Читаем без скачивания Посланник - Геннадий Иевлев

Успею. Немешало бы посмотреть, что творится в этом коридоре.

Он состроил гримасу и быстро пошел меж бесконечных шеренг безмолвных шезлонгов.

Идти пришлось долго. Коридор сделал крутой поворот и вдруг, проходя мимо одного из шезлонгов, Дакк приостановился — спящий в анабиозе стронг показался ему знакомым. Он подался к шезлонгу — это был один из кроссов, представленных ему гортом.

Вот оно что. Дакк возобновил путь. Здесь видимо спит подразделение авангарда этого кросса. Наверное где-то спят и другие. Сколько их всех? Здесь не менее тысячи. Если судить, что кроссов трое, то выходит, что всех бешеных на корабле порядка трёх тысяч. Не маловато для захвата чужой галактики? Значит, кроссору тоже положено спать. Это меня никак не устраивает. Но если я не буду спать, что меня ждёт? Если судить по поведению экипажа — ничего хорошего. Навряд ли он мне подчинится. А если сломать капитана — экипаж станет управляемым? Что гадать — нужно действовать. И решительней, иначе немудрено проснуться над Ризой в окружении стаи бешеных. А Раннгунн? Есть для него шезлонг? А если нет, что его ждет? Проклятье! Где он? Развели, как детвору.

Он ускорил шаги и вскоре в конце коридора увидел овал двери.

Подойдя к ней, Дакк вновь столкнулся с той же проблемой — дверь не открылась и вокруг неё не наблюдалось привычной пластинки идентификации. Мысленно выругавшись, он освободил свое поле.

Информационный поток нашелся сразу — он густо охватывал весь периметр двери. Скорее всего, это был пространственный идентификатор, обрабатывающий биополе человека. Таких у зевсов не было и Дакк оказался в некотором замешательстве. Было ясно — его поля информационная система корабля не знала и потому ему навряд ли легально удастся куда-то попасть — только лишь принудительно замыкая контакты силовых потоков энергии.

Но долго так навряд ли будет продолжаться. Наверняка начнутся какие-то блокировки. Всплыли у него тревожные мысли. Понаставят на двери каких-либо механических запоров. Хотя… Дакк состроил гримасу. Это ведь не планета и возможности у экипажа корабля не безграничны. Болван! Отпустил он в свой адрес нелестный отзыв. Ещё ничего не произошло, а я уже в панике.

Постояв ещё несколько мгновений в раздумье, Дакк вошел в информационный поток двери и найдя его сторонний ток, направился по нему. Он понимал достаточную абсурдность своей затеи, но ему, вдруг, улыбнулась удача — ток оказался очень коротким и влился в другое информационное поле, настолько огромное, что почувствовать его границы совершенно не представлялось возможным. Определенно — это был главный информаторий корабля. Стараясь не потерять нить потока от двери, Дакк вошел в информационный океан.

Блуждать пришлось долго. Информационный поток от двери причудливо петлял по информационному полю, практически, не взаимодействуя ни с какими его частями, словно чувствуя за собой стороннюю слежку и потому запутывал следы. Дакку уже начало казаться, что информационный ток наделен интеллектом и действительно пытается от него избавиться. Было одно хорошо — информационное поле корабля, практически, не имело защитных ловушек и Дакку не приходилось от них шарахаться. В конце-концов его терпение было вознаграждено — информационный ток, наконец, растворился в сравнительно небольшом, обособленном, информационном поле. Дакк взялся за его анализ.

Сколько продолжался его анализ, он даже не представлял, но времени он, определенно, потратил очень много, чтобы в конце-концов убедиться, что он совсем ничего не понимает в строении чужого информационного поля, так как ему не удалось вычленить ни единого, сколь либо, связанного образа, перед ним были лишь наборы каких-то феерических картин. Мысленно отпустив в адрес иногалактян тетраду нелестных слов, Дакк покинул чужое информационное поле и дал принудительную команду исполнительному механизму двери на её разблокировку. Овал двери скользнул в сторону и он покинул зал анабиозного сна.

Оказавшись в коридоре, Дакк осмотрелся — он находился в том коридоре, где первый раз встретился с капитаном корабля и в конце которого виднелась дверь из овала которой тот появился. Раннгунна нигде не было. Постояв несколько мгновений в раздумье, Дакк направился к двери.

Подойдя, он, без раздумий, своим полем активировал механизм отпирания двери и не успела она ещё полностью скрыться в стене, как он перешагнул её порог.

Он оказался в тускло освещенном зале с огромным экраном, охватывающем по периметру не менее его двух третей, с густой россыпью белых крапинок-звёзд и большим коричневым овалом в центре. Посреди зала стояли четыре широких кресла. Спинки кресел были столь высоки, что было совершенно невидно, был ли кто-то в них. Но едва он сделал шаг от двери, как одно из кресел резко повернулось и из него, буквально, выпрыгнул капитан корабля и бросился к нему. Рука капитана метнулась к поясу. Не раздумывая, Дакк легонько ткнул иглой своего поля ему в лоб. Ноги капитана подкосились и он грохнулся лицом в пол. Тут же развернулись остальные кресла. На Дакка уставились три пары черных глаз. Было в них что-то не от стронгов.

— Я кроссор авангарда Статт Хоррст и не допущу, чтобы со мной обращались без должного уважения. — Громко заговорил Дакк, после некоторого раздумья, решив оставить анализ их расовой принадлежности на потом, а пока считать их все же стронгами. — Каждый член команды корабля, кто допустит подобное… — Он вытянул руку в сторону лежащего на полу капитана. — Будет жестоко наказан. Окажите ему помощь.

Все сидящие в креслах поднялись и бросились к капитану. Двое из них, подхватив его под мышки, попытались поставить на ноги, но ноги капитана не держали его и он повис на руках членов своего экипажа.

— Вы двое… — Дакк ткнул двумя пальцами в сторону державших капитана. — Доставьте его в медицинский центр корабля, а ты… — Он кивнул подбородком в сторону третьего. — Вернись в свое кресло.

Стронг попятился и сев в одно из центральных кресел, отвернулся к экрану. Державшие капитана стронги, потащили его безвольное тело к двери.

Дакк посторонился, пропуская их и подождав, когда закроется за ними дверь, направился к тому креслу, которое занимал капитан. Усевшись, он несколько раз пробежал взглядом по экрану, картина на котором, с момента появления его в зале управления, заметно изменилась: большое коричневое пятно с центра экрана сместилось к его краю; россыпь белых крапинок-звёзд стала гуще, среди которых появилось большое количество крупных и разноцветных звёзд. Никакой другой информации, как-то: скорость, вектор, время пути не отображалось. Дакк повернулся к стронгу.

— Где пространственный вектор? Где время?

— Это прерогатива капитана. — Произнес стронг, не поворачивая головы.

— Что значит прерогатива капитана?

— Только он знает вектор пути.

— Бред какой-то. Корабль должен знать, куда он направляется.

— Он ещё не ввел его в навигатор.

— Проклятье!

Дакк отвернулся и вновь уставился в экран.

Корабль, видимо набрал уже большую скорость, так как звездная картина на экране менялась на глазах — россыпь мелких крапинок-звёзд, словно растворялась, уступая место более ярким звездам, но в тоже время их меньшему количеству. Скорее всего корабль выходил из звездного скопления или из рукава галактики.

Сзади донесся мелодичный писк. Дакк резко развернулся вместе с креслом. Двери уже не было и в её проеме стоял один из стронгов, утаскивающих капитана. Дакк поднялся.

— Где капитан? — Он подтвердил свой вопрос взмахом подбородка.

— На восстановлении. — Вошедший стронг направился к одному из кресел.

— Я не разрешал тебе сесть. — Произнес Дакк громким голосом.

Стронг замер. Перенесший ногу через порог второй стронг, тоже замер. Дакк шагнул в их сторону.

— Что с ним?

— Анализатор определил частичную информационную потерю.

Произнес стронг находившийся в двери и наконец, сделав шаг, вошел внутрь. Выскользнувший из стены овал, отгородил зал управления от коридора.

— Он жив?

— Жив! Но совершенно не помнит, где находится и зачем.

Дакк сдвинул бровные складки — либо он действительно уничтожил наиболее важный, на данный момент, участок информационного поля капитана, либо это была какая-то игра.

Проклятье! Смогут ли его восстановить реаниматоры корабля? Если нет — придется самому им заниматься. Замелькали у него раздраженные мысли. А собственно, зачем его восстанавливать? Дакк состроил гримасу. Достаточно узнать точку назначения.