Хусейн и Арафат совместно составили текст договора. В конце марта 1983 года этот документ был готов. Когда подпись должна была придать соглашению силу, глава ООП, к удивлению короля, сообщил, что ему необходимо совершить одну поездку, но через несколько дней он снова будет в Аммане.
Однако вместо него в Амман прибыл Фарук Каддуми, специалист Арафата по вопросам внешней политики. Изумление короля еще более усилилось при заявлении Каддуми о том, что ООП не может предоставить полномочий на ведение переговоров до тех пор, пока не будет категорически подтверждено, что эти переговоры ни при каких обстоятельствах не будут опираться на американский план мирного урегулирования.
По этому пункту, касавшемуся плана Рейгана, обеими договаривающимися сторонами, главой ООП и королем, было достигнуто определенное соглашение. Однако Фарук Каддуми не принимал участия в предварительный беседах и в выработке текста договора. Он вел себя так, будто всю столь обширную проблему можно заново подробно обсудить еще раз.
Совершенно очевидно, что во время своей непродолжительной поездки в Дамаск и в государства Персидского залива Арафат ощутил мощное сопротивление предоставлению полномочий со стороны командования Фатах. Внезапно его оптимизм исчез. Он разом осознал, что его планы могут вызвать раскол Аль Фатах.
Правда, теперь его поведение в глазах короля выглядело не совсем порядочным: Арафат не сдержал своего обещания приехать в Амман — он подставил королю вместо себя другого партнера для переговоров. Когда председатель в конце концов все же прибыл в столицу Иордании, его встретил неблагосклонно настроенный король. Он указал Арафату на то, что касательно пользы американской инициативы было достигнуто единство мнений. Глава ООП позже рассказывает, что его возражение звучало так: «Если бы я принял план Рейгана, то Рейган немедленно, без всяких околичностей, направил бы мне посланника с особой миссией, и тогда мы вообще не воспользовались бы Вашими услугами в качестве ходатая».
Арафат хотел убедить короля в том, что достижение единого мнения касательно американской инициативы было недоразумением. Явно ощущалось, что он находится под давлением, оказываемым собственной организацией с целью не допустить его перехода в политический лагерь США. При таких обстоятельствах король Хусейн воздержался от продолжения переговоров.
Арафат был убежден в том, что благодаря быстрому изменению своей позиции на переговорах ему удалось предотвратить раскол Аль Фатах. Его поведение осталось двусмысленным. Недовольным внутри собственной организации он заявил, что не собирается предоставлять королю Иордании полномочия на ведение переговоров — в Иорданию же он сообщил о своей готовности вскоре продолжить диалог с королем.
В мае 1983 года стало ясно, что Арафату не удалось успокоить волнения в собственной организации. Во время пребывания в Дамаске ему сообщали о проявлениях недисциплинированности отдельными региональными командирами. Председатель ООП лично отправился из Дамаска в ливанскую долину Бекаа, чтобы побеседовать со взбунтовавшимися офицерами из Фатах. Он хотел на месте узнать, почему не исполняются приказы.
В расположениях бойцов Фатах в долине Бекаа ему откровенно объявили о том, что вызвало недовольство в войсках: Арафат передал верховное командование двум офицерам, Абу Хайиму и Хайи Исмаилу. И это несмотря на то, что ему было известно об их неспособности командовать, проявившейся во время ливанской войны летом 1982 года. Поскольку сопротивление их назначению оставалось мощным, главе ООП не оставалось ничего другого, как отозвать их.
Однако этот шаг все еще не успокоил волнений. Офицер Хайи Исмаил, в свою очередь, подвергся нападкам как фаворит Арафата.
Выразителем общего критического мнения стал командир подразделения, 55-летний Абу Муса: «Это было в Сайде, когда все мы ждали приказов Хайи Исмаила. Его просто невозможно было найти. Выяснилось, что он покинул город. С ним ушли еще четыре офицера, у которых были все планы боевых действий. Так наши бойцы остались в Сайде без всякого руководства, многие погибли, другие в последний момент пытались уйти на север. Хайи Исмаил вместе с Абу Хайимом и его братом жил в Сайде как король. Они любили роскошь». Адресованный кому-либо из членов организации Аль Фатах упрек в пристрастии к роскоши был направлен против самого Арафата.
Спустя несколько дней Абу Муса распространил обвинения и на сферу политики: «Арафат ищет примирения с Израилем. Мы могли почувствовать это даже во время битвы за Бейрут. Уже тогда он глубоко погряз в болоте обещаний Филипа Хабиба. Мы просто должны были остановить его на этом пути».
Если вначале Арафат считал, что диалог с недовольными возможен, то в конце июня был вынужден признать свое заблуждение. Деловые вопросы были не важны, в центре столкновения стояла его персона. Абу Муса требовал смены Арафата — однако Абу Муса лишь орудие в руках сирийского президента Хафеза Асада. К этому моменту Арафат осознал, что Хафез Асад хочет уничтожить его.
Еще существовала возможность примирения с сирийским президентом. Если бы Арафат назвал свои переговоры с королем Хусейном заблуждением, если бы объявил Хафеза Асада покровителем палестинцев, сириец был бы настолько милостив, что разрешил бы ему и впредь исполнять должность председателя ООП.
Правда, это примирение было бы и концом независимой палестинской политики. Арафату пришлось бы подчиниться сирийцу. На это он пойти не мог. Наоборот — Арафат обвинил Хафеза Асада, а с ним и ливийского революционного лидера Моаммара Каддафи, в стремлении уничтожить ООП.
Сирийское правительство немедленно дало ответ на эти нападки. В первой половине дня 24 июня 1983 года Арафату позвонил глава сирийского генерального штаба Хикмат Аль Шехаби и предложил покинуть Сирию до 14 часов того же дня. Если же он не последует этому предложению, то после 14 часов будет доставлен в аэропорт силой. Арафат подчинился и в 13.30 вылетел в Тунис.
Выдворение, как недвусмысленно заявил генерал Хикмат Аль Шехаби, распространяется не только на Дамаск, но и на долину Бекаа и север Ливана. Арафату также не разрешается посещать лагеря палестинцев Нахр аль Баред и Баддави у города Триполи. Этим лидер ООП был отрезан от своих бойцов.
Люди из Фатах в долине Бекаа, расположенной между Бейрутом и Дамаском, по-прежнему пребывали в непосредственной конфронтации с Израилем — и им Арафат теперь не имел права отдавать приказы. При отлете Арафата Абу Муса с издевкой сказал: «Желаю ему сладкой жизни на побережье Туниса».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
