Юноша сдержал лошадь, указывая на предмет у края тропы, который он перед этим внимательно рассматривал. Это был колоннообразный кактус; его зеленый, сочный ствол уцелел от огня.
Но Генри Пойндекстер обращал внимание своих спутников не на самое растение, а на небольшую белую карточку, наколотую на один из его шипов. Тот, кто знаком с обычаями цивилизованиого общества, сразу узнал бы, что это визитная карточка.
– Посмотрим, что там написано,– сказал юноша, подъезжая ближе; он прочитал вслух: – «Кипарис виден».
– Где? – спросил Пойндекстер.
– Здесь нарисована рука, – ответил Генри.– Нет сомнения, что палец указывает на кипарис.
Все стали смотреть в направлении, обозначенном на карточке.
Если бы светило солнце, кипарис можно было бы увидеть с первого же взгляда. Но еще недавно синее, небо теперь стало свинцово-серым, и, сколько путешественники ни напрягали зрение, на горизонте нельзя было разглядеть ничего, напоминающего верхушку дерева.
– Ничего там нет, – уверенным тоном заявил Колхаун. – Я убежден, что это лишь новая хитрость этого бродяги.
– Ты ошибаешься, – ответил голос, который так часто противоречил Кассию,–Посмотри в бинокль. Если тебе не изменило твое превосходное зрение, ты увидишь на горизонте что-то очень похожее на дерево, на высокое дерево – наверно, это кипарис. Ведь я никогда не видела кипариса на болотах Луизианы.
Колхун не захотел взять бинокль из рук кузины – он знал, что Луиза говорит правду, и ему не надо было лишних доказательств.
Тогда Пойндекстер взял бинокль, наладил его по своим близоруким глазам и отчетливо увидел кипарис, возвышавшийся над прерией.
– Правильно,– сказал он, – кипарис виден. Незнакомец оказался честным человеком. Ты был к нему несправедлив, Каш. Мне не верилось, чтобы он мог сыграть над нами такую злую шутку... Слушайте, мистер Сансом! Отдайте распоряжение возницам – надо двигаться дальше.
Колхаун злобно пришпорил лошадь и поскакал по прерии; ему больше не хотелось ни разговаривать, ни оставаться в обществе своих спутников.
– Дай мне посмотреть на эту карточку, Генри, – тихо сказала Луиза. – Мне хочется увидеть стрелку, которая так помогла нам. Сними ее оттуда – незачем оставлять ее на кактусе, раз мы увидели дерево.
Генри исполнил просьбу сестры, ни на минуту не задумавшись над ее тайным смыслом.
Он снял карточку с кактуса и бросил ее на колени Луизе.
– Морис Джеральд! – прошептала креолка, увидя на обратной стороне имя.– Морис Джеральд! – повторила она взволнованно, пряча карточку на груди.– Кто бы ты ни был, откуда бы ты ни пришел, куда бы ни лежал твой путь и кем бы ты ни стал, с этих пор у нас одна судьба! Я чувствую это – я знаю это также ясно, как вижу небо над собой! О, какое грозное небо! Не будет ли такой же моя неизвестная судьба?
Глава IV. ЧЕРНЫЙ НОРД
Словно зaчapoвaннaя cидeлa Луизa во власти своих грез. Она сжимала виски тонкими пальцами, и, казалось, все силы ее души были устремлены на то, чтобы понять прошлое и проникнуть в будущее.
Однако ее мечты скоро были прерваны. Она услыхала возгласы, в которых слышалась тревога.
Луиза узнала обеспокоенный голос брата:
– Посмотри, отец! Разве ты их не видишь?
– Где, Генри, где?
– Там, позади фургонов... Теперь ты видишь?
– Да, я что-то вижу, но я не могу понять, что это такое. Они выглядят, как...–Пойндекстер на минуту остановился озадаченный. – Я, право, не понимаю, что это такое...
– Водяные смерчи? – подсказал Колхаун, который, увидев странное явление, снизошел до того, чтобы присоединиться к компании, собравшейся около кареты. – Но этого не может быть – мы слишком далеко от моря. Я никогда не слыхал, чтобы они появлялись в прерии.
– Что бы это ни было, но они движутся, – сказал Генри. – Смотрите! Они приближаются друг к другу и снова расходятся. Если бы не это, можно было бы принять их за огромные обелиски из черного мрамора.
– Великаны или черти! – смеясь, заметил Колхаун. -Сказочные чудовища, которым вздумалось прогуляться по этой жуткой прерии.
Капитан в отставке с трудом заставлял себя шутить. Как и всех остальных, его угнетало тяжелое предчувствие.
И неудивительно.
С северной стороны над прерией внезапно появилось несколько совершенно черных колонн – их было около десяти. Ничего подобного никто из путешественников никогда раньше не видел. Эти огромные столбы то стояли неподвижно, то скользили по обугленной земле, как великаны на коньках, изгибаясь и наклоняясь друг к другу, словно в фантастических фигурах какого-то странного танца. Представьте себе легендарных титанов, которые ожили на прерии Техаса и плясали в неистовой вакханалии.
Было вполне естественно, что путешественников охватила тревога, когда они заметили это невиданное явление, никому из них не известное. Все были уверены, что надвигается стихийное бедствие.
При первом же появлении этих загадочных фигур обоз остановился; негры-пешеходы, так же как и возницы, вскрикнули от ужаса; лошади заржали, дрожа от страха; мулы пронзительно заревели.
Со стороны черных башен доносился какой-то гул, похожий на шум водопада, по временам прерывавшийся треском как бы ружейного выстрела или раскатом отдаленного грома.
Шум нарастал, становился более отчетливым. Неведомая опасность приближалась.
Путешественники остолбенели от ужаса, и Колхаун не составил исключения – он уже больше не пытался шутить.
Все взоры обратились на свинцовые тучи, заволакивающие небо, и на черные громады, которые приближались, казалось, для того, чтобы раздавить путников.
В эту гнетущую минуту вдруг раздался крик с противоположной стороны, и, хотя в нем слышалась тревога, он все же нес успокоение.
Обернувшись, путники увидели всадника, мчащегося к ним во весь опор.
Лошадь была черная, как сажа, такого же цвета был и всадник, не исключая лица. Но, несмотря на это, его узнали: это был тот самый незнакомец, по следу которого они ехали.
Девушка в карете первая узнала его.
– Вперед! – воскликнул незнакомец, приблизившись к каравану. – Вперед, вперед! Как можно скорее...
– Что это такое? – растерянно спросил плантатор, охваченный страхом.– Нам грозит опасность?
– Да. Я не ждал этого, когда оставил вас. Только достигнув реки, я увидел грозные признаки.
– Чего, сэр?
– Норда.
– Вы так называете бурю?
– Да.
– Я никогда не слыхал, что норд может быть опасен -разве только кораблям на море, – вмешался Колхаун.– Я, конечно, знаю, что он несет с собою пронизывающий холод, но...
