Вот так теперь публика относится к моему бизнесу. Вот так она его разрушает. Они предпочитают ждать и НЕ продавать свои бумаги! В общем, когда первое впечатление от скверной новости исчезает, для меня не остаётся больше работы, новости надо эксплуатировать пока они горячие. Затем уже поздно. А как работать сейчас, когда публика не обращает внимания ни на какие новости?
Мой рабочий капитал теперь покоится в этих "трупиках" (как я называю Свободные Деньги) и тает каждый день, лежит в сейфе и тает на глазах. Чтобы наносить удар вовремя мне всегда приходилось иметь про запас капиталец, без этого никак в нашем спекулянтском деле. А теперь? Проходит время, я пересчитываю деньги, а они УМЕНЬШИЛИСЬ!!! Постоянный и неизменный ущерб, ради очень неопределённого шанса заработка! Какой-то бред.
В начале года у меня наличными было десять миллионов. Думая, что как и ранее, что мне они могут пригодиться в нужный момент, я их не трогал, ждал. Теперь конец июня, но за полгода я так и не смог опустить цены на бирже, чтобы скупить по дешёвке акции, поэтому и деньги никак не использовал. Что я сказал? НЕ ИСПОЛЬЗОВАЛ? А четверть миллиона, между прочим, испарились просто так! Я потерял, и потерял безвозвратно, эту сумму, а оценка будущего не изменилась. Ни капли. Всё так же безнадёжно. Биржа наполнена теперь толстокожими бегемотами. И их становится с каждым днём всё больше и больше. Опыт говорит даже самому робкому инвестору, что если долгое время никто ничего не продаёт и не покупает, то цены, несмотря на самые мрачные перспективы, не могут упасть, и в дело могут "вступить" для расшатывания этой атмосферы не какие-то слухи, а только железные факты, только они могут реально повлиять на поведение цен.
Как же всё было по-другому в прежние временя! Передо мной лежит вырезка из финансовых новостей газеты, модель, к разработке которых я сам имел прямое отношение:
"Чёрная пятница. Сегодня биржу охватила паника. Были получены новости о том, что у турецкого султана внезапно разболелся живот. Провинциальные игроки бросились распродавать свои турецкие активы, и они были встречены волной местных спекулянтов, которые быстро скупили всё предложенное. В результате всего этого рынок оказался под давлением, деморализован, биржа открылась на очередные торги в паническом настроении. 'Sauve qui peut' ("Спасайся, кто может!") – вот был девиз сегодняшнего дня."
А теперь? Постоянно один и тот же глупый вопрос: "Что я буду делать с деньгами? Что я буду делать с деньгами, если продам ценные бумаги?" Эти невыносимые деньги! Как же было славно во времена золотого стандарта! Никто не спрашивал, что он будет делать с деньгами. Те ценные бумажки разлетались как золотые фантики под напором нас, спекулянтов. А получали мы за них золото, не менее золотистое; инвесторы были счастливы покупать и продавать ценные бумаги, были счастливы получать деньги в руки, были счастливы, пересчитывая их и пропуская сквозь пальцы. Когда у тебя было золото, ты был в безопасности; золото просто не могло ввести тебя в неприятности, потери, не могло нанести тебе ущерб, неважно при продаже или покупке, потому что, как говорят экономисты, в золоте есть "внутренне присущая им ценность". Ох как я любил эти золотые монеты с их присущими им внутренней ценностью. Ведь именно вокруг них и крутились все товары, все ценные бумаги, да в общем и все мы, и именно от соотношения того, за сколько золота мы могли купить или продать тот или иной товар, зависело моё счастье спекулянта. Эх, чего там говорить, как же было славно!
Теперь инвесторы сидят со своими ценными бумагами и держат их в руках, будто они к ним приклеены. А перед тем, как продать их всё время спрашивают: "Пожалуйста, объясните мне, что мне делать с этими невыносимыми деньгами, которые я получу за ценные бумаги?" Нет больше весёлых дней былой биржи, золото исчезло в закате спекулятивного райского облака навсегда.
Только одно утешение и осталось: не я один страдаю. Мои коллеги по цеху спекуляции крупными партиями товаров тоже страдают. Из бизнес тоже разрушился. Раньше, они иногда скупали продукты всей страны, и держали весь запас, пока не подрастут цены; ох, какие сделки они проводили тогда! Ни один покупатель и думать тогда не смел о снижении цен, когда они затевали очередной проект. Золото, с "присущей ему внутренней ценностью" было заменителем всех видов товаров, но ни у кого не было достаточно золота, чтобы в нужный момент защитить свои товары. Правильно, ну какой дурак будет закупать товары и ждать, пока на них повысится цена, отдавая их моли на съедение?
Спекуляция была выгодна, все товары всегда были в продаже, да и не только товары, а всё, что угодно. Вот тебе потребители, у которых нет сегодня еды, а вот тебе производители, у которых есть еда, но нет денег, поэтому спекуляция была проста: покупаешь всё оптом и ждёшь, когда к тебе сбегутся мелкие оптовики, владельцы магазинов и прочие. Какие были проблемы? Никаких.
А теперь? Те товары, что раньше хранились на складах – уже давно куплены и хранятся по домам у потребителей, как их снова вернуть на рынок? Да и чем забить склады? С помощью чего? Со Свободными Деньгами этот номер не пройдёт, ибо за них-то уже все склады и были опустошены. Склады пустуют. Даже пустые они уже никому не нужны. Их никто не хочет купить. Но даже если какой спекулянт умудрится купить большую партию товаров, то с ценами дело вообще швах. Вполне возможно они просто опустятся. Люди уже давно не живут по принципу: что сегодня заработал, то и съел. Перед тем, как эти склады и магазины были опустошены, по городу гуляли новости, что спекулянты выкупили некоторые товары целиком, но производители были начеку и навезли этого же товара столько, что хорошо, что спекулянты едва успели избавиться от того, что накупили, иначе попали бы. В общем, теперь надо понимать, что работающий капитал, в деньгах, должен работать очень быстро. Иначе неминуемая амортизация денег. Потери. Потери по любому поводу: потеря былого процента, потеря по амортизации, потеря от расходов на хранение… а прибыли всё нет и нет – вкратце, наступил конец нам, спекулянтам!
Кому пришло в голову сделать это изменение с деньгами, которое разрушает государство? Ведь это я, Рокфеллер, и есть государство, а я и мой друг Морган есть государства, или целое США. Кто наносит ущерб мне, тот наносит ущерб государству.
По рассказам наших экспертов и учёных золото имеет "твёрдую, внутренне присущую ему ценность". При обмене золота на товары публика никогда ничего не теряла. Потому что по словам всех этих профессоров, обмен был эквивалентен мере (*Мера ценности. Средство хранения ценности, ценность сама по себе – оказалась иллюзией ценности.), т. е. кусок ткани одинаков, если его измерять сначала или с конца, а посему покупая или продавая с помощью золота товары, количество золота останется таким же. Ну ведь всем понятно, что у золота есть одна черта, которой нет больше ни у какого материала: внутренне присущая ему ценность! В общем, когда у нас было золото, то все были защищены им от всех видов обмана. Мы, спекулянты, не могли обманывать публику, просто не могли. Правда, откуда у нас взялись богатства, объяснить я вам толком так и не смогу, наверно, это был просто подарок с небес.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
