Кстати, сейчас в форме дракона я достаточно сильно похож на гронна, чьи шесть сердец были использованы при создании топора Кровавый Вой, которым я усилил Ронго, и как раз со своим артефактом я сливаюсь воедино в момент превращения в свой истинный облик, что позволяет мне иметь вот такие характеристики:
«Статус»
«Уровень 850»
Здоровье 1 008 800/1 008 800/191 345 в мин
Мана 475 253/475 253/215 965 в мин
Сила Света 264 176
Сила Земли 213 432
Характеристики:
Сила 49 680
Ловкость 48 208
Выносливость 56 766
Интеллект 6220
Мудрость 21 896
Сила Атаки 378 774
Защита 340 516
Маннорот же имел силу в шестьсот восемьдесят семь уровней, и поэтому ощутив на себе мою мощь, он быстро понял, что победить меня ему не удастся, так что решил взорвать.
Властители Преисподней принадлежат к расе Аннигилан, как демоны они были бессмертны, поэтому могли позволить себе взорвать своё тело, высвободив на врага всю свою энергию Скверны в единый миг. Подобный ход способен убить почти любого противника, а сам Властитель Преисподней просто воскреснет через время в Круговерти Пустоты. С этими аннигиланами всегда необходимо быть осторожным, мне-то эта выходка Маннорота не навредила, а вот кого послабее тут же уничтожила бы. На Азерот прибыло всего два Властителя Преисподней — Маннорот — король всех аннигиланов и Азгалор — лейтенант-заместитель Маннорота.
Как понятно, демоны Пылающего Легиона сильны, но их можно убить, однако, их возможность постоянно воскресать просто делает любую борьбу с демонами бессмысленной, а сами отродья Скверны в бою могут не щадить себя и драться до последнего, ибо смерть для них ничего не значит. Для победы надо мной, Маннорот просто решил самоуничтожиться… только он видимо не учёл, что я подготовил для демонов ловушку, и вместо того, чтобы отправиться воскресать в Искривлённую Пустоту, дух Маннорота был поглощён Душой Демона.
— Обляпал меня всего своей кровищей, теперь от меня будет Скверно вонять. — сбросил я верхний слой защиты, и превратился вновь в человека.
Так как у моей драконьей формы защита была многослойная — сначала шла чешуя из золотого адаманта, потом сверху их покрывали защитные пластины из сплава адамантита и элементия, а также для массы я нарастил на себе каменный доспех, чтобы быть тяжелее и нанести с воздуха более внушительный урон… вот собственно, каменную броню я в итоге сбросил, а её всё же обжёг демонический огонь Маннорота.
От моего противника Властителя Преисподней после нашей «схватки» остался лишь скелет с раздробленными костями, а также его демоническое оружие — двулезвийная глефа, и ещё части брони Маннорота из демонической стали. Всё это добро я поместил в хранилище, и забрал с собой, нечего опасным демоническим артефактам и трупам демонов лежать в чистом поле.
Так как именно Маннорот изначально осквернил орков, недавно он использовал эту связь, чтобы влиять на них и вербовать на сторону Пылающего Легиона. Теперь же, после гибели Маннорота, все осквернённые орки вновь должны были прийти в норму… ну, Властитель Преисподней сделал этих варваров более кровожадными, но они и без его влияния не были паиньками.
Когда я забрал у демонов Череп Гул’Дана и закрыл портал на Калимдоре, Архимонда это не особо сильно взволновало, так как вскоре он мог открыть новый портал прямиком в Колодце Вечности. Но из-за того, что подкрепление демонов перестало прибывать на Азерот, генерал приказал переправить на Калимдор, как можно больше нежити из Нордскола.
Король-Лич специально не хотел использовать войска Нордскола, потому как они обеспечивали его защиту, а демонам главное было прорвать оборону ночных эльфов и добраться до Нордрассила, так что Нер’Зул сейчас оказался почти беззащитным, лишь Артас остался охранять Ледяную Корону, с небольшим отрядом элитных рыцарей смерти и несколькими ледяными драконами. Совсем уж оставлять без защиты Короля-Лича демоны не могли, ибо его гибель ослабит всю нежить и усложнит её контроль.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
А вот когда Пылающий Легион захватит Колодец Вечности, тогда уже можно будет и Короля-Лича уничтожить. Нер’Зул видимо тоже прекрасно понимает, что победа демонов принесёт ему лишь гибель, поэтому всячески мешает Пылающему Легиону. В данный момент, войска живых мертвецов превратились из грозной неутомимой армии в просто мишени для стрельбы. Если натрезимы напрямую не контролируют нежить, живые мертвецы предпочитают просто поскорее умереть, и отдать свою душу Королю-Личу, что сделает его сильнее.
Повелитель Ужаса Тихондрий наиболее эффективно управлял нежитью, под его контролем она легко уничтожала хлипкую оборону ночных эльфов, остальные живые мертвецы без прямого управления натрезимов просто слонялись по округе и ждали, когда их прикончат эльфы. Вот после Маннорота нужно будет убить этого натрезима.
Тиранда со своими эльфийками Часовыми добралась до Лунной Поляны, где отыскала Рог Кенария, чей зов пробудил Малфуриона Ярость Бури — главного друида ночных эльфов, он ученик самого Кенария, и он возглавляет Круг Кенария — организацию управляющую всеми друидами. Малфурион выглядит как обычный ночной эльф, но с огромными оленьими рогами, что показывают его сильную связь с природой… а может и не только это.
Малфурион является супругом верховной жрицы Тиранды Шелест Ветра, а также он родной брат Иллидана Ярости Бури, которого он усадил в темницу за создание Колодца Вечности, благодаря которому ночные эльфы остались бессмертными и могли спокойно жить десять тысяч лет. Однако, ночные эльфы вообще хотели казнить Иллидана, так что Малфурион спас жизнь своему брату, но всё равно не оставил его без наказания… мог бы его изгнать, как тех же высших эльфов, явно это было лучше заточения в темнице.
Круг Кенария был создан Малфурионом как раз из-за друидов волков семь тысяч лет назад, тогда шла война с сатирами, и пользователи силы Голдринна очень сильно помогали в битвах, но из-за ярости начинали атаковать своих же собратьев. Вместо того, чтобы ввести какие-то ограничения, например, использовать силу Голдринна в самый критический момент, когда ты окружён врагами и союзникам в принципе не можешь навредить, Круг Кенария просто запретил форму волка. Из-за этого ночные эльфы вновь начали сдавать позиции в войне с сатирами. Некоторые друиды всё же нарушали запрет, и превращались в волков, но после этого уже не могли вернуться к своему народу, ибо их там ждало наказание. Часть друидов гибла в боях с сатирами, и они легко могли спастись, если нарушили бы запрет.
У одной из жриц Элуны — Белрисы Звёздный Ветер, погиб её возлюбленный друид Арвелл, что как раз умер из-за этого запрета, но мог спастись, если бы использовал форму волка. У Арвелла был друг друид Ралаар, вот он как раз не чурался использовать силу Голдринна и винил Малфуриона, что его друг погиб из-за его запрета. Как раз жрица Белриса и друид Ралаар создали Косу Элуны, объединив посох богини Луны и клык призрачного волка.
С помощью Косы Элуны друиды волки превратились в воргенов, и уже могли контролировать ярость Голдринна. В Изумрудный Сон воргенов изгнали, потому как, Ралаар хотел убить Малфуриона из-за которого погиб его друг Арвелл.
В общем, ночные эльфы вместо банального запрета чего-то полезного и опасного, могли бы найти способ сделать это менее опасным. Вот Ралаар нашёл достаточно очевидное решение, ибо в легендах о Голдринне всегда упоминалась Элуна, и то, как этот волк пытался сдерживать свою ярость, ради богини Луны.
Некоторые ночные эльфы действительно ищут способы обуздать что-то опасное и использовать это на благо своего народа, но сейчас у власти совсем иные эльфы, которые просто запрещают всё подряд.
Вообще, критиковать чужие решения, конечно, очень легко, но можно понять и Тиранду с Малфурионом — они лично видели к чему приводит бесконтрольное использование магии — к пришествию демонов и разрушению мира. Эти двое возглавили ночных эльфов после Великого Раскола, когда от некогда огромной империи Калдорай остались лишь жалкие ошмётки на окраине материка.
