Гленарван дошёл до этого места в письме, как вдруг майор, не спускавший глаз с руки Гленарвана, выводившей строчку за строчкой, спросил, как он пишет имя «Айртон».
— Так, как оно произносится, — ответил удивлённо Гленарван.
— Это ошибка, — спокойно возразил ему майор. — Оно произносится «Айртон», но пишется «Бен Джойс»!
Глава двадцатая
«Ландия! Ландия! Зеландия!»
Эти слова подействовали на Айртона, как ружейный выстрел. Он стремительно вскочил, рука его потянулась к револьверу. Раздался выстрел. Гленарван упал. В лесу также послышались выстрелы.
Джон Мангльс и матросы, растерявшиеся в первое мгновение от неожиданности, бросились на Бена Джойса. Но ловкий преступник вырвался из их рук и убежал к своей шайке, поджидавшей его на опушке камедного леса.
Палатка не представляла собой достаточной защиты от пуль. Пришлось отступить. Гленарван, легко раненный, поднялся с земли.
— К фургону, к фургону! — кричал Джон Мангльс, увлекая за собой Элен и Мэри, и через несколько секунд обе они уже находились в безопасности под прикрытием плотных ставен.
Джон, майор, Паганель и матросы схватили свои карабины и приготовились отбить нападение бандитов. Гленарван, Роберт и Ольбинет, вооружившись, также стали в ряды защитников.
Всё это произошло в продолжение нескольких секунд. Джон Мангльс тщательно обследовал лесную опушку. Стрельба прекратилась так же внезапно, как и началась. Полная тишина сменила трескотню ружейных выстрелов. Лёгким дымок ещё вился в воздухе, подымаясь к верхушкам камедным деревьев. Заросли gastrolobium снова стали неподвижны. Нападающие бесследно скрылись. Майор и Джон Мангльс предприняли разведку в чащу леса, но не нашли там ни малейших признаков чьего-либо присутствия. На земле видны были следы ног, да кое-где валялись ещё дымящиеся пыжи. Осторожный майор затоптал их: он понимал, что одной искры достаточно, чтобы зажечь страшный пожар в этом лесу из сухих деревьев.
— Каторжники исчезли, — сказал Джон Мангльс.
— Да, — ответил майор, — но это исчезновение меня беспокоит. Я предпочёл бы встретиться с ними лицом к лицу. Тигр в пустыне менее опасен, чем змея в траве. Придётся вырубить кустарник вокруг фургона.
Майор и Джон обыскали все окрестности, но от опушки леса до берегов Сноуи они не встретили ни одного каторжника. Банда, казалось, улетучилась, как стая хищных птиц.
Это исчезновение было слишком странным, чтобы можно было чувствовать себя в безопасности. Поэтому путешественники решили держаться настороже. Фургон был превращён в настоящую маленькую крепость. Вокруг него разбили лагерь, и два человека стали на страже.
Первой заботой Элен и Мэри было перевязать рану Гленарвана. Пуля, попав в плечо, разорвала кожу, не нанеся, однако, серьёзных повреждений. Рана сильно кровоточила, но Гленарван свободно шевелил суставами и уверял своих друзей, что выстрел не причинил ему ни малейшего вреда. Ему сделали перевязку, и он просил больше о нём не беспокоиться.
Путешественники, за исключением Мюльреди и Вильсона, стоявших на страже, расположились в фургоне. Майора попросили рассказать всё, что он знает об Айртоне. Но, прежде чем перейти к объяснению событии, случившихся в этот день, майор рассказал Элен всё то, чего она не знала: о побеге кучки каторжников из Пертской тюрьмы, об их появлении в провинции Виктория и о вызванной ими железнодорожной катастрофе. Он показал ей номер «Австралийской новозеландском газеты», купленный в Сеймуре, и прибавил, что полиция назначила премию за голову Бена Джойса, атамана шайки, успевшего стяжать себе мрачную славу.
Но каким образом Мак-Набс узнал Бена Джойса в боцмане Айртоне? Это была загадка, занимавшая всех, и майор объяснил, на чём основывались его подозрения.
С первого дня знакомства Мак-Набс инстинктивно не доверял Айртону. Два-три беглых взгляда, которыми обменялись Айртон и кузнец на берегу Вимерры, постоянное стремление, Айртона миновать города и сёла, его настойчивое желание вызвать «Дункан» из Мельбурна, загадочная смерть порученных его заботам животных, наконец какая-то фальшь во всех его словах и поступках — всё это вместе взятое возбуждало недоверие майора. И, однако, он не мог предъявить бывшему боцману никакого определённого обвинения.
Но прошлой ночью произошли неожиданные события. Мак-Набс заметил в полумиле от лагеря какие-то странные тени, сразу возбудившие его подозрение. Фосфоресцирующие грибы чуть светились в темноте. Три человека рассматривали следы на земле. Среди них Мак-Набс узнал кузнеца из Блэк-Пойнта. «Это они», — сказал один. «Да, след идёт от самой Вимерры», — ответил второй. «Все лошади околели, за ядом недалеко ходить. Яду тут хватит, чтобы отравить целый кавалерийский отряд, — заметил третий. — Что за полезное растение gastrolobium!»
Голоса смолкли, и шаги стали удаляться. Мак-Набс, ещё ничего не понимая, пошёл вслед за ними. Вскоре разговор возобновился. «Ловкий человек Бен Джойс, — сказал кузнец. Знатный из него вышел боцман Айртон. А его выдумка насчёт кораблекрушения! Если его план удастся, вот будет нам лафа!»
— Это были последние услышанные мною слова, — закончил майор. — Каторжники выбрались из леса и скрылись. Таким образом я узнал всё, что хотел узнать, и вернулся в лагерь, твёрдо убеждённый в том, что каторжники в Австралии не так уж легко вступают на путь истинный, как это кажется Паганель.
Майор умолк. Его товарищи, тоже молча, размышляли.
— Итак, — произнёс, наконец, Гленарван, и его лицо побледнело от гнева, — Айртон затащил нас сюда, чтобы ограбить и убить?
— Да, — ответил майор.
— И, начиная с Вимерры, вся его банда следует по нашим стопам выжидая удобного момента для нападения?
— Да.
— Но, значит, негодяй никогда не был матросом на «Британии»? Значит, он присвоил себе имя Айртона, украв матросскую книжку?
Все взгляды обратились к Мак-Набсу.
— По-моему, достоверно во всей этой тёмной истории следующее, — сказал он своим обычным, спокойным голосом. — Человека этого действительно зовут Айртон. Бен Джойс — его разбойничья кличка. Не подлежит никакому сомнению, что он знал Гарри Гранта и что он был боцманом на борту «Британии». Эти факты доказаны теми подробностями, которые Айртон рассказал нам о своём знакомстве с Гарри Грантом. Не стоит увлекаться сомнительными гипотезами. Нам достаточно знать, что Айртон и Бен Джойс — одно и то же лицо и что бывший боцман «Британии» стал главарём банды каторжников.
Эти объяснения были приняты без возражений.
