— Господи! Почему так долго?!
— Я сегодня ужасно занята. Что привело тебя сюда?
Он каблуком растоптал выкуренную до половины сигарету.
— Мне срочно нужны деньги.
Да, с виду по нему никак не скажешь, что у него пустые карманы, подумала она. На нем был сюртук «Сэвил Роу». Луиза открыла ящик и достала кошелек.
— У меня около пятнадцати фунтов. Этого хватит?
Он с грохотом стукнул по столу кулаком.
— Черт побери! Конечно нет! Мне нужно пять тысяч немедленно, а остальное — потом.
Она смотрела на него, не веря собственным ушам. Она уже много раз оплачивала его счета, как правило за одежду, иногда — за слишком дорогие покупки, которые сам он не мог себе позволить. Луиза знала, что ей до конца дней своих придется работать еще и на «Престберис», потому что сам он никогда не управится, но пока еще ничего из ряда вон мы ходящего не происходило, но пять тысяч фунтов — это громадные деньги.
— Зачем тебе столько денег? — воскликнула она.
Он продолжал нервно расхаживать.
— На меня насели кредиторы. Я всюду должен. У меня только что произошла крайне неприятная встреча, которой я не смог избежать. Ты должна мне помочь, иначе я окажусь в долговой тюрьме, а к нам домой придут приставы.
Она еще не понимала.
— Прежде всего, как ты умудрился так вляпаться?
Он бросил на нее злобный взгляд и скривил губы в сердитой усмешке.
— Так. Не можешь дать денег, пока не допытаешься. Ладно, я скажу. Я играл на бегах. Сегодня на этом можно сколотить состояние. Сначала мне все время везло, но год назад все изменилось. Если уж ты так хочешь знать, то у меня даже не хватит денег выплатить к следующей пятнице жалованье в магазине, а банк грозится отказать мне в праве выкупа.
— Ты заложил «Престберис»? — Его недальновидность была просто ужасающей. Луиза всегда боялась, что однажды он втянется в непомерные долги, но даже представить себе не могла, что это произойдет так скоро.
— Да, заложил. До последнего гвоздя.
Она утомленно провела рукой по лбу. Значит, возмездие его все-таки настигло.
— Сколько всего ты должен?
Роберт произвел мысленные подсчеты и огорошил жену суммой. Она покачала головой, и он озлобился еще сильнее.
— Не притворяйся, будто у тебя их нет или ты не можешь их достать, я прекрасно знаю, что можешь. Это твое ателье — просто золотая жила, если учесть, какие в нем цены.
Луиза знала, что ей грозит, если безоговорочно выполнит все его требования. Он будет и дальше проматывать деньги, пока не высосет из нее последний пенни. Весь ее тяжелый бесконечный труд пойдет насмарку, она тоже обанкротится и не сможет больше заниматься своими любимым творческим ремеслом.
— Я дам тебе пять тысяч при условии, что ты согласишься жить отдельно и откажешься от всякой опеки над Полем Мишелем сейчас и в будущем…
— С ума спятила! Я никогда на это не соглашусь.
Она продолжала говорить, как будто не слышала этих слов:
— Чтобы покрыть твои долги, нам придется продать наш дом и всю мебель, а также лошадей и экипажи. Я попрошу Уилла Расселла купить «Престберис» по сходной цене, и тогда ты сможешь рассчитаться с банком и у тебя еще кое-что останется.
Роберт взорвался, взбешенный тем, что она продолжает ставить условия.
— Я не собираюсь продавать ни дом, ни «Престберис»! Ты вполне можешь взять необходимые мне деньги из собственного дела.
Она сделала глубокий вдох.
— Это невозможно.
— О чем это ты? Весь Лондон знает, что это дьявольски богатый магазин.
— Я о том, что официально не имею права распоряжаться доходами и теперь намерена воспользоваться этим преимуществом. Я же знаю тебя, поэтому…
— Ничего не понимаю.
— Магазин мой только в силу определенного соглашения, так же как «Престберис» перейдет ко мне после того, как Уилл выкупит его, продав мою часть нераспроданного импортного товара на фабрике. В договоре я не значусь как партнер и официально им не являюсь.
У него отвисла челюсть.
— Ты доверила собственные вложения и собственный капитал совершенно постороннему человеку?
— Я доверила будущее Поля Мишеля и свое надежному другу. Я всегда знала, что когда-нибудь ты начисто лишишь меня средств к существованию, поэтому сделала так, чтобы в случае моей смерти ты не промотал бы магазин и не оставил Поля Мишеля без гроша, когда он станет совершеннолетним. К тому же это избавило бы его и от других несчастий. Единственная причина, по которой ты отправил его в свою старую школу в Фаунтли, заключалась в том, что ты хотел сделать несчастным и Поля Мишеля, и меня, зная, какие там чудовищные условия. — Луиза вскинула голову. — Больше этого не будет. Я забираю сына обратно. Он будет учиться в хорошей школе, которую я сама выберу. — И ее ладонь с силой надавила на звонок у нее на столе. — И наконец-то я стану свободной.
Не позвони Луиза вовремя, муж бы ее избил. Она уже видела по его трясущейся челюсти и дико сдвинутым бровям, что он не в состоянии справиться со своей злобой, но дверь почти мгновенно распахнулась, и на пороге появился клерк.
— Мы с мистером Престбери едем к моим адвокатам, — сказала Луиза клерку, вынимая из шкафа свое пальто. Тот ринулся ей помогать. — Передайте мадемуазель Брюссо, что меня не будет довольно долго.
— Конечно, мадам Луиза. Я сейчас же велю подогнать кеб.
Она надела шляпку, надвинув ее на лоб. Роберт, раздувая ноздри и сжав кулаки, сбежал вслед за ней по лестнице и первым плюхнулся в кеб, даже не предложив ей руку.
У адвокатов развернулась бурная деятельность. Раздельное жительство надо было оформить со всеми должными формальностями и без нежелательных задержек. Если бы Луиза стала настаивать на разводе, все было бы иначе — эта нудная запутанная процедура отняла бы все время, деньги и терпение, хотя она дала свое согласие на то, что Роберт может жениться во второй раз. Лично она замуж выходить не собирается. Роберт обязался не предъявлять к ней никаких притязаний после выплаты всех долгов. Луиза выписала ему банковский чек на пять тысяч фунтов. Он принял его злобно, не глядя ей в глаза.
По пути в банк Роберт уже обдумывал, как можно все уладить с максимальной выгодой для себя. После продажи дома он вернется к матери, где по крайней мере сможет жить в относительном комфорте и без финансовых затрат. Мать в последнее время хворала и почти не выходила из своей спальни. Он не сомневался, что дни ее сочтены, ну а после ее кончины его инфантильная сестра сама доверит ему управление своими капиталами. Не так уже все и плохо, как казалось сначала. Его мучило одно — желание отомстить Луизе. Он надеялся, что жена никогда не вырвется из его когтей.
