Рассказ юноши быстро перерос в жаркую дискуссию и обсуждение. Постепенно перейдя к насущной проблеме – к осаде. Молодой человек, посаженный рядом с конунгом и Высшим друидом, как равный по происхождению, молчал, слушая разгорячено споривших сотников и паннов. «Если копнуть поглубже и хорошо подумать, а также сопоставить факты, то о равности предков конунга и моих не может быть и речи, – думал Ксандр. Даже на Резах видно кем был предок Седовласа – простым рыбаком. Может быть старостой или еще кем-то. Но в первую очередь – рыбаком. Вряд ли сохранилась у них какая-то литература по этому вопросу, чтобы прояснить все до конца. Рианн же, мой предок, уже имел несколько кораблей, как это видно на Резе. И корабли эти были не простые, а военные. И дружина морская. Если вспомнить, слова Магнуса, как Рианн появился на материке во главе трехтысячной дружины, то со всей уверенностью можно предположить о том, что мой дальний родственник уже был конунгом или ярлом. Но все это только мои мысли, и нужно гнать их подальше. Мне сейчас не помешает быть попроще. Тем более конунг не дурак – сам все понимает, и, похоже, даже благодарен за мою простоту».
Тем временем обсуждение защиты города продолжалось. В основном говорили о продовольствии, о кузнях и о новоприбывших беженцах. Было такое чувство, что народ уже знает – как конунг скажет, так и будет. Потому особо никто не распылялся. Все ждали последнего слова. И Ксандр тоже ждал, хотя у него уже было, что сказать. Но он, как, по сути своей, обычный подросток, не без гонора, конечно, но подросток, естественно терялся, находясь в кругу взрослых людей. Стереотип – взрослые лучше знают, что делать, в основном правильный, конечно, давил сейчас и на Ксандра. Ну, наследник, правда, уже мертвой империи, ну, искусен в бою – и что? В данном положении нужны опытные высказывания и предложения. Хотя на счет опытности… Вопрос спорный.
Кстати, о признании его царственной особы… Его рискованное представление в конечном итоге имело положительные результаты. Руна Крови, как уже потом объяснял ему Ваянар, один из древних артефактов этого города. Когда-то, очень давно, предки Ксандра и Седовласа заключили союз и закрепили его своей кровью. Именно этот момент изображался на старом Столбе. В довесок к договору вырезали руну. Руну Крови – крови предков. Магнус, как-то упоминал о вечном союзе между нортийцами и Меленвилем, но Ксандр даже не предполагал насколько крепким он был…
«Какой опыт обороны осажденного города был у современных хирмальмцев? – думал Ксандр, слушая сотников и паннов. А никакого. Приграничные стычки с дикими тарками. Что еще? Были локальные войны, но в прошлом столетии. Лоримы в основном народ целостный. Воевать друг с другом не будут из-за прихоти ярлов. Слишком все у них здесь серьезно и … Мало их вот что… Как уплыли на материк лучшие с конунгом, так и не вернулись. Здесь старики одни остались и молодняк. И еще друиды. Судя по разговорам женщин, в среде местной духовной власти есть и отдельные экземпляры – а где их нет таких. Но в основном к духовной власти тут полный респект. Значит – есть за что. Вот и воспитывали почти сто лет остатки народа друиды и старики. И неплохо вроде воспитали». От размышлений юношу отвлекли слова конунга обращенные к нему:
-С твоих слов в том мире, где ты вырос, искусство войны намного превысило здешнее.
«Все. Конунг больше не смеется и не подшучивает. Шутки кончились. Начался, как говорил мой учитель по истории, фактаж. Четко и по существу».
-Говори. Я знаю – у тебя есть, что сказать.
Ксандра снова привела в замешательство манера разговора конунга. Ну, на то он и конунг, чтобы приводить в замешательство. Саша подобрался и начал говорить:
– Лоримы закрывшись в своих самых укрепленных городах, поступили абсолютно логично. Другими словами у людей другого выхода просто не было. Тарков больше и они сильнее и количеством и физически.
-Ну, это и жмыху ясно, – перебил его один из паннов. Конунг бросил испепеляющий взгляд на выскочку и произнес:
-У тебя, Альмод, уже было время высказаться. Ничего путного я от тебя не услышал и мне кажется, уже не услышу, – от этих слов даже Ксандр поежился, таким тоном они были сказаны. «Панн в осадке. Жуть. Конунг – монстр, – мелькнуло у него в голове».
-Продолжай, принц, – юноша снова вздрогнул – давненько его так не называли. И продолжил:
-Может, я ошибаюсь, но за эти два дня, что я здесь, мне показалось – людям уже не хватает продовольствия. Пусть многие этого еще не замечают, но скоро это будет хорошо видно. Поля и сады пустуют – их никто не обрабатывает. Охотой и рыбалкой весь город прокормить нельзя. Я к тому, что лоримы оказались в ловушке.
У тарков положение еще хуже. Еще пару седмиц и они сожрут друг друга. Мне понятен ваш расчет – выждать это время, пока твари не передерутся, а затем, посылая сильные отряды начать зачистку территории. Это было бы правильно, если бы не одно «но».
Безликий – вот наша главная проблема. Эта тварь скоро будет здесь и тогда тарки станут намного активней и умнее. Я видел, как шайты контролируют простых тарков. Думаю с появлением Безликого у Хирмальму придется очень тяжело. Саша, найдя среди сидящих Альди, спросил:
– Сколько у нас времени? Насколько мы морем опередили Безликого?
Все взгляды обратились на десятника. Тот задумчиво почесал бороду и выдал:
-Дня четыре, у нас еще есть если он не будет задерживаться, и будет идти сам без тарков.
– Что изменится, если здесь появится Безликий? – задал вопрос один из паннов.
– Стены города защищены Рунами, – поддержал его другой и обратился к друиду. – Ведь так, Высший? Все дружно обернулись к старцу.
– Да Руны защищают стены Хирмальма. Да, они намного сильнее, чем те, что берегли Ульм и Мирольм. Но, то, как легко справился Безликий с их защитой не придает мне уверенности…
В зале стало тихо. Видимо для всех слова друида оказались новостью. Наверное, каждый из них надеялся на Силу стен, а тут выходит, что не все так радужно. Если тарки ворвутся в город, то их уже ничто не остановит…
– Продолжай, – от слов конунга, задумавшийся Ксандр вздрогнул и немного помедлив, стал говорить:
– Произошедшее в лагере лучников, говорит нам о том, что шайты умнеют. Согласитесь. Тупоголовые тарки отвлекают основную дружину на северной стене, а тем временем другая их часть похоже самая умная проникает в город совсем в другом месте. Если лоримы теряют своих воинов на стенах в схватках с безоружными и бездоспешными зверьми, то представьте себе что будет, если каждый тарк возьмет в лапы дубину или начнет бросаться, к примеру, камнями.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
