Читаем без скачивания Филогенез. Панихида - Алан Фостер

Цзе ничего не ответила. Она лишь взяла правую руку Элвина обеими руками и поднесла к своим губам. Тихо поцеловала, потом прижала к щеке. Плевать, что подумают эти чертовы бюрократы или сотрудники госпиталя, которые могут не одобрить такого действия, глядя в свои мониторы. Мэллори смотрел в окно на голубое море, покачивающиеся пальмы и продолжал плакать. Он нормально дышал, пульс оставался ровным, но он не мог остановиться. Единственное, что ему грозило, это обезвоживание.

— Часть меня живет. Другая лежит мертвой там, на Привале, вместе с моими друзьями. А третья, последняя, продолжает плавать в невесомости на внутренней луне, сходя с ума.

— Я здесь,— сказала она.— Я живая.

— Да,— он улыбнулся и вытер слезы рукавом больничной рубашки.— Благодари Бога за самую малость, что есть у тебя. Это не про тебя, Ирен. Слово «малость» не имеет к тебе никакого отношения. Можно, я буду называть тебя просто Ирен?

— Мистер Мэллори, вы можете называть меня, как вам вздумается,— она опустила его руку на кровать. Но перед тем как выпустить, крепко сжала.— Вы заслужили такое право.

— Я не хочу, чтобы это было «правом». Я хочу, чтобы это было знаком нашей дружбы.

— Как хотите,— мягко ответила она.

Атмосферу разрушило, чтобы не сказать разбило вдребезги, появление в палате доктора Чимбу, двух его ассистентов, нескольких военных и штатских, которых Цзе не знала. Они заполнили комнату, но без толкотни и суеты. Все, в том числе офицеры с мрачными лицами, вели себя тихо и вежливо.

— Мистер Мэллори,— вежливо произнес Чимбу,— мы не собираемся давить на вас. Если вы считаете, что в комнате слишком много людей, просто скажите, и мы выйдем.

Человек на кровати ухмыльнулся. Он не хотел отпускать руку медсестры, и она не убирала ее.

— Слишком много? Да вас здесь мало! Сколько бы вас ни было, теперь для меня много не будет.

Стоявшая позади главного врача больницы статная женщина в форме полковника больше не смогла сдерживаться.

— Мистер Мэллори, я уверена, вы понимаете, как сильно некоторым из нас не терпится задать вам кое-какие вопросы. Если вы не настроены отвечать…

— Спрашивайте,— он улыбнулся Ирен.— Так как насчет настоящей еды? Я согласен на яблочное пюре, особенно если оно будет намазано на большую отбивную из антилопы с картофелем фри. И с подливкой. И с омарами. Омары, креветки, устрицы — что-нибудь из того.

Цзе вопросительно посмотрела на Чимбу. Тот нерешительно взглянул на пациента, потом кивнул, но все-таки добавил, не удержавшись:

— Только маленький бифштекс.

Симпатичная женщина-офицер стояла молча, вынудив Мэллори напомнить ей о себе.

— Давайте, спрашивайте, что вы там хотели. Вы меня не оскорбите. Я уже отбыл свой срок в юдоли скорбей.

— Очень хорошо, мистер Мэллори. Я думаю, вы знаете, что все, происходящее в этой комнате, регистрировалось мониторами и записывалось. Я также думаю, вы прекрасно понимаете — раз пайтары, дружески принятые на Земле и других наших планетах, за пятьлет никогда не позволяли себе ничего, даже отдаленно напоминающего действия, которые вы описали, большинство из нас практически не в состоянии принять на веру рассказанную вами историю.

В палате воцарилась мертвая тишина. Все ждали, как пациент отреагирует на эти слова.

Мэллори ответил очень тихо, но абсолютно отчетливо:

— Значит, вы считаете меня лжецом?

— Этого никто не говорил,— поспешил добавить другой офицер.— Никто не называет вас лжецом.— Он посмотрел на женщину, а потом снова на изможденного человека в кровати.— Вы прошли через страшные испытания, сэр. Просто чудо, что вы выжили, сохранив в целости тело и…

Затронув столь деликатную тему, он прервал свою фразу.

— Ум? — закончил за него Мэллори, оглядев собравшихся.— Вы думаете, все, что я видел на Привале,— галлюцинации? А как же шестьсот тысяч погибших и пропавших без вести? — он повысил голос— Тоже галлюцинация?

— Никто не отрицает факт происшедшей на Привале трагедии,— мягко сказала женщина-офицер, но в ее голосе явственно слышалась снисходительность.— Этого не смеет оспорить ни один человек. Майора Ротенбурга, как и всех нас, интересует, действительно ли вы видели все, о чем рассказали, или ваш разум, подвергшийся жесточайшему шоку, придумал что-нибудь невероятное, чтобы вытеснить из сознания реально увиденные события, еще более ужасные.

— Еще более ужасные? Что может быть ужаснее этого геноцида? Ужаснее женщин, выпотрошенных ради того, чтобы набрать полные контейнеры репродуктивных органов? — Мэллори медленно покачал головой.— Мадам, все, что я могу сказать,— ваше воображение по части придумывания ужасов сильно превосходит мое.

В разговор вступил Чимбу, стоявший возле самой кровати.

— Мистер Мэллори, полковник Надуровина является известным военным психиатром, специализирующимся на расстройствах сознания, вызванных стрессами боевых и близких к боевым ситуаций. Она не собирается оспаривать вашу правдивость. Как и все мы, она желает вам добра и хочет докопаться до истины.

— Истины?! — голос Мэллори зазвенел на грани истерики. Он резко сел. Ассистент, стоявший поблизости, включил осмотический инъектор и начал подходить поближе. Пораженная неожиданной агрессивностью Мэллори, Цзе вынула свою руку из его пальцев, но не встала с кровати и даже не отодвинулась. Видя ее страх, он попытался овладеть собой.

— Я сказал правду. Верить мне или не верить — ваше право.— Жестко осмотрев толпу любопытствующих вокруг, он добавил: — Лучше бы вы поверили. Нет никакой гарантии, что такое не повторится. Если, конечно, они уже не получили все, что им было нужно, на Привале.

— Репродуктивные органы земных женщин? — скептически спросил Ротенбург.— Простите, мистер Мэллори, но в наших глазах это не выглядит достаточным основанием для нападения на целую планету. Понятно, когда такое устраивают, чтобы получить стратегически важную базу или богатые месторождения редкоземельных металлов и минералов. Или чтобы запугать противника и заставить сдаться. Но в том, что вы говорите, нет никакого смысла.

— Упаси нас Бог от слепорожденных созданий военного ума,— пробормотал Элвин.— И вообще, что здесь делают военные?

— Когда без предупреждения безжалостно уничтожают шестьсот тысяч человек, это переходит в компетенцию военных,— холодно сказал мужчина, стоящий позади Ротенбурга.

Мэллори хмыкнул и откинулся на подушки.

— Самое худшее, я тоже не вижу в этом смысла. Пайтары и люди не могут иметь общего потомства. Но я не могу списать такой тщательно организованный сбор органов, свидетелем которому я стал, на некое патологическое любопытство научного толка или просто бесцельное желание потрошить людей. У них были специально подготовленные контейнеры для хранения… результатов своей работы. Они делали все вполне осмысленно. Если у них имелись еще какие-то причины для поголовного уничтожения всего населения колонии, спросите об этом у них самих.— Он сделал непристойный жест, рассчитанный на тех, кто смотрел на него через мониторы, распиханные бог знает где.— Мое мнение таково. Мы должны собрать все оружие, какое у нас есть, снарядить все корабли, которые способны летать, и гнать их до самого их вонючего Содружества, а потом засыпать их распрекрасные Два Мира радиоактивной пылью с долгим периодом полураспада. Как насчет такого предложения? Задайте подобный вопрос паре их представителей на Земле. Они, конечно, будут лгать. С легкостью. Они не сомневаются, что уничтожили всех свидетелей своего вероломства. Они это действительно сделали. Но я остался,— его бахвальство и бравада вдруг испарились со скоростью капли воды на раскаленной сковородке. Он заговорил тихим испуганным голосом, как будто в нем проснулся совсем другой человек.— Они не знают обо мне? Они не знают, где я?…

— Успокойся,— Цзе погладила его руку кончиками пальцев.— Не нервничай, Элвин. Никто не знает, что ты здесь,— она с тревогой посмотрела на Чимбу.— Ведь верно?

Главный врач кивнул. Он сказал со всей доступной ему уверенностью:

— О том, откуда взялся здесь мистер Мэллори, знают только несколько человек из руководства госпиталя. Кроме тех, кто сейчас находится в этой комнате, о вас известно лишь членам правительства, да и то не всем.

— Вы бы сильно удивились, если бы узнали, кто проинформирован, а кто не знает о вас ни капли,— успокаивающе проговорила Надуровина.— Вы здесь в безопасности. Конечно, если вы выглянете в коридор или за окно, вы не увидите там ничего особенного. Но для того, чтобы достать вас здесь, пайтарам или любой другой расе потребуется такое оружие, которого, по нашим сведениям, ни у кого просто нет,— она улыбнулась. Улыбка не выглядела ни натянутой, ни притворной.— На сегодняшний момент вы, мистер Мэллори, по всей вероятности, являетесь наиболее тщательно охраняемой персоной в нашей части Рукава Ориона. Так не охраняют даже членов Всемирного Совета.