– Но ведь вы чувствуете горечь утраты, беспокоитесь за своих воинов, значит, в вашей душе есть еще искорка Единого, которую он вложил в вас при рождении, – продолжал настаивать священник.
– Конечно, ведь после схватки я позволяю себе расслабиться. Я же все-таки не бездушное оружие, а живой человек.
– Да, я заметил, что ничто человеческое вам не чуждо. Вам не противны плотские удовольствия, не так ли? («Это он про Кару, что ли?» – подумал я.) Вы также очень чутко относитесь к красоте…
Тут я непонимающе посмотрел на святого отца, так что он счел нужным пояснить:
– Я видел, как вы рассматривали картины в храме, а это свидетельствует о том, что вы открыты для истинной веры, не отрицаете Единого. Так почему же вы не признаете основу его учения?
О, кстати, раз напомнил о картинах, нужно кое-что у него спросить, а то засело у меня в голове, как заноза.
– Да, меня весьма заинтересовали ваши полотна, – ответил я. – Не объясните, что изображено на них, чтобы я до конца мог понять их смысл?
Священник прямо расцвел:
– Конечно, сын мой. На первой из них запечатлен Единый в момент сотворения первых людей и наделения их божественной искрой. Это…
– А можно сразу перейти к картинам, что висят на боковых стенах храма, – попросил я священника, понимая, что описание торжественного момента введения в мир первых юнитов может затянуться.
Святой отец недовольно поморщился, но все же пояснил:
– На той, что висит на правой стене, изображена решающая битва сил Света и Тьмы, что произошла около пяти сотен лет назад. На ней запечатлен момент, когда Единый дает воинству Света оружие веры, что способно сокрушить непобедимого Темного мага…
– Тогда тот поверженный воин, что нарисован на полотне напротив – и есть Темный маг? – догадался я.
– Это так, – подтвердил священник. – На ней показан тот момент, когда Единый склоняется над поверженным противником, что погасил в себе изначальную искру, дарованную ему Создателем. Именно эта полотно учит нас не осуждать своих врагов, а пожалеть и понять их.
«Ага, – усмехнулся я. – Как говорится, возвращаясь к теме разговора…»
Но мне все еще был неясен один момент.
– А какой расы был Темный маг? – спросил я.
– А разве это так важно?
– Просто интересно. Я никогда не слышал никаких упоминаний о расе с таким внешним видом. Не демон ли? – продолжал настаивать я.
– Нет, не демон. Предания и летописи тех времен гласят, что он был обычным человеком, пока не впустил в сердце саму Смерть. После этого он изменился, лишился способности чувствовать и изменил свой облик на тот, что изображен на картине.
Священник задумался, а потом мрачно произнес:
– Знаете, Алекс, а вы очень на него похожи.
Я даже рот открыл после такого заявления, но потом все же выдавил:
– Это чем же? Ушами? Только это еще ничего не доказывает!..
– Нет, я говорю не о ваших ушах, я о вашем безразличии к смерти.
Я поспешил пресечь ход мыслей священника:
– Нет, к смерти я отношусь не безразлично. Мне же все-таки больно видеть, как умирают мои парни! И я, конечно, не желаю смерти моим родным, друзьям, просто знакомым, я не хочу, чтобы убивали беззащитных жителей этого города!
Священник внимательно на меня посмотрел, как будто ожидая, что сейчас я потемнею, а мои глаза станут желтыми. Не дождавшись от меня таких изменений, он вздохнул и сказал, поднявшись с лавки:
– Я вижу, что Тьма еще не полностью завладела вашей душой, но направить вас на путь истинный у меня уже не получится. К сожалению, вы, словно орех, спрятались за твердой скорлупой безразличия и настороженности, и я не в силах уговорить вас раскрыться. Одно могу пожелать вам напоследок – постарайтесь сохранить огонь той изначальной искры у себя в сердце. Если он потухнет, вы вполне можете повторить путь Темного мага.
Священник повернулся и вышел из моего дома, а я все сидел и думал над его словами. Ни фига себе, поворот сюжета! Только-только все начало налаживаться, и тут такой сюрприз – оказывается, у меня есть возможность стать Темным магом. Священник прямо так и сказал. Мне не хотелось в этом признаваться, но были детали, которые свидетельствовали в пользу этой версии. Мое циничное отношение к чужой смерти – раз, мои магические способности – два, и напоследок – моя таинственная темная подруга, что приходит ко мне в момент тонкой грани перехода от яви ко сну. Короче, вывод напрашивался весьма очевидный…
Гад, этот священник: пришел незваным, наговорил кучу гадостей, испортил настроение и слинял! И как это называется? Свинство самое натуральное, за которое в приличных местах в морду дают! И главное – сделал выводы на совершенно пустом месте, ведь он еще даже не знает, что я маг… Или знает? Если мои парни пришли к нему исповедаться, а он потом вывалил мне свои претензии, что мешало покаяться ему в жилетку той же Нараде или Хагелу? Нет, Хагел отпадает, он исповедоваться точно не будет, а вот насчет знахарки у меня большие сомнения. Тогда почему он прямо мне не сообщил – ты Темный маг, милости прошу на костер! Или знает, что у самого силенок меня скрутить не хватит, поэтому будет потихоньку настраивать моих бойцов, чтобы подсобили? Нет, будем считать, что святоша ничего обо мне не пронюхал, иначе появляется совсем гнилая карта в колоде. Мне еще только внутренних проблем не хватало в отряде!
Вздохнув, я решил, что нужно будет на досуге в степи поговорить с ребятами, чтобы исключить всякие нехорошие поползновения в мою сторону, да и за священником приглядывать не помешает. А по поводу моего будущего нужно основательно подумать. Что-то мне подсказывало, что и черное колечко, и моя подруга появились не просто так. Вряд ли это во что-нибудь не выльется. Может, не сейчас, но это точно к чему-нибудь меня приведет. И вполне возможно, что в недалеком будущем я стану новым Темным магом в этом мире. Это меня не сильно пугало, так как «темный» далеко не всегда значит «плохой», а к Темноте я уже давно стал относиться по-дружески. Так что меня подобная перспектива не расстраивала, хотя и весьма настораживала.
Нет, стать таким, как он, я бы точно не отказался, ведь он был явно неслабым магом при жизни, раз его сумели завалить только неким божественным оружием. Напрягала только всеобщая ненависть, которой его облили сверху донизу. Возможно, это стало результатом известной поговорки о том, что историю пишут победители. Я более чем уверен, что та армия нечисти на самом деле состояла из обычных людей или же не совсем людей, сражавшихся за свою правду, да и противостоящая им армия не была такой светлой, как на картине. Сейчас уже вряд ли можно узнать все подробности той битвы и того, как маг дошел до такой жизни, но могу ему только посочувствовать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
