Ну что же, раз Президент сказал, что «всё скоро поймёте сами», то… очень хорошо. А команда специальных агентов и дальше будет охранять гостя Президента, выполнившего свой контракт с военным ведомством и засобиравшегося, с подачи девицы из Белого Дома, в Нью-Йорк.
С виду обычный турист с деньгами. Но почему ему столько внимания уделяет Президент? Кто же он?
Гувер с минуту поломал голову над гипотезами о личности «гостя» и пока остановился на предположении о том, что тот может быть просто действительно талантливым учёным и интересным в личным общении человеком, чем-то крайне заинтересовавшим Президента. И отложил дальнейшие соображения в сторону — скоро всё само разъяснится. Осталось дождаться возвращения Рузвельта.
Глава 14 — Дисплей виден?
Октябрь 1942. Молотов. Площадь перед входом в корпус МЗЭТ. Директор НИИВТ Наркомата электропромышленности СССР член-корреспондент АН СССР Брук И.С., Научный руководитель опытного радиозавода № 1947 Особого технического бюро НКВД, доктор физико-математических наук Лосев О.В.
На площади, недалеко от «парадного» входа нового завода, о котором «пол-Молотова» знало, что тут «начали делать шкафы на радиолампах, щёлкающие математические задачки как орешки», стояли двое, изрядно (и заслуженно!) за два крайних года обласканных советской власть людей. Они, наблюдая за рабочими, вносившими стройматериалы для чистовой внутренней отделки в соседний корпус, куда должен был переехать НИИВТ, отметили этот факт. И, пользуясь относительно приличным, чуть ли не единственным таким среди многих иных — дождливых, ветреных и холодных октябрьских дней, постояли на улице, обсуждая то, что в заводоуправлении и КБ МЗЭТ не было возможности обговорить — в кабинет к Бруку постоянно приходили сотрудники с всякими неотложными вопросами.
Новое НИИВТ пока ютилось в паре десятке временно выделенных ему помещений заводоуправления. Да и находилось, собственно говоря, в стадии формирования.
В штате нового НИИ пока, помимо самого директора, его заместителя Лебедева, программистов Ляпунова и Шуры-Буры, числился расширившийся ранее — с момента начала работ над М-1 более полутора лет назад, коллектив бывшей Лаборатории Брука.
Но основная часть сотрудников пока находилась в Москве. Они должны были приехать в Молотов в конце октября, как раз к официальному приёму у строителей здания НИИВТ.
Кроме одного, который уже официально числился не только в 8-м отделе ГУГБ.
Как точно знал Исаак Семёнович и некоторые другие, допущенные к «главной тайне СССР» — Рожков официально уехал по «правительственному заданию» на полгода в США. Сам факт того, что самую «секретную личность СССР» отправили в «командировку за океан» поразил до глубины души этих осведомлённых.
— Аж с самим вице-президентом США улетел. Даже думать боюсь, что это означает — хмыкнул Исаак Семенович —..что-то наше руководство задумало. Но, пожалуй, больше на эту тему ияразмышлять вслух не буду, Олег Владимирович..
Лосев только кивнул, соглашаясь с главным в стране разработчиком «дискретных электровычислителей».
Они больше предпочли не озвучивать каких-либо гипотез вслух, ограничившись изложением самого факта. Да и то — между ними, кто знал истинную суть 24-летнего создателя системы команд АЛУ серии советских дискретных вычислителей, плотно оседлавшего роль главного идеолога и разработчика системного и прикладного программного обеспечения.
* * *
—..От замаха Олег Владимирович, общего, под впечатлением?
— Да. «Кластер» тут, говоря языком новых времён, видимо, наше руководство задумало.
— Как раз, к первому ноября внутри все доделать обещают. Всё будет рядом. Всё… кроме вас.
— Нас же из под товарища Кравченко (К.И. — начальник Особого Технического Бюро НКВД, так, в этой реальности и не переименованного в 4-й спецотдел НКВД) передадут после нового года в новый наркомат радиоэлектронной промышленности, как и вас. И завод — дублер нашего производства с последующим планам по расширению, у вас будет строиться в сорок третьем. Всё по плану, разработанному и озвученному Абрамом Фёдоровичем, которому в Кремле дали добро. У нас, в Казани, мы останемся как опытно-экспериментальная, научно-техническая площадка. Поближе к Москве, к академическим, так сказать, достижениям. Для апробации. А по настоящему массовое производство будет тут.
— Вот оно что… — протянул пока не касавшийся этих свежих новостей Брук, погружённый в заботы с перебазированием из столицы в Молотов, в «свой», сделанный под него, Лебедева и Рожкова, НИИ —.. теперь понял, вы — так и будете, по мелким сериям самого передового работать… а тут — вал и проценты плана и что-то… похлеще… военной приёмки!
— Да. — подтвердил Олег Владимирович — этот замах, про вашу и нашу душу..
Брук, осмыслив сказанное Лосевым, продолжил уже сказанное, только со своей колокольни:
— Я из первых уст, от Рожкова слышал, как он то, что нам всем как «свое желание» излагал, в Кремле, на подобный вопрос, прогнозом дал! Понимаете, теперь, что нам сейчас… лет на 20 точно спокойной жизни не будет!
— Так далеко не загадываю — махнул беззаботно рукой Лосев — я совсем недавно успокоился, поняв, что с января не живу взаймы… у счастливого случая.
— Да бросьте, Олег Владимирович! Всё с этим уже. Как наш юный друг из «параллельной вселенной» говорит, мы — другой мир. Идентичный только до того момента, как он сам тут не появился. Все, теперь решительно всё, идёт по другому!
— Да, кончено… вы правы — тихо согласился Лосев — живём «по новому»..
— Нам, беспокоится о другом надо. Там, в Кремле, от нас ждут чего?
— Серийное производство вычислителей, новая элементная база и… программное обеспечение… полноценное? Верно вас понимаю, Исаак Семёнович? Разъясните мне, вы уже давно варитесь во всём из будущего, а я только наездами к вам в Москву появлялся.
— Вам Сергей Алексеевич (К.И. — Лебедев), когда вы в Москву заезжали, что-то про междусобойчик сентябрьский насчёт М-4 говорил?
— Упомянул только, что облик обсуждается. И что вы все рассчитываете, что она станет истинным представителем пресловутого «второго поколения»..
— Все верно! Но и всё? Вижу, что он тут, с лаконизмом, похоже переборщил!
Продолжая разговор, Исаак Семенович, с торжествующим видом человека, которому довелось излагать радостные перспективы, начал расказывать о тех выводах, к которым они, в целом неожиданно даже для самих — верхушки разработчиков советских дискретных электровычислителей, пришли меньше месяца назад. Но начал он издалека:
— На самом верху, после успеха с М-1, слова из уст Никиты Егоровича стали держать как некий негласный лозунг и даже план!
— О каких словах вы, Исаак Семёнович? — уточнил Лосев, весьма далёкий от всего, что происходило в Москве, по причине своей почти постоянной и глубокой вовлечённости в практические вопросы лабораторных исследований и опытного производства транзисторов для радиостанций и ныне развёрнутого выпуска М-3.
— Да из-за тех самых — что Рожков в Кремле выдал и частично из-за которых задумали весь этот «кластер» — Брук неопределённо провёл рукой вокруг себя, указав на здания МЗЭТ и соседствующего, для НИИВТ —..и того, что ещё только будет здесь, в Молотове. Он, совместив своё личное желание и оценив ускорение развития… «информационных технологий и вычислительной техники» как в два раза из-за знаний из его времени..
— Я понял! Эти пресловутые два десятка лет!
— Да, и ещё раз — да! Чтобы, самое позднее к 1960, среднестатистическая советская семья, могла, потратив одну месячную зарплату главы семейства, купить — магнитофон! Потратив вторую — телевизор! А на третью — 8-разрядный домашний компьютер, который подключается и к первому и ко второму!
— Ох, ничего себе..
— Да… спасибо просто огромное… сами понимаете кому — усмехнулся Брук, подпустив лёгкую шпильку в адрес амбициозного попаданца. к чьим словам и прогнозам в области ИТ, после успеха с вычислителями серии «М» и массы расчётов для науки и некоторых крайне важных для обороноспособности страны проектов — сделанных на технике из 21 века и на уже «местного производства», ещё больше стали прислушиваться Сталин и ныне, и остальное Политбюро.
