— так крестьяне говорят.
— Милорд, мы готовы…
— У вас там, в Северной Короне, сизый мор, — медленно процедил сир Вомак. — Хворые от вас толпами прут, как саранча. Спасу нет!
— Милорд, мы не из Северной Короны идем!..
— А мне почем знать? Давайте, вылезайте из телег.
Он махнул рукой сквайрам. Трое поняли хозяина без слов и двинулись вдоль обоза, покрикивая:
— Все, кто есть, вылезайте! Прочь из фургонов!
Снайп сунул было руку за скамью, где у него лежала секира, но один из сквайров мигом приставил копье к его шее и вынудил спрыгнуть на землю безоружным. Вскоре люди сира Вомака согнали с телег и выстроили в ряд всю Хармонову свиту. Лишь Полли оставалась в седле, но вот оруженосец лорда добрался и до нее:
— Дамочка, позволь-ка, помогу тебе.
Он протянул к ней руку, в тот же миг Джоакин схватился за рукоять меча, и два копья уперлись ему в грудь. Молодой воин замер, оруженосец Вомака подхватил Полли и пересадил к себе в седло.
Лорд неторопливо проехался вдоль строя.
— Ну что, хворые есть?
— Какие мы хворые? — спокойно ответила Луиза. — У хворых морды синие и губы пухнут, потому и зовется сизый мор.
— Знахарка нашлась! — хохотнул оруженосец. — Хозяин, я вот другое слыхал. Говорят, у баб от сизого мора сиськи синеют.
— Правда?.. — переспросил лорд с ухмылкой.
— Истинная. А у мужиков — яйца.
— Придется проверить. Раздевайтесь! Ну же, тряпки долой!
Хармон обомлел. На груди его, под кафтаном покоился в свертке Священный Предмет!
Один из охотников тем временем залез в фургон, раздался треск — он сбивал замки с сундуков.
— Хозяин, тут какие-то пахучие мешки.
— Это чай, милорд! С Юга, из Шиммери! Прекрасный напиток, позвольте мы угостим вас, — пояснил Хармон, надеясь отвлечь внимание Вомака от затеи с раздеванием.
— Чай? Ну-ка, бросай сюда.
Сквайр бросил фунтовый мешочек лорду, тот мгновенно выхватил меч и разрубил мешочек в полете. Чайные лепестки разлетелись облачком.
— Еще! — потребовал сир Вомак.
Сквайр бросил второй мешочек и третий, их постигла та же участь. Хармон стиснул зубы. Оруженосец лорда хохотнул:
— Охота на чай — забавно! Хозяин, позвольте и мне!
Сир Вомак бросил взгляд на оцепеневших людей Хармона:
— А вы чего замерли? Велено было раздеться!
Луиза — кажется, единственная — все еще не утратила хладнокровия.
— Милорд, ваша правда, мы проезжали Излучину, да только это месяц назад было! Будь среди нас хворый, все бы уже перемерли. А в Шейланд ехали по вызову графа, у хозяина и письмо есть. Покажите им, хозяин!
— Экая грамотная селянка! — бросил один из сквайров и спешился. Подошел к Луизе: — Давай-ка я лучше тебе раздеться помогу!
Вихорь ступил вперед и поднял руки, будто намереваясь защитить жену. У Хармона сердце упало: сейчас сквайр проткнет бедолагу насквозь! Однако, Вихорь оказался умнее — он сорвал с себя рубаху и взялся за платье Луизы.
— Не надо, милорд, мы сами. Давайте, мы сами…
— А я помогу блондиночке, — сказал оруженосец и потянул тесемки на корсаже Полли. Девушка тихо ахнула.
Нужно остановить это! Нужно это остановить! — стучало в голове у Хармона, но он не мог ни пошевелиться, ни раскрыть рта. Даже не страх — животный ужас поселился на груди, в свертке из льняной рубахи. Сир Вомак — будь он проклят! — смотрел почему-то не на Луизу и не на Полли. Угрюмым взглядом он буравил Хармона Паулу, целясь в переносицу — всего футом выше свертка на груди.
— А тебе, толстяк, особое приглашение нужно? Скидывай шмотки! Поглядим, какого ты цвета.
Деревянные колени Хармона со скрипом согнулись, он сел, принялся стягивать сапоги. Сперва снять обувь, потом штаны. Может, что-то надумаю, пока дело дойдет до кафтана. Но что надумаю? Схватиться и бежать? Куда там! Убежишь от конных! Показать им графскую грамоту? Так ведь это лишний повод головорезам порешить нас всех до единого! Всех в этой роще закопают, даже мелкую Сару — лишь бы граф не узнал, куда подевалась его святыня! Тогда раздеться? Позволить ему увидеть Сферу? Авось не поймет, что за штука… Нет, какое там — не поймет! Я с первого взгляда понял!.. Боги, помилуйте меня. Боги, помилуйте!
— Ты что там шепчешь? — рыкнул сир Вомак. — Молишься?
— Это он просит у богов прощения за свое крохотное хозяйство! — вставил оруженосец. Сквайры заржали. Половина одежды Хармоновых людей уже валялась в пыли. Один Джоакин продолжал стоять полностью одетый и даже вооруженный: охотники, что стерегли его, отвлеклись на более интересное зрелище. Молодой воин сделал шаг назад, затем еще, и, оказавшись в нескольких футах от копейных наконечников, громко сказал:
— Сир Вомак, меня зовут сир Джоакин Ив Ханна с Печального Холма.
— Сир Джоакин?.. — уставился на него лорд. — Ты хочешь сказать…
— Я не закончил! — рявкнул Джоакин с такой силой, что лорд от неожиданности умолк. — Я знаю вас, сир Вомак. Мы с вами вместе бились под знаменами графа Рантигара на Мельничном броде и у Трех Ив. Тогда вы еще были человеком чести.
Сир Вомак двинул коня к нему:
— Смеешь оскорблять меня, юнец? Я тебе башку снесу!
— Как раз это и хотел вам предложить, — с холодной улыбкой произнес воин. — Сир Вомак, я вызываю вас на поединок.
Внезапно лорд осознал, что веселая забава может обернуться опасностью для его бесценной жизни. Остановил коня, обвел взглядом своих сквайров, указал мечом на Джоакина, оставаясь, однако, в нескольких ярдах от него.
— А почему бы вместо этого мне не приказать своим людям нанизать тебя на копья?
— Потому, сир Вомак, что в таком случае ваши люди узнают, что вы, одетый в кольчугу, побоялись сразиться с бездоспешным юнцом.
Лорд еще раз обежал глазами круг своих людей. Джоакин Ив Ханна никогда не был знатоком человеческой натуры, но сейчас — благословенны будьте, боги! — он верно угадал настроение. Лордские сквайры — азартные молодчики, под стать самому Джоакину, — не имели ни малейшего желания просто быстро умертвить его: это скука. Иное дело — поглядеть на настоящий поединок, увидеть, как их сюзерен проучит наглеца. Вот зрелище получше охоты на вепря!
Сир Вомак заколебался. Джоакин сказал:
— Ну же, сир, приступайте! Или вы хотите, чтобы сия история закончилась так же, как Война
