да живо! — с брезгливой гримасой приказал бабе Жаботинский.
— Сещас… — баба неторопливо развернулась и ушла неспешными шагами по длинному конторскому коридору.
— Чернота неотёсанная, совсем никакого страху не имеют… — пробормотал Пётр Никифорович себе под нос и стал собирать в папку оставшиеся на столе документы.
Через минут двадцать в комнату постучался возница:
— Ваше благородье, изволили звать?
— Изволил. Ты где, подлец, шлялся⁈ Глотку поди драл с такими же бездельниками⁈ Давай, готовь коляску, да поживее! — приказал Жаботинский.
— Куда едем, ваше благородье, в контору? — решил уточнить возница.
— А тебе какое дело, дурак неотёсанный, коляску готовь и нечего здесь вопросы задавать! — резко выкрикнул Жаботинский и возница скрылся за дверью…
Всю дорогу до посёлка Барнаульского завода Пётр Никифорович думал о своих планах и никак не находил более-менее приемлемого и безопасного для себя варианта. От этого его настроение совершенно расстроилось, и Жаботинский срывал свои злость и раздражение на вознице, ругая того на чём свет стоит при каждой яме или кочке, в которую попадало колесо дорожной коляски. А дорога была совершенно разбита подводами, на которых доставляли руду от Змеевского рудника и телегами приписных крестьян, что весь год ездили на отработки кто на рудник, кто на Барнаульский завод. По причине такой разбитости дороги и постоянном попадании колёс в ямы и подскакивании на кочках ругал Жаботинский возницу почти без остановки, да так, что к позднему вечеру даже охрип.
Выехали от горной конторы Змеевского рудника ранним утром и ехали до поздней ночи. Уже на подъезде к посёлку Барнаульского завода в редких подлесках послышался волчий вой.
— Давай, мерзавец, вези скорее! — прокричал вознице Пётр Никифорович. — Спишь ты что ли, дурак⁈
— Так рядом уже, ваше благородье, до рассвета точно прибудем! — крикнул через плечо возница.
— А скорее-то не можешь что ли⁈
— Так коней-то, ваше благородье, загоним ежели, так и вообще в полях на постой надобно станет остановиться… — рассудительно возразил возница.
Полковник Жаботинский раздражённо махнул рукой и ничего больше не говорил до самого приезда в Барнаульский посёлок…
* * *
Модест Петрович Рум возбуждённо говорил, расхаживая по кабинету и размахивая руками:
— Иван Иванович, так выходит, что машина сия паровая может быть уменьшена, так я вас понимаю⁈
— Совершенно верно, причём уменьшена она может быть очень значительно, — Ползунов спокойно сидел в кресле и с улыбкой смотрел на возбуждённо прохаживавшегося по кабинету штабс-лекаря.
— То есть, ежели я верно вас понимаю, такая машина, в уменьшенной копии её так сказать, может осуществлять двигательное усилие на любое колесо, правильно я вас понимаю? — опять уточнил Рум.
— Верно, совершенно верно, Модест Петрович, — спокойно кивнул Ползунов. Уж он-то знал, как много есть мест, куда можно приспособить паровой двигатель!
— Так вы понимаете, дорогой Иван Иванович, что ежели это и правда так можно с машиной сей сделать, то ведь из сего происходят совершенно замечательные следствия⁈ — Рум остановился посреди кабинета и развёл в стороны руками, как бы показывая глобальность вывода и одновременно охватывая своим выводом всё вокруг.
— Да, вполне понимаю, дорогой Модест Петрович, — Иван Иванович Ползунов опять спокойно улыбнулся. — Только пока ведь нет причин для возбуждения, ведь надобно ещё модель испытательную подготовить. Видите ли, уважаемый Модест Петрович, есть некоторые… технические моменты, которые требуют тщательного расследования, — Ползунов закинул ногу на ногу и откинулся на спинку кресла. Рассказывая, он слегка постукивал ладонью по подлокотнику словно отмерял пункты предстоящего плана: — В первую голову следует подходящий металл подобрать, так как медный котёл здесь очень уж слаб по своим характеристикам. Здесь сталь бы хорошо, да вот где же её в наших-то плавильнях взять… Посему можно попробовать чугун, хотя конечно всё-таки сталь была бы лучше. Второе дело, это надобно разработать весь механизм для передачи движения от машины на колесо, а посему здесь надобно сразу решить для какого типа движения требуется аппарат. По мне, так наперво по воде плаванье устроить, тогда и механизм надобно для двигательного колеса у такой лодки делать с учётом балансирования и других особенностей. Раз эта лодка на паровом двигателе ходить станет, то и надобно именовать её пароходом, дабы в документах не путаться и многословными разъяснениями не утруждаться.
— Так ведь здесь и купеческая прямая выгода имеется! — вставил реплику Модест Петрович.
— Верно, имеется, — согласился Ползунов. — Только и для перевозки руды от рудника до завода это выгоду большую принесёт. Здесь ведь и подводы сразу освободятся, и по времени намного скорее руда приходить станет на плавильню-то…
— Всё же, Иван Иванович, про купеческое сословие следует не забывать, — настойчиво повторил Рум. — Сами посудите, они только зимой по реке на санях товары возят, да и то сколько под лёд уходит. Они же здесь и церковь свою при посёлке-то Барнаульском поставили какую? Одигитрии Богородицы! — Модест Петрович поднял указательный палец, указывая на особую значимость этого факта. — Одигитрии! То есть — путеводительницы, путь указующей и оберегающей значит. Ибо путь-то торговый, особенно зимний, да по реке, да на санях, он же больно труден да опасен. А представьте, ежели они летом, да на такой вот механической ладье-то!
— На пароходе… — уточнил Иван Иванович.
— Вот-вот, на… пароходе… — Модест Петрович словно попробовал это новое слово на вкус, пожевал губами. — А ведь и верно, па-ро-ход… — он покрутил пальцами. — А ведь и верно, точнее и не скажешь! Так вот представьте этот самый пароход да с товарами загруженный! Здесь же только сиди и за балансированием наблюдай, а так только удовольствие одно получается!
— Думаю, что это тоже возможно, но опять же, Модест Петрович, я вам пока только общую идею рассказал, а идею ещё и реализовать надобно. Вот Агафья Михайловна отправила мои чертежи в столицу, людям надёжным, может быть патент по европейскому образцу нам поможет дело сие ускорить. А пока с нашей заводской паровой машиной дел хватает.
— Иван Иванович, — Рум подсел на кресло рядом. — Так вы что же думаете, пойдёт наше дело с щёточками этими для зубов через Пуртова купца? И с водяной системой вот он вам предложение сделал, думаете тоже дело состоится?
— Думаю, что оба этих дела состоятся, — уверенно ответил Ползунов. — Вот с теми же щётками зубными, вы же их уже вполне успешно начали
