— Хоболы приняли решение за нас, — молвил Фантазист.
— О Воляпуте есть вести? г- спросил Лориан у запыхавшегося Напролика.
— Воляпута они упустили,
Лориан прикусил нижнюю губу.
— У безумца есть то, чего лишили несчастного Герко.
— Голова? — спросил Фантазист.
— Будущее. Великое будущее, — ответил пророк и вернулся к рукописям.
Дергач прогнал злых мальчишек. Фантазист задумался:
— Под Язочей тело Щедрило. На Черной горе закопаем голову Герко. Кто ляжет костьми на Букопе?
Мрачную шутку не поддержали.
— Э, парни, — встревожился Фантазист. — Чего пригорюнились? Герко сделал ошибочный выбор и наказан. Не испугались же вы этих придурковатых хоболов? Первый раз кровь увидели?
Сдерживая слезы, Напролик проговорил:
— Герко мне был как родной отец. Кроме меня, его и оплакивать-то некому.
Он поднял голову убитого, замотал ее в платок и отправился вырывать ямку на западном склоне.
— Ни разу не дрался с хоболом, — признался Дергач.
— Скоро наверстаешь упущенное, — откликнулся Фантазист.
— О чем подумал Лориан, когда увидел голову Герко? — спросил Дергач.
— Лучше бы тебе не знать, о чем он подумает, увидев твою отрезанную задницу. Идем-ка поупражняемся да наточим ножи, — предложил Фантазист.
И два друга широкими шагами отправились в каменоломню, где укрепляли мышцы с помощью упражнений, подсказанных Лорианом.
Узнав о внезапном приближении Кикура к границам Язочи и о возникшем у Лориана желании сразиться с хоболами, Дергач испытал двойственные чувства, ведь хоболы были родственным ему племенем. «Ты идешь с нами?» — утром спросил Напролик. Конан неохотно встал. Сопровождая Лориана чуть позади у левого плеча, он еле передвигал ноги. Его трясло как в лихорадке.
Навстречу племени хоболов и кикуровскому отряду Лориан вышел во главе группки отчаянных друзей. Несмотря на численное преимущество противника, молодые школяры не сомневались в том, что им удастся выиграть сражение.
— Эх, жаль, не смогли научиться превращаться в борсокеров, — бормотал в дороге Напролик. — Барбо наверняка знал, что идет Кикур. Отомстил, гад. Никогда не прощу.
Напролик сконструировал бронзовые браслеты, с помощью которых можно было пронзительно свистеть. Он снабдил ими речевиков, завербованных Фантазистом для переноски тяжестей. Напролик надеялся свистом испугать суеверных хоболов. И не ошибся.
Перед боем Напролик выбил себе передний зуб, чтог бы удобнее было свистеть, если враг сорвет браслет с руки и завладеет тайным оружием. Он знал, как музыка боя бодрит мужчину. Лориан и Фантазиет не верили, что «оружие» мураявра окажется эффективным. Они вообще были равнодушны к музыке. «Умеющий читать в музыке не нуждается», — утверждали они. Красота звуков была им непонятна. Они затыкали уши, когда Напролик пробовал новый музыкальный инструмент — свистящий браслет.
И вот начался бой.
Шаман хоболов ходил перед своим войском, держа череп в руках. Лориан догадался, что шаман призывает на помощь злых духов. В какой-то момент показалось, что замысел неудачен и хоболы равнодушны к музыке. Взъерошенный Напролик возбужденно бегал перед шеренгой речевиков. Речевики шли ровным шагом и вдруг разом засвистели, подняв руки с браслетами к губам.
Свист ввинчивался в уши противника. Свистящие браслеты оказались оружием победы. Хоболы дрогнули, завопили от ужаса. Атакуемый музыкой, враг отступил за холм. Коварных духов, покровительствующих хоболам, удалось победить с помощью свиста.
Победителям досталась красивая девушка, брошенная хоболами при позорном бегстве. Когда ее спросили, какую участь она выбирает, красавица вдруг ответила: «Буду женой Фантазиста!» Незнакомка стала четвертой женой Фантазиста. Не удалось узнать ее имя, да и было ли оно у прекрасной хоболки? Познакомившись с женами Фантазиста, она заявила, что отныне ее зовут Лотаной, и не скрывала, что новое имя образовано из комен имени Первого Пророка. «В коменах она разбирается, скажите пожалуйста. Откуда такая взялась на наши головы? Глядеть за выскочкой надо в оба», — хмуро бормотал Дергач.
Одержав победу в битве с хоболами, друзья тем не менее понимали, что радоваться рано. Прямо на них 'шел теперь гигант в черном плаще, а следом за ним еще несколько десятков крепких воинов.
— Ну что, жалкие колоты, приготовьтесь к смерти! — прорычал Кикур.
ВРАГ В ПЫЛИ
Кулак Дергача мелькнул в воздухе, и противник, разбрызгивая кровавую слюну, далеко отлетел, показав грязные пятки. Еще одним ударом могучего кулака Дергач пригвоздил гиганта к земле. Другой высоченный воин попытался напасть на Дергача сбоку, но был поражен ударом пятки в висок. Словно ужаленный Китовласом в мозг, он завертелся на одном месте и, плюясь желто-зеленой пеной, выступившей на губах, рухнул на землю в жесточайших судорогах.
Настала очередь сойтись в равном поединке вожакам двух группировок.
Долго и жестоко сражался Лориан с ненавистным предводителем конанов. Теперь против Кикура выступал не хилый мальчишка, но противник, внушающий серьезные опасения. Кикур понял это, когда Лориан ударами огромных кулаков заставил его отступить. Наконец последним пинком пророк свалил конана на землю.
Поставив ногу Кикуру на грудь, Лориан обернулся и дал знак Напролику развести костер.
— Я проиграл, — признал Кикур. — Возьми, что пожелаешь.
— Ты давно потерял право на волшебный перстень; — сказал Лориан.
— Чего ты хочешь?
— Когда-то ты лишил меня свободы. Скажи, что я свободен. Громко скажи.
Кикур харкнул кровью на край черного плаща.
— Ты победил. Ты свободен.
Лориан наклонился над поверженным противником:
— Перуника не будет планетой рабства, пока я жив и живы мои друзья. Кикур! Побежденный во второй раз, ты по-прежнему опасен. Я не могу просто так отпустить человека, не дорожащего чужой жизнью. Я беру у тебя глаз. И плачу своим глазом за твой.
Невыразимый ужас исказил лицо Кикура.
— Кикур, твоих безжалостных глаз боялись мальчишки всех племен. Теперь ты им не страшен!
Точным движением Лориан погрузил раскаленное бронзовое лезвие в глазницу Кикура.
Кикур слабо шевелил руками под черной материей плаща. Вторым ударом ножа Лориан отрезал Кикуру мизинец на левой руке. Не торопясь вытер черный перстень о край плаща и надел его на свой палец. Лориан ожидал, что перстень сразу покажет свою силу, но абсолютно ничего не почувствовал.
Шайка Кикура, увидев финал наказания, поворотилась спинами к Лориану и его друзьям и зашагала прочь, многократно оглядываясь и переходя на бег. Напролик освободил мальчишек от ошейников. Многие пленники за долгое пребывание в колонне подхватили болезни. Тяготы плена и жестокости охранников разрушили хрупкое здоровье ослабленных детей. Напролик поговорил с каждым, советуя лечебную траву и подсказывая, как и где ее искать. У юных невольников появился выбор.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
