Но его движение так и не было доведено до конца. Меч Шета так и не вонзился в печень брата. Его лицо так и не просияло, озаренное улыбкой торжества.
Тень, быстрая и стремительная тень Ветра, успела долей мгновения раньше. Два указательных пальца вонзились в шею Сиятельного князя чуть повыше ключиц.
Шет сполз на содрогающуюся в родовых муках землю – парализованный, обессиленный, обездвиженный.
– Ты поторопился, записывая Герфегеста в Скрижали Мертвых, – сказал Хозяин Дома Гамелинов.
– Так, значит, здравствуй, Герфегест, – тихо сказал Элиен и в его голубых глазах северянина засветилась теплота былых дней.
17
Поляна, окруженная многоцветной мозаикой, на которой рубились Торвент и Горхла, медленно, но неуклонно прорастала невиданной иссиня-черной травой. Сейчас ее жесткие, покрытые мельчайшими гарпунообразными зазубринами стебли поднялись над землей на две ладони. Над поляной дрожало марево тяжелого раскаленного воздуха.
Торвент и Горхла нещадно изрезали ноги об эту проклятую траву, жилы на их лбах вздулись от нечеловеческого напряжения, но они не прекращали схватки.
Наконец Торвенту повезло. Его топор плашмя обрушился на голову карлика. Тот захрипел, упал на землю и почти полностью скрылся в хищной траве. Торвент видел, как плотоядные стебли травы впились в плоть Горхлы, старательно раздирая ее на мельчайшие клочки. Торвент повернулся, чтобы уйти.
– Глупец. – Хрип карлика за спиной был слишком слаб, слишком жалок, чтобы заставить Торвента обернуться.
– Жалкий глупец… Хозяйка Гамелинов испита до дна Сиятельным князем. Лишь я и Шет знаем, как вернуть ее к жизни.
Торвент все-таки обернулся. Трава… Откуда здесь эта проклятая невиданная трава? Есть ведь где-то и корни…
Он подошел к тому месту, откуда доносились стоны Горхлы, и, приноровившись, нанес глубокий косой удар топором под основание шевелящихся алчных стеблей. В тот момент престолонаследник Торвент больше всего походил на селянина, корчующего вредный сорняк.
18
Вихрь, зародившийся в толще вод Озера Перевоплощений, вышел на сушу. Трава, кустарники, цветущие деревья, крокусы, маргаритки и тюльпаны – словом все, что росло на берегах, пошло в пищу смерчу. Обрушилась еще одна скала, ограждавшая Озеро с юга, открывая вид на бухту, тоже охваченную буйством стихий.
Но Элиен и Герфегест были глухи к этому. Они смотрели друг на друга. Узнавая и не узнавая друг друга.
– Я впервые вижу тебя одетым, подобно людям Алустрала, – усмехнулся Элиен, с интересом рассматривая черный плащ Герфегеста, расшитый лебедями, его шерстяную юбку, порядком перепачканную глиной и пылью Священного Острова, его затейные мужские сандалии.
– А я впервые вижу тебя в Алустрале, Элиен. Добро пожаловать.
Как вдруг едва начавшийся разговор был прерван испуганным воплем нетопыря – все это время он вился неподалеку, ища себе место побезопасней. Теперь, похоже, опасность возбудила в нем такую жажду спасения, которая даже превышала тщательно сдобренную заклинаниями верность новому хозяину.
Нетопырь испуганно свистнул, затем хлопотливо захрюкал, взмахнул крыльями и понесся к открывшемуся провалу в скалах, чтобы поскорее выбраться на воздух. Выбраться прежде, чем стены, опоясывающие Озеро Перевоплощений, сомкнутся над нерасторопными людишками Алустрала и Сармонтазары могильным курганом.
– Даже нетопырь понимает, что самое лучшее – уносить отсюда ноги, – заметил Элиен. – Идем, Герфегест. Мы должны успеть на тот огромный корабль, что стоит в гавани Дагаата. Успеть раньше, чем Священный Остров погрузится в морскую пучину.
– Все это верно, Элиен. Все это верно… – Герфегест посмотрел в бледное лицо Шета окс Лагина. Без сомнения, он еще долго пролежит вот так без сознания. Пролежал бы, если бы… – Одолжи мне свой меч, Элиен.
Элиен молча вынул меч из ножен и передал его Герфегесту.
Герфегест, не говоря ни слова, занес его над беззащитным теперь горлом Шета и… и лезвие клинка уперлось в стальной наруч Элиена, не успев приблизиться к князю даже на три пальца. Герфегеста охватил приступ небывалой и необъяснимой ярости.
– Не мешай! – заорал он, отталкивая руку Элиена. – Этот человек убил мою женщину. Он истребил сотни моих людей. Он свершил еще много злодеяний, о которых ты, верно, осведомлен не хуже моего, коль скоро примчался сюда верхом на этой пузатой образине! Он овладел Семенем Ветра для того, чтобы сделать явленным ужасом тысячелетнее царствие Хуммера. И ты, справедливый брат мой, собираешься пощадить его? Где же справедливость?
– Шет окс Лагин – брат мне. Наши жизни связаны клятвой. Узы Братства по Слову крепче даже моей ненависти и уж подавно крепче каких бы то ни было «рассуждений». Сколь бы ни был подл и жесток Шет в последние годы, он все равно был и остается моим братом. Мой меч бессилен против него. Как бессилен и против тебя.
– Но ведь сам Шет только что едва не убил тебя! Не подоспей я вовремя… – Возмущению и отчаянию Герфегеста не было предела.
– Тот человек, от предательского удара которого ты избавил меня несколько мгновений назад, не был моим братом. Я дрался не с Шетом. И не Шет дрался со мной. Мой брат Един в Двух Душах. – Элиен опустил глаза и положил ладонь на холодный лоб своего брата. На лоб Шета окс Лагина, полностью порабощенного волей Октанга Урайна.
– Сейчас ты сам признаешь мою правоту! – воскликнул Герфегест. – Зачем нам сохранять жизнь злокозненному варанскому магу, этому деятельному исчадию бездны? К чему эта сентиментальная чушь насчет клятв? Мы уже сделали эту глупость однажды – оставили Урайна в живых. К чему пятнать свое честное имя новым повторением старой ошибки? – Глаза Герфегеста горели ненавистью и обидой.
– Тогда я был слаб, – спокойно сказал Элиен тоном, пресекающим всякие дальнейшие препирательства. – Теперь же я достаточно силен для того, чтобы навеки разъединить Шета и Урайна. Я сделаю это сегодня же…
Но Элиен не закончил – ствол огромного кедра, расколотый пополам одним из скальных обломков, с треском повалился на землю на расстоянии вытянутой руки от того места, где покоилось тело Шета окс Лагина.
– Достаточно, Элиен. Делай как знаешь. Но только делай быстрее, – проворчал Герфегест.
Он только что в полной мере осознал грозящую им опасность. Его гнев остыл так же быстро, как и вспыхнул. Ему вмиг стало не до судьбы Сиятельного князя.
Найти тело Харманы и вынести прочь с гибнущего острова. Вот что казалось теперь по-настоящему важным. А там – будь что будет!
19
Они ушли от мятущихся в спазмах вод Озера Перевоплощений.
Они избегли теней и чудовищных образов, которые стремительно заполняли все пространство Измененного Места.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
