Читаем без скачивания Уловка Прометея - Роберт Ладлэм

Брайсон посмотрел на сосуд с прозрачной жидкостью, соединенный капельницей с иглой, воткнутой в вену Данне. Этикетка на сосуде гласила: «Кетамин». Это было обезболивающее средство, но его можно было применять по-разному. Если подобрать правильные дозы, кетамин мог вызвать состояние эйфории или же бреда; время от времени как в Директорате, так и в ЦРУ кетамин использовали в качестве «сыворотки правды». Быстрым движением Брайсон протянул руку, нашел краник капельницы и повернул его, усиливая ток жидкости.

– Что вы творите? – спросил Данне. – Не перекрывайте его! Морфий на меня уже не действует, так что им пришлось посадить меня на более сильные лекарства.

Усилившийся приток наркотика в кровь практически сразу же оказал надлежащее воздействие. Кожа Данне покраснела, дыхание стало чаще.

– Вы не разузнали об этом, верно?

– Не разузнал о чем?

– Вы слышали, что случилось с его ребенком?

– С чьим ребенком?

– Мэннинга.

Елена, помнится, вытянула из Интернета биографию Мэннинга.

– У него была дочь, и ее похитили, верно?

– Похитили? Это были бы еще цветочки, Брайсон. Мэннинг развелся с женой и воспитывал восьмилетнюю дочь. Он на нее надышаться не мог. – Речь Данне стала тягучей, слегка невнятной. – Он ездил в Манхэттен по приглашению... на какую-то большую благотворительную акцию. А Ариэль – это его дочка – оставалась дома, в квартире на Плаза, с гувернанткой... он вернулся домой поздно вечером и обнаружил, что гувернантка убита, а девочка исчезла...

– Господи...

– Какие-то умники... заработать деньжат... – Данне начал пропускать слова. – Заплатить выкуп... ничего... они увезли ее в какую-то хижину далеко... в Пенсильвании.

Данне умолк, пережидая еще один приступ кашля.

– Мэннинг не терял времени.

Глаза Данне закатились. Брайсон подождал несколько секунд. Неужели он переборщил с дозой? Ник встал и слегка закрутил краник капельницы. В этот миг Данне открыл глаза.

– Этот парень владел огромной империей электроники... предложил помощь ФБР... для раскрытия дела...

У нас есть спутники, но мы не можем использовать их – они законсервированы... вонючий исполнительный приказ 1233... какого черта...

Взгляд Данне снова начал фокусироваться.

– Задницы из министерства юстиции не дали разрешения на прослушивание... сотовых телефонов похитителей... Все дело пошло в жопу из-за бюрократов... из-за бюрократического дерьма. Защита частной жизни преступников. А тем временем маленькая прелестная восьмилетняя девочка... заживо погребенная в гробу под метровым слоем земли... медленно умирала от удушья.

– Господи боже... какой кошмар!

– После этого Мэннинг стал совсем другим. Он увидел свет.

– Что... что это был за «свет»?

Данне покачал головой и улыбнулся странной улыбкой. Брайсон встал.

– Где Ланчестер? – спросил он. – Говорят, что он уехал в отпуск на Тихоокеанское побережье. Но это полная ерунда – он вовсе не там. Где он?

– Там, где все они. Вся прометеевская банда, кроме тебя. Ты думаешь, в аду? Нет, в Лейксайде.

– В Лейксайде?

– Это дом Мэннинга. На озере под Сиэтлом. – Голос Данне постепенно слабел, глаза закрывались. – А теперь уходите, Брайсон. Я себя нехорошо чувствую.

– Но какова их цель? – не отставал Брайсон. – Зачем это все?

– Это здоровенный грузовой состав, который мчится прямо на тебя, приятель, – произнес Данне. Новый приступ кашля почти на минуту оборвал его речь. – Его уже не остановить. Ты опоздал. Так что лучше тебе просто убраться с пути.

Брайсон заметил, как кто-то прошел по коридору. Это был худощавый чернокожий мужчина, вероятно санитар. Что-то в нем было знакомое. Но откуда?

Резко поднявшись, Брайсон вышел из палаты. Неведомый инстинкт предупредил его о надвигающейся опасности. Он размашисто шагал по коридору – чрезвычайно занятой врач, который опаздывает к очередному пациенту.

Дойдя до конца коридора, Брайсон обернулся, оглянулся назад и увидел, как чернокожий санитар входит в палату Данне. Этот человек был определенно знаком Брайсону. Слишком знаком. Но кто бы это мог быть?

Свернув в холл, заставленный торговыми автоматами и пластиковыми столиками, Брайсон напряг память. Откуда, с какой операции, из какой страны? Или этот человек знаком ему по штатской жизни, по временам преподавательской деятельности?

Несколько минут спустя Брайсон осторожно выглянул в коридор и посмотрел в сторону палаты Данне. Никого не заметив поблизости, он направился обратно, намереваясь мимоходом заглянуть в палату и еще разок взглянуть на санитара.

Дойдя до палаты Данне, Брайсон обнаружил, что дверь открыта. Он заглянул внутрь. В палате не было никого, кроме Данне, спавшего на кровати. Нет, не спавшего.

Непрерывный, монотонный сигнал прибора, следившего за сердечной деятельностью, заставил Брайсона пристально взглянуть на монитор. Линия на экране, обычно выписывавшая зубцы, сейчас была абсолютно ровной. Сердце Данне больше не билось. Он был мертв.

Брайсон ворвался в палату. Лицо Данне было белым как мел; он был мертв – в том не было ни малейших сомнений. Повернувшись к капельнице с кетамином, Брайсон увидел, что краник откручен практически полностью и сосуд уже почти опустел.

Этот вентиль открутил чернокожий санитар. Он убил Данне.

Должно быть, за ними все это время наблюдали. Этот «санитар» – кто бы он ни был – убил Данне.

За что? За то, что Данне рассказал Брайсону?

Брайсон бросился прочь из здания.

– Сэр, мы получили изображение.

Павильон был наполнен сотнями плоских мониторов, на которых мерцали движущиеся, постоянно сменяющиеся картинки – их транслировали спутники, висящие над Землей на геосинхронных орбитах. Это помещение находилось на верхнем уровне прогулочной эстакады в Саннивэйле, штат Калифорния, прямо над Центром диетологии. Таким образом, весьма специфичное электронное оборудование было наилучшим образом скрыто от посторонних взглядов.

Молодой специалист по коммуникационным устройствам указал на монитор 23-А и быстрыми шагами направился к контрольному пульту. Его начальник, средних лет мужчина, тоже подошел поближе, искоса посматривая на экран.

– Вот здесь – зеленый «Бьюик», – сообщил молодой человек. – Номер совпадает. Водитель – мужчина, пассажир – женщина.

– Вы запускали программу распознавания лиц?

– Так точно, сэр. Подтверждение получено. Это они.

– Направление?

– Едут на юг, сэр.

Начальник кивнул и приказал:

– Выслать команду 27.

Брайсон сидел за рулем автомобиля.

Им необходимо было немедленно попасть в Сиэтл. Для этого следовало найти ближайший аэропорт, а там узнать о наличии рейсов на Сиэтл – коммерческих или чартерных. Лейксайд. Дом Грегсона Мэннинга на берегу озера, под Сиэтлом.

Там собралась группа «Прометей» – вся группа. Какова же была цель этого собрания?

Чем бы ни занимались прометеевцы – сейчас они все собрались в одном месте. Брайсону было необходимо немедленно попасть туда.

– Тот санитар... – начал было Брайсон. Он рассказывал Елене о странно знакомом человеке. Но резко оборвал себя на полуслове, почувствовав неожиданное головокружение. В сознании у Ника словно вспыхнула яркая картинка. Бетонный общественный туалет в парке Рок-Крик. В туалет врывается шофер Данне, желающий немедленно видеть своего босса. Тонкий, стройный, мускулистый чернокожий человек. Соломон. Он стреляет в Ника с каким-то жестоким, почти садистским выражением в глазах. Тот же самый человек, скорчившись, лежит на бетонном полу – мертвый. Из ран в груди струится кровь – его застрелил его же собственный босс.

Пришедшее осознание было почти болезненным.

– Это был шофер Данне. Очевидно, он шпионил за Данне по заданию «Прометея».

– Но... но мне кажется, ты говорил, что он умер, что Данне убил его!

– Господи, да что мне только не казалось! У каждого мало-мальски приличного разведывательного агентства есть в запасе такие маленькие фокусы. Пакетики с кровью, крошечные взрывные устройства на батарейках – кажется, их называют петардами. Оснащенный такими штучками костюм. Целый мешок трюков! Я малость сбился с пути, и Данне решил устроить драматическую постановку, чтобы снова направить меня к цели... Постой... послушай.

Елена склонила голову набок.

– Что ты услышал?

Откуда-то издалека раздавалось отчетливое стрекотание вертолета. Поблизости не проходил ни один вертолетный маршрут, и вообще не было ни одной посадочной площадки для вертолетов.

– Это вертолет – одна из самых бесшумных моделей. Похоже, он сейчас прямо над нами. У тебя есть маленькое зеркальце в сумке – в пудренице, например?

– Конечно.

– Я хочу, чтобы ты опустила стекло со своей стороны и попробовала посмотреть в зеркальце на то, что находится прямо наверху. Постарайся сделать это так, чтобы никто не заметил, что ты высматриваешь.