трети которого составляли отборные войны – для которых кровавая резня была их сутью. А вот наша армия, наоборот почти на 80% состояла из обычных рыбаков, добытчиков или в лучшем случае охотников. Настоящих же войнов у нас было катастрофически мало. В основном все они погибли, в недавних боях, давая возможность молодой поросли своих племен уйти и спастись.
Я же находясь в середине всей этой мешанины из разноцветных мурлоков, совершенно не беспокоился о своей безопасности. Дело в том, что если вы когда-нибудь захотите заниматься сталкерством в этом большом болоте, то обязательно к себе в команду возьмите местного жаболюда, так как у всех них есть врожденное чувство глубины. Никто из них вам не скажет есть ли в той яме, которую они обнаружили подводный хищник, но провести любого своего компаньона по самому мелкому месту они смогут всегда.
Вот и сейчас мне казалось, что вся эта бессистемная толпа жабоподобных существ, подобно рою пчёл время от времени, как бы обретая разум, сдвигалась то в одну сторону, то в другую. Обходя заведомо опасные участки. Болотные твари же видя перед собой такого странного многоголового и многолапого монстра, как наша армия сами на нас не нападали. На корме моего плота снова стоял – мой верный, зеленый оруженосец Дрофкофо и методично работал шестом. Мне же делать совершенно было нечего, поэтому я полусидел – полулежал на расстеленной прямо на плоту медвежьей шкуре и тихо радовался своей предусмотрительности. Вот не сделай я в своё время такой хороший плот и топать бы мне сейчас, как последнему жаболюду по пояс в мутной, болотной воде. Выдирая ноги из липкого ила и постоянно оскальзываясь, наступив на непонятно что.
Кстати, войнами у мурлоков вполне могли быть и самки, так как у них не было половой, весовой дифференциации. А так как, жаболюды росли всю свою жизнь, то старая самка зачастую всегда могла быть намного сильней молодого самца. Да и понять, сколько же в нашей армии было самок, а сколько самцов не имелось ни какой возможности. Так как вторичных половых признаков у них не было, а первичные были скрыты кожаными, набедренными повязками.
Солнце на небосводе прошло уже более половины своего пути, когда наша армия быстрым маршем, если такой способ передвижения вообще возможен в болоте, все-таки достигла того острова на котором я ночевал спрятавшись от Болотных шершней в высокой, папоротниковой роще. Один час выделили вожди на отдых, быстрый перекус и подготовку оружия. Затем ещё один быстрый рывок и вот уже вся наша армия тихо, пытаясь насколько это можно вообще не шуметь, углубляется в густые камышовые заросли.
Бой вспыхнул внезапно, как сухая трава под ударом молнии. Толи нас все-таки обнаружили, толи наши передовые войны увидев врага, сразу же на него напали, не дожидаясь остальных. А скорей всего обе эти причины наложились одна на другую и завязалось самое настоящее островное сражение. Разноцветные мурлоки с одной стороны и черно-желтые с другой. Видно Болотные шершни основательно достали своих соседей. Я впервые видел в игре такую ненависть у её персонажей. Жаболюды из нашей наспех собранной, но тем не менее рвущейся в бой армии, по трое – четверо штук набрасывались на разрозненных, застигнутых в расплох таким цветным половодьем черно-желтых шершней и буквально истыкивали их копьями. Да еще старались сильным ударом копья просадит своего врага насквозь или провернуть зазубренный наконечник в ране увеличивая её в несколько раз.
Болотные шершни, опомнившись, попытались дать отпор, но их отряд в два десятка жабьих рыл, совершивших самоубийственную контратаку, был просто выкошен дождем из острог с костяными, зазубренными наконечниками одновременно выпущенных сотней наших войнов. Но, как оказалось – это был наш последний заметный успех достигнутый внезапным нападение. Остальные Болотные шершни, за то время что мы уничтожали их растерявшихся, одиночных войнов, успели вооружиться и сбиться в одну монолитную толпу на своей деревенской площади.
– Больше легких побед не будет – это я сразу понял, только увидев сплоченную толпу черно-желтых мурлоков вооруженных в два, а то и три раза лучше, чем наши войны.
Кое-как проблему с нехваткой оружия помогли решить захваченные нами трофеи. Но, всё равно. Если, у вражеских войнов имелись щиты – почти у половины их состава, то у наших войнов они были – только у одного из десяти. Три вождя возглавляющие нас собрали всех своих разношерстных войнов в один кулак и готовились к атаке. Как вдруг над вражеским отрядом, подобно знамени или какому-то странному, зловещему символу, поднялся колдовской посох с огромным, черным камнем в навершии.
Вот к нему-то и потянулись струйки темной магической энергии, от каждого валявшегося тут и там сломанной куклой, мертвого тела. Напитавшись некроэнергией досыта и так темный до этого крупный кристалл, стал вообще непереносимо черным. Из него тут же вылетел большой, черный шар, который по мере своего движения всё продолжал расти и пухнуть, а так же выпускать в разные стороны длинные, толстые щупальца. В результате такой странной метаморфозы в плотную толпу наших мурлоков, упал уже вполне крупный, полностью сформировавшейся осьминог. Захвативший своими извивающимися щупальцами сразу же с десяток, разноцветных, близко-стоящих друг к другу жаболюдов. Тут же, раздался сильный взрыв и все кого коснулось, хотя бы одно щупальце – сразу же охваченные черным, колдовским огнем, погибли.
Не медля больше не секунды, я начал призыв всех своих существ без разбора – лишь бы по быстрей. Новый рой костяных острог запущенных нашими войнами, не причинил врагу, почти ни какого вреда. Как только шершни увидели падающие на них наши метательные снаряды, как тут же из их толпы поднялись большие, ракушечные щиты и закрыли всё их темно-желтое войско сплошным, непробиваемым панцирем. На который с бессильным цоканьем и пролился весь наш – состоящий из одних рыболовных острог, костяной дождь.
Снова шаман Болотных шершней применил своё странное заклинание и снова летающий осьминог черной, жирной кляксой взмыл в небо. И в этот раз он совершенно неожиданно упал на моего Скального Василиска, которого я только-только призвал. Тут же оплел его своими щупальцами и сразу же взорвался. Оё! – взвыл я. Самое сильное существо из моей колоды просто исчезло. Опрокинутые магическим взрывом, бывшие рядом с ним мурлоки, шатаясь и с большим трудом, поднимались с земли.
Ну, гады – сейчас я вам устрою! Я достал из своей колоды карту, внутри которой полыхало жаром, огненное кольцо и активировал его.
