято называть «атмосферой». Столики были расставлены на лужайке, спускавшейся к озеру, а несколько столов находилось в дуплах трех невероятно больших деревьев. Джилл хотела ужинать в дереве, но Бен вручил чаевые метрдотелю, и тот распорядился накрыть столик возле самой воды, а затем приказал доставить туда стереовизор.
Джилл вспылила:
— Бен, почему, если мы платим такие деньжищи, не можем поужинать в дупле, и к тому же должны терпеть этот идиотский крикливый ящик?!
— Спокойствие, родная. На столиках, что в деревьях, установлены микрофоны, они предназначены для вызова прислуги. Этот же стол не подключен, во всяком случае я надеюсь на это, ведь официант взял его из кладовки. Что касается «ящика», то ужинать без стереовизора — вообще антиамериканский обычай, но главное — его рев парализует микрофоны направленного действия. Это на тот случай, если ищейки мистера Дугласа продолжают проявлять к нам интерес.
— Неужели ты думаешь, что они следят за нами, Бен? — Джилл пожала плечами. — Нет, я не рождена для преступной жизни.
— Это еще цветочки! Вот когда я расследовал скандал с «Дженерал Синтетикс», я вообще никогда не спал две ночи подряд в одном месте, а ел только консервы. Знаешь, к этому можно привыкнуть — здорово ускоряет обмен веществ.
— Мой обмен в этом не нуждается! Все, что мне нужно — это почтенный и богатый пациент.
— Значит, за меня ты замуж не собираешься?
— Соберусь, когда мой будущий муж откинет копыта. А, может быть, я так разбогатею, что смогу держать тебя вместо комнатной собачки.
— А как насчет того, чтобы начать уже сегодня вечером?
— Нет, только после того, как он откинет копыта.
Ужин еще не кончился, когда музыкальное шоу, рвавшее барабанные перепонки, внезапно прервалось. Весь «ящик» заполнило лицо диктора. Он с улыбкой объявил:
«НУ-НУ — Нью Уорлд Нетуоркс[238] и ее спонсор "Антимальтузианские таблетки для Умниц" имеют честь предоставить время для исторического обращения Федерального правительства. Помните, друзья, все умные девушки пользуются только "Умницами". Они всегда с вами, они приятны на вкус, их успех гарантирован, они продаются без рецепта согласно закону 1312. Зачем прибегать к старомодным, антиэстетичным, опасным для здоровья и ненадежным средствам? К чему рисковать потерей его любви и уважения? — Изящный, похожий на хищного волка диктор бросил взгляд в сторону и заспешил, закругляя свое объявление: — Передаю вас в руки "умницы", которая, в свою очередь, передаст слово Генеральному секретарю».
Появилось трехмерное изображение женщины, столь чувственной, столь явно принадлежащей к млекопитающим и столь соблазнительной, что она легко оставила бы далеко позади в представлении любого мужчины всех знакомых ему красоток. Она потянулась, изогнулась и произнесла «постельным» голосом:
«Я всегда пользуюсь "Умницами"».
Потом изображение растаяло, оркестр заиграл «Хайль, Суверенный Мир», а Бен спросил:
— А ты пользуешься «Умницами»?
— А это уж совсем не твое дело! — Джилл явно оскорбилась и добавила: — Все это чистое шарлатанство. А потом, какое право ты имеешь даже предполагать, что я вообще в них нуждаюсь?
Какстон не успел ей ответить. Во весь «ящик» расплылась отеческая улыбка Генерального секретаря Дугласа.
«Друзья, — начал он. — Граждане Федерации, мне сегодня предоставлена редкая честь и уникальная возможность. Со времени триумфального возвращения нашего "Победителя"…»
Он долго поздравлял землян с успешным завершением контакта с другой планетой и с другой разумной расой. Ему удалось внушить слушателям мысль, что эта экспедиция чуть ли не личное достижение каждого гражданина, что каждый из них с успехом мог бы возглавить ее, если бы не был так занят своей важной работой, и что он — Генеральный секретарь Дуглас — и есть то скромное орудие, с помощью которого они осуществляют свою волю. Все эти мысли подавались отнюдь не в лоб, сквозь них просвечивало убеждение, что рядовой человек равен лучшим и куда выше большинства остальных людей, и что старый добрый Джо Дуглас представляет именно такого среднего человека. Даже дурно завязанный галстук Дугласа и волосы, словно прилизанные языком коровы, казалось, говорили, что он «мужик из народа».
Бену Какстону очень хотелось знать, кто писал ему речь. Возможно, это был Джим Санфорт; Джим мог дать сто очков вперед любому парню из секретариата Дугласа в выборе нужных прилагательных, чтобы возбуждать и усиливать впечатление. До того как податься в политику, он сочинял рекламные объявления и к тому же не имел никаких принципов. Да, этот абзац насчет «материнской руки, тихо качающей колыбель» точно принадлежит Джиму. Джим как раз такой парень, который способен соблазнить девушку, вручив ей взамен пустой конфетный фантик.
— Выключи немедленно, — потребовала Джилл.
— Подожди, долгоножка, мне это нужно.
«…а теперь, друзья, я имею честь представить вам нашего согражданина Валентайна Майкла Смита, "Человека с Марса"! Майкл, мы знаем, что ты устал и чувствуешь себя нездоровым, но не скажешь ли ты хотя бы несколько слов своим друзьям, собравшимся здесь?»
Стерео показало, примерно в половину натуральной величины, человека, сидевшего в кресле-каталке. С одной стороны к нему склонялся Дуглас, с другой стороны — сиделка, накрахмаленная, стройная и фотогеничная.
Джилл вскрикнула. Бен шепнул:
— Потише.
Гладкое детское лицо человека в кресле осветилось застенчивой улыбкой. Он взглянул прямо в камеру и произнес:
«Хелло, ребята. Извините, что сижу. Я все еще слаб».
Казалось, он говорил, с трудом подбирая слова; сиделка взяла его за руку и пощупала пульс.
В ответ на вопросы Дугласа, он рассыпался в комплиментах в адрес капитана Ван Тромпа и команды, поблагодарил весь мир за свое освобождение и заявил, что все марсиане взволнованы контактом с Землей, и он очень надеется способствовать укреплению дружественных связей между обеими планетами. Сиделка прервала его, но Дуглас мягко сказал:
«Майк, как вы думаете, еще один вопрос вам не повредит?»
«Разумеется, нет, мистер Дуглас, если, конечно, я сумею на него ответить».
«Что вы скажете о девушках Земли?»
«Ги-и-и!»
Детское лицо выразило благоговение, экстаз и покраснело от восторга. Затем в «ящике» снова показались голова и плечи Дугласа.
«Майк просил передать вам, — продолжал он отеческим тоном, — что он снова появится у вас на стереоэкранах, как только сможет. Ему, знаете ли, надо поднакачать мускулатуру. Может быть, это случится уже на следующей неделе, если, конечно, разрешат врачи».
В «ящике» опять появились «Таблетки Умниц» с надписью, свидетельствовавшей, что девушка, которая ими не пользуется, не только полоумная, но и никуда не годится в постели, так что мужчины, завидев
