украла сердце молодого орла.
— Признаться, я сомневалась, что невестка и правда забеременеет, но это вызывает восхищение.
Закрепив номинальный, но престижный, титул сургучной печатью с оттиском королевского перста, мне с гордостью удалось улыбнуться, осознавая, сколь дорого брату обошлась любовь.
— И что же сказал старик Фицхью, когда строптивая дочурка с очередным отказом от брака на деловом партнёре отца, привела в дом принца?
Пальчики сами собой не удержались от соблазна, поправив янтарную диадему, от чести на которую, Томми отказался, разумно согласившись, что власть нуждалась не в орле, женатом на «пивной баронессе», а в орлице, за которой холодной роскошью и мощью поблёскивал лев.
— Скажем так… был кране удивлён.
Даже на изрядно изменившемся лице маленькой оторвы, ставшим куда строже на королевской службе, проступили морщинки в попытке обрамить все эмоции мужчины в эти скромные слова.
— Ещё бы…
— Однако, госпожа Лия передавала вам искренние благодарности. Признаться, я не видела её такой счастливой даже от самого факта предложения руки и сердца.
Я понимающе кивнула, неспешно провожая взглядом оседавший снежок за окном. Всё же, в сердце любой дочери признание отца — это куда более старый и уютный мирок, чем даже самая крепкая любовь.
— Ну, теперь-то хочешь не хочешь, а «плантации» ему придётся переоформлять по-русски…
Голову всё ещё не отпускали мысли об отце, но с каждой минутой от хороших новостей о заключённых сделках и подготовке семейного гнёздышка для пары плантаторши и орла, в груди теплилась вера, что в угрожающем пламени солнца я-таки не утратила крылья.
Как бы не были близки к успеху его протуберанцы…
— Согласились ли в ХэдекАрмор с нашим предложением?
Нанами словно ждала, когда же наконец услышит этот вопрос в череде других.
— Да, ваше Величество.
Вздох облегчения сорвался с губ, коснувшись в миг запотевшего окна.
— Сегодня утром он прислал ответ, где выражал свою благодарность за широкий жест, но Хэдек старший согласился подождать лишь до заката.
Хоть план и сочился подлостью, но вся эта игра в итоге стоила свеч.
— Значит даже оружейный гигант не лишён тщеславия…
— Посвятить в рыцари мистера фон Тэшен было прекрасной идеей.
— Да… мой рыцарь оправдал ожидания.
— Может Ное и не мой любимый брат, но я рада, что вы смогли отговорить его от цели разрушить компанию. По крайней мере полностью…
— Это был его собственный выбор, Нанами, но я всё равно сдержу слово. Потеря подрядчика изрядно ударит по поставкам патронов на Балтику. Жаль, конечно, отца Айрис, но для Ное, семейное дело их семьи, стало отличным приданным.
Взгляд покалывал тучи, упираясь в их тёмный пух и, в присущей гордости, я даже не сомневалась, что именно он пробил в них бреши сквозь которое золотом проливалось солнце.
— Остался только он…
Клыки орлицы…
Капельница, как и обещал врач, помогла быстро, а сознание посветлело, будто в спёртом воздухе появился освежающий сквознячок.
— Рад, что ты всё ещё помнишь мой номер… Таня.
Строгое выражение лица укрыло Джона мантией надменности, но…
— Вроде уже император, а так и не научились говорить, что рады меня видеть.
Стоило мне слабо улыбнуться и быстро поморщиться от пощипывавших ссадин, как за императорской маской на мгновение блеснули озорные глаза мальчишки, что когда-то дарил мне розы, из шалости нарочно до последнего прикрывая от меня несрезанные шипы.
— Даже не уверена, стоит ли теперь на это рассчитывать…
Джон вскинул бровь, вглядываясь в меня с привычной циничностью, без которой не был возможен холодный бриллиантовый отблеск его глаз, но в чертах лица всё равно угадывалась нежность ко мне и азарт, ради которых он смиренно примерял улыбку.
Будто сам боялся спугнуть непокорную хищницу в его руках.
— Считай, что одичал. Без моего предназначенного высочества мне некому было говорить такое. Однако…
Джон театрально прищурился и непозволительно близко приблизился к моему лицу, лучше капельницы разогнав забурлившую кровь.
— Ты правда думала, что я оставлю побег моей возлюбленной без внимания?
Опечаленный смущением невесты от нашей близости, принц убрал с лорики складные приводы для подводного десанта, но его мимолётное признание не осталось неуслышанным… пускай для «политического партнёра» или, на крайний случай друга, каким я себя считала, оно и было неожиданным.
— Ловкость моего предназначенного высочества и её людей преступно недооценили, а я делаю выводы из ошибок, Таня, и не собираюсь больше терять, чтобы…
Мне хотелось верить, что Джон смутился, от чего оборвал мысль о том, как меня ценит, на полуслове, однако суженный лишь мягко ухватил меня за щеку и потягал, как плюшевого пса.
— Уверен ты уже заметила, что леди Кейнуэн работает на меня. Удивилась?
Тело всё ещё ломило, так что кивок дался с трудом.
— Достойная женщина. Хотел бы я вас познакомить при других обстоятельствах, однако не думал, что мою бабочку занесёт в банку к паукам. Школа была проектом для контроля за знатью, а школьный врач — идеальное прикрытие с доступом ко всем делам знатных отпрысков. А главное, не требует разрешения…
Глазах моего друга застелила болезненная тень.
— Ты, моя будущая жёнушка — лучший пример, что империю не склеить силой, так что я растил в Хандзорвиле свой богемный электорат, пока отец был жив. Кто переживёт школу, тот сможет пережить и дворец.
— Так вот от чего в ней и была такая фривольность и свобода…
Принц утвердительно кивнул, всё ещё немного пристально любуясь мной, что льстило, но ещё больше злило.
— Так значит, графа Блюнайта вы послали, чтобы сорвать свой «урожай»!?
Уловив мой намёк и укоризну, суженный напрягся, но, быстро взял себя в руки, а для меня многое встало на свои мета. И логово зайчат… и подпольные бои… и даже алкоголь, и тонны блажи.
— Одной из задач графа было разобраться с руководством. Когда я только начинал, представитель одной ученицы предложила мне финансовую помощь, чтобы не пришлось лишний раз обращаться к отцу.
— Вы
