610 год (по христианскому летоисчислению), когда пророк Мухаммед приступил к своей посланнической миссии. Чисто формально ислам пришёл в Россию в том же веке – в 654 году. Правда, это не были земли, населённые русскими. До единого геополитического пространства или
Русского мира было ещё далеко. Тем не менее, фактом является: арабы, вторгшиеся на территорию нынешнего
Дагестана и захватившие город
Дербент — т. е. регион, являющийся сегодня неотъемлемой частью Российской Федерации – принесли сюда новое вероучение.
Аналогично обстояло дело в других районах, примыкавших к ареалу расселения славян. Войны арабов с хазарами-иудеями привели к тому, что в VIII веке появились первые хазары-мусульмане. В X веке ислам стали исповедовать булгары. Кстати, они были первыми проповедниками ислама в Киеве. К ним прислушивались. Но, как известно, в 988 году состоялось крещение Руси. Выбор тогдашнего киевского князя Владимира был продиктован политической ориентацией на союз с Византией, которая по его замыслу могла бы помочь Руси устоять под натиском «диких» народов с востока и юга, и «цивилизованных» народов – с запада.
Тем временем ислам проникал и завоёвывал позиции не только на каспийских и волжских берегах, но и в современной Средней Азии. Монголо-татары, завоевавшие в XIII веке большую часть русских земель, вскоре тоже оказались под сильным воздействием ислама. (В 1256 г. ханом Золотой Орды впервые стал мусульманин.) У завоевателей в качестве сборщиков податей и прочих чиновников служили грамотные мусульмане из Булгарии, Хорезма, Ирана… Их называли «бесерменами». Поскольку публика эта была довольно безжалостная, то «басурман» стало в русском языке почти ругательством.
В начале XIV века ислам был уже религией всех ордынцев, особенно тюркоязычных. А это – обширнейшие территории от Причерноморья до Сибири и от Прикаспия до Средней Волги.
Борьба русских против монголо-татарского господства был долгой, знала подъёмы и спады. В периоды относительно мирного сожительства усиливалось взаимопроникновение коренной и пришлой, осёдлой и кочевой, православной и мусульманской культур. Более того, происходило этнобио-логическое смешение. Причём, генезис шёл на всех уровнях. Породнение русской и татарской знати было нередким явлением. Считается, что 15–20 процентов русской аристократии имело ордынское происхождение, пополненное выходцами из Казанского и Астраханского ханств, из других исламских областей, присоединённых к России позднее.
Многие ханы, беки, мурзы пользовались благорасположением русских царей, разнообразными привилегиями даже после того, как маятник истории качнулся в другую сторону. А именно: когда в конце XV века Орда фактически прекратила своё существование, погрязнув во внутренних раздорах и потерпев ряд военных поражений от русских войск.
Наступала эпоха подлинного возвышения России, окончательно вырвавшейся из тьмы монголо-татарского владычества во время правления Ивана Грозного – первого русского царя (с 1547 года). Он существенно расширил владения России и решительным образом реформировал страну, которая перестала быть «Московией». Снова проходя через взлёты и падения, она неуклонно обретала полноценные черты централизованного, а также многоконфессионального, многонационального государства. Другая особенность отныне характеризовала Россию: с XVI века и далее ислам занимает здесь прочное второе место в иерархии религий. Иван Грозный сурово преследовал непокорных, однако признававшие его власть мусульмане пользовались немалой свободой.
Видоизменённая, но ярко выраженная державная политика получила следующий мощный импульс при Петре Великом —первом русском императоре (с 1721 года). Отменив патриаршество и фактически возглавив церковь, он проявлял редкую веротерпимость. Само собой, он поощрял принятие «басурманами» христианства и порой даже принуждал их к этому. Однако при нём впервые за государственный счёт начала переводиться и печататься исламская литература. Его знаменитый «Табель о рангах» давал возможность мусульманам продвигаться по ступеням государственной службы, достигая заметных чинов. Кроме того, мусульмане в ряде регионов Российской империи постепенно получали общинную автономию и шариатское правосудие. Невозможно представить, чтобы подобные права были бы дарованы, например, гугенотам во Франции.
Конечно, говорить исключительно об уважительных взаимоотношениях православия и ислама не приходится. Дело даже не в том, что преследования иноверцев были характерны для подавляющего большинства стран Европы и Азии, чья история пестрит чудовищными злодеяниями на религиозной почве. Завоевание Сибири, присоединение Крыма, походы в Среднюю Азию, покорение народов Северного Кавказа не могли не сопровождаться религиозно-политическими репрессиями царизма против мусульман. Но, если на Западе иноверие сплошь и рядом влекло за собой индивидуальное или массовое убийство, то в России максимальной мерой наказания чаще всего было выселение или переселение. Стравливание простых людей на вероисповедной основе, широко практиковавшееся феодальными, а позже капиталистическими правителями Европы и остального мира, имело среди русских гораздо меньше успеха.
Мужики – православные и мусульмане – много раз проявляли самую крепкую солидарность, когда поднимались против разноплеменных, но одноклассовых угнетателей. В этот момент они воевали не за голос крови, не за бога и религиозные ценности. Развязав себе руки и вытолкнув кляп изо рта, как метко подмечено в одном произведении исторической публицистики, они в едином порыве жаждали воли всем народам.
Об этом свидетельствует крестьянская война середины XVII века под предводительством Степана Разина (говорят, русского по отцовской линии и татарина по материнской). Говоря языком современной политологии, в войске Разина была самая настоящая мультикультурность, которой так и не смогли добиться у себя западноевропейские «гуманисты» наших дней. Их попытки совокупить христианские ценности с мусульманскими потерпели сокрушительный провал, как по причине ложного интерпретирования самих ценностей, так и в связи со стопроцентной буржуазностью (читай: извращённостью) западного общества.
О второстепенности вероисповедных факторов свидетельствует и другая крестьянская война – под предводительством Емельяна Пугачёва. Рука об руку с восставшими в XVIII веке православными казаками и беглыми русскими крестьянами сражались мусульмане во главе с башкиром Салаватом Юлаевым. Общность классовой цели, хотя ни одна из противоборствующих сторон подобными категориями, понятное дело, не мыслила, затмевала религиозные разногласия.
Любопытный и малоизученный эпизод российской истории (длившийся, впрочем, свыше сотни лет): в XV–XVI веках на территории нынешней Рязанской области существовало так называемое Касимовское ханство. Одни считают его рудиментом Орды, другие – полноправным удельным мусульманским княжеством в составе Руси.
В конце восемнадцатого столетия, по итогам очередной русско-турецкой войны к России было присоединено Крымское ханство, которое прежде было вассалом турецкого султана, и чьё население практически целиком состояло из мусульман. Указом императрицы Екатерины II высшему сословию Крыма были предоставлены все права и льготы российского дворянства. На полуострове не вводилось крепостное право, крымские татары были объявлены казёнными крестьянами.
Часть коренных жителей всё же мигрировала в Турцию. Часть остались, смирились, но враждебность сохранили. Часть были вполне лояльны русскому трону. В периоды нашествия Наполеона (1812 г.) и объединённой агрессии Англии, Франции, Турции и Сардинского королевства (1853–1856 гг.) на стороне России сражалось несколько полков крымских татар. Однако истины ради стоит упомянуть, что во время Крымской
