—Харви, - мямлит он, произнося мое имя. - Мне о-о-очень жаль.
Все! Мне это надоело! Хантер ничего не расскажет. Я должен узнать это сам. Неожиданно для Хантера, я встаю с дивана и выхватываю резко конверт из его рук. Он тоже поднимается, но не пытается забрать его обратно. О` кей, нам не придется бороться, как в детстве.
Я не тороплюсь открывать его. Мне хочется, чтобы Хантер сам поведал об этом. Чтобы не вынуждал меня идти на такие меры.
—Это связано с Александрой, - молвит он.
С широко открытыми глазами я смотрю на своего друга. Все что он говорил, а точнее, все, о чем он пытался сказать, действительно было про Алекс? ОН сделал ей больно?
Хантер заметно нервничает. Его поведение о его виновности. Неужели, я поторопился дать обещание?
Я кидаю злобный взгляд на друга и открываю конверт. Достав содержимое, я снова смотрю на Хантера. Что это, черт возьми? Фотографии Алекс. Но это не просто ее фото. На этих фотографиях она целуется с парнями. На первом фото ее волосы выкрашены в голубой цвет. Она сидит на коленях парня, обнимая его за шею. На второй фотографии она снова с этим парнем, только на этот раз они целуются. Я просматриваю остальные фото, и на каждой Алекс в чьих то объятиях. На следующей фотке ее обнимают двое парней. Один трогает ее за грудь, а со вторым она целуется. Алекс? Она была такой? Разгульной девкой? Но, как вышло, что она при этом осталась девственницей? Я ничего не понимаю. Хантер ничего не объясняет. Следующие фотографии выбивают весь воздух из моих легких. На этом фото Алекс в том платье, что купил я. Это было в день вечеринки? Когда мы поругались? Когда она якобы была с моим другом? Но рядом с ней - не Хантер, рядом с ней - накаченный богатенький парень. Дорогой костюм буквально кричит о состоянии его материального положения.
Вот с кем она провела ночь? Алекс так крепко обнимает его за талию, положив голову ему на грудь. Она улыбается.
—Откуда у тебя эти фотографии? - спрашиваю я, швырнув их на стол.
—Харви, я...
—ОТКУДА ОНИ У ТЕБЯ, ЧЁРТ ВОЗЬМИ?! - воплю я.
—Я нанял человека, - говорит он.
—Что ты сделал?
—После того, как она пыталась во всем обвинить меня, я задумался, - начинает он. - И вместо того, чтобы просто вести разговоры, я обратился к детективу.
Хантер шагает передо мной, жестикулируя руками после каждого сказанного слова.
И я пять минут назад думал, что Хантер причинил боль Алекс??? Я позволял другим плохо думать о нем, но сейчас понимаю, что это было ошибкой. Никто не имел права обвинять во всем Хантера. Обвинять моего друга. Кто из других сделал бы то, что сделал он? Никто! Даже я сам не додумался до этого. Я был так слеп.
—Что ты узнал?
—Она изменяла тебе, брат, - бубнит он, упирая локти в колени. - Я понятия не имею, как давно ты знаешь ее, но все это время она лгала тебе.
Я киваю головой, сдерживая слезы. Черт, я взрослый мужик, но мне хочется плакать. Не от того, что та, которую я полюбил, так поступила со мной. А из-за того, что я плохо подумал о своем лучшем друге. Хантер никогда не предавал меня. Он готов отдать за меня жизнь. Он пошел на это, нанял человека и все же боялся рассказать мне. Я доверился той, которую совершенно не знал. Я люблю ее такой: лживой, со своими тайнами. Я не знаю Александру. Я не знаю ее.
—Как давно тебе известно это? – киваю на фото, разбросанные на столе.
—Всего пару дней.
—Почему сразу не рассказал?
—Я не мог, - закрыв лицо руками, признается он.
—Ты видел этого парня на благотворительной вечеринке? - спрашиваю я, указывая пальцем на фото, где Алекс обнимается с богатым в костюме.
Хантер качает отрицательно головой.
Я тоже не видел. Но прошло много дней, мы могли забыть. Где она могла познакомиться с ним? Только там. Это месть? За то, что я оставил ее одну и ушел с другой? На остальных же фотографиях видно, что это было давно. На них Алекс лет шестнадцать, не более. Если бы не щемящая боль в груди, я бы отметил то, что ей очень подходит голубой цвет волос. Как у нее получилось провести нас всех? Как она могла обманывать своих друзей? Меня?
Из глубоких раздумий меня вырывает голос Хантера.
—Это не все, Харви, - говорит он.
Я смеюсь над его словами. Мой смех походит на смех психически нездорового человека. Неужели на этом все не могло закончиться?
—Рассказывай, - успокоившись немного, выдавливаю из себя я.
Как бы тяжело мне не было, я должен узнать все.
Хантер мнется сначала, но после решает не молчать.
—Алекс предлагала мне кое-что.
Мои глаза вновь лезут на лоб. Я думал, что хуже уже ничего не будет, но я был не прав. Злость начинает расти во мне со скоростью света. Я готов свернуть шею любому, кто встанет на моем пути. Я готов сломать все, что у меня под рукой. Но всего этого я делать не стану.
—Что же? - с иронией в голосе вопрошаю я.
Хантер молчал, протирая ладони. Видимо ему страшно. Но это не удивительно. Он знает, каким я бываю в гневе. Знает, на что я способен.
—Себя, - опустив глаза снова, шепчет он.
Я смеюсь, качая головой. Поднявшись, я иду на кухню. Мне нужно выпить. Моя голова не выдерживает этого, так же, как и сердце. Алекс не такая. Она не могла предлагать себя кому-то. Она честная, искренняя, отзывчивая. А самое главное, она верная. "Утешай себя этим", - издевается надо мной мое подсознание. В нашем домашнем баре после того случая с моим помешательством, не осталось ничего крепче пива. Но и оно сойдет.
Услышав мои шаги, Хантер вскакивает на ноги.
—И когда же это было? - интересуюсь я.
—На фестивале, - заикаясь, говорит он.
—Тебе не стоит меня бояться, - грустно усмехаясь, отвечаю я.
Хантер кивает, но по глазам видно, что он все равно боится.
—Что было на фестивале? Как это было?
—Помнишь, она ночью кричала, и мы нашли ее в ванной?
Я киваю и рукой киваю в его сторону, чтобы он продолжал.
—Я соврал тебе, - еле слышно говорит Хантер. - Я был тогда с ней.
—Ты трогал ее?
—Нет, - качая головой, говорит он. - Я не трогал ее, но я был там. Я только вернулся ,и вы все спали. Я умывался, а дверь была открытой. Зашла Алекс. Я сначала подумал, что она ходит во сне, но когда она обняла меня... я оттолкнул ее.
—Что было еще? - сжимая челюсти, спрашиваю я.
—Она предлагала заняться сексом, но я отказал ей, давая ясно понять, что расскажу все тебе, и тогда она подошла к стенке и ударила себя головой об кафель.
Хантер так быстро говорил, что даже запыхался. Я не могу поверить в то, что Алекс на такое способна. Но, видимо, я плохо ее знаю.
—Харви, я не мог рассказать в тот же день, - продолжает друг. - Ты назвал ее… идеальной.
Он прав. В тот день я сделал это. Я дал понять всем, а в первую очередь ей, что она моя. Как я был глуп. Сколько же всего лишнего я ей рассказал. Что я наделал?
