Ричард попытался обнять меня, не смотря на попытки отстраниться. От него пахло приторной сладостью карамели. Слабый удар под дых, и мужчина со вздохом сел на старый пыльный стул.
- Не прикасайтесь ко мне, пока не приведете себя в порядок.
Три дня прошли, как в бреду. Предпоследний экзамен был у Ричарда через неделю, и я вполне могла позволить себе такое приключение. Первый день был словно натянутая струна. Напряжение между мной и Экзором, маленький комочек, пьющий мою кровь и пытающийся укусить, сорваться в полет, чтобы убить меня. Хмурый Бен и молчаливый Экзор с виноватым взглядом, который получил от друга по голове. Сплошной кошмар, который стал подергиваться туманом на второй день. Бен сказал, что это так действует сила шоприка. Малыш окреп для борьбы. Он подавляет любую тьму. Непроизвольно это маленькое чудо меня убивало, становясь сильнее. Еще день. Последний день я не помню вообще. Ни коротких уколов, ни зеленых глаз Экзора, ни черной кисточки шоприка. Ничего. Просто тошнота и темный огонь в снах. А потом липкий пот на теле и отрывки кошмара, в котором я, как когда-то давно, проваливаюсь в зазеркалье и тону в удушливой сладости чужих духов. Минута бесконечного падения в темноту и… зеленые глаза, а потом тьма и покой.
~ ~ ~
- Как она?
- Спит. Теперь просто спит. Ее кровь слишком хорошо усвоилась шоприком и он начал тянуть с нее силы, даже не касаясь. Представляешь, что было бы через час, если бы я не вернулся? - Экзор серьезно посмотрел на друга. Тот только улыбнулся.
- Нам всем очень повезло, что ты так ее любишь и не смог прожить без нее и часа.
- Не зубоскаль,- голос мужчины стал ниже, чуть отдавал хрипотцой. - И говори потише. Она только недавно уснула.
Мужская рука в который раз прошлась по коротким волосам. Бережно. Нежно. Даря покой и защиту.
- Ну и хорошо. А то мало ей шоприка, да еще и ты с Хельгой. Подумай, может, стоит ей у меня пожить?
- Нет. Она все же одержимая. Тира и девочки ее примут за соперницу.
- Думаешь?
- Уверен. - Абсолютно черные глаза прошлись по фигурке спящей девушки. Тонкие ручки сжимали ворот рубашки Экзора, не позволяя сделать лишнее движение, не то что уйти. Да и не было такого желания у Ричарда. С Элли хотелось спать и просыпаться, как бы это не было банально. Он так и поступал. Вот только ложился в постель далеко за полночь, когда девушка уже крепко спала, и вставал до того, как она просыпалась. Вроде и грел, и спал, а Элли меньше нервов.
- Ну хорошо, не у меня, но пусть у Аниты побудет. Не смотри на меня так, я уже сам понял, что предложил. Только хуже. Но в башне с тобой…она же обижена, Ричард. Ей противно и гадко, - Бен посмотрел на друга, будто извиняясь за свои слова, и присел рядом с постелью.
- Значит, буду паинькой и попрошу прощения. А потом устрою ей такой прогон по экзаменам, что ей не до чувств будет, - спокойно ответил мужчина и прикрыл глаза, а потом добавил с намеком, - Спокойной ночи, Бен.
Дверь негромко хлопнула, и Экзор снова открыл глаза.
- Давно не спишь?
- Нет.
- Тебе надо набраться сил, девочка.
- Знаю.
- Знаешь? А что к шоприкам одержимым нельзя лезть, знала?
- Нет, - односложные ответы, чуть приглушенные его собственной рубашкой, начали раздражать и воскресили чувство, которое Ричард только недавно успокоил. Одно из самых нелюбимых его чувств. Страх за близких.
Подтянув девушку чуть выше, чтобы заспанное лицо с впалыми щечками и синяками под карими глазами оказалось напротив его потемневшего взгляда, Экзор устало прошептал.
- Девочка, никогда не шути с могущественными тварями. Светлые они или темные. Они все равно сильные. А если еще и молодые, то такая сила непредсказуема. Шоприк не видит добро или зло - он видит силу демона в тебе. Он не знает, что обязан тебе жизнью, не чувствует жалости и убьет тебя без сомнений! А потом я убью шоприка.
- Это запрещено…это проклятие…так нельзя…
- Мне плевать, Элли. Любого, кто тебя обидит, я убью, покалечу или доведу до заикания в зависимости от вины и последствий для тебя. Думаешь, Крис просто так с фингалом ходил после нашей попойки? Или Ливир не сдаст экзамен, потому что репетиторам мало платила? Может, я и не люблю тебя так, как ты хочешь и мечтаешь, но я люблю тебя, девочка… как твою мать и отца. И если я делаю тебе больно, то только потому, что идиот, а не потому, что хотел вывернуть тебе душу наизнанку и плюнуть в нее.
- Я тоже идиотка, - чуть срывающимся голосом прошептала девушка.
- Хочешь побить меня книгами за Хельгу?
- Хочу, но это будет недостойно, - шмыгнув гордо задранным носиком, ответила девушка.
- Как моей голове повезло, что ее бить недостойно, - улыбнулся Ричард. - Но надо же меня как-то наказать! Собрание книг твоей матери без цензуры и с иллюстрациями? Завалить Ливир и довести до повторного курса? Или выкинуть белье с червячками?
На последних словах мужчина сделал ну совсем уже скорбное лицо. Червячки ему действительно очень нравились. Особенно когда Элли в знак протеста против них заправляла подушки в наволочки с розами.
- Ты достанешь мне холсты, бумагу, много черной краски, кисти, уголь, чернила…все-все, что сейчас используется для рисования графики. И еще карандаши. Хорошие, специальные карандаши для художников. Я нарисую портеры отца и матери, потом Норы, Пушки, Карела. Но это все по памяти. А ты будешь мне позировать целый день. Голый, - девочка чуть замялась. - Со спины. В моем домике.
- А почему в твоем домике?!
- А там и ты замерзнешь, - хихикнула девушка и поудобней устроилась в объятиях мужчины.
Глава 31
Экзамен по алхимии я сдала на девяносто девять балов. Еще один Экзор оставил за собой в качестве воспитательного момента. Ливир сдала на свои честные семьдесят, хотя я бы сделала поправку на ее поведение и поставила несдачу. Ричард на такое заявление лишь скривился, что эта психованная ему на пересдаче не нужна. И так три дурака нашлись, не отличивших спирт от слез водной девы. Как Экзор заставил последнюю расплакаться, он так и не признался… до угрозы принудительного лишения сладкого. А потом был чуть смущенный рассказ, что она его довольно неудачно пыталась утопить в болоте на границе с Либруссией. Долго плакала от горя, а потом…в общем на одну водную деву стало меньше.
- Убил?! - я была просто поражена.
- Элли, как я сказал, так и было. Не делай из кобеля скотину.
- А-а-а-а… - до меня медленно, но дошло. - Интересное решение проблемы. Теперь ясно, почему отец всегда неженатых оперативников посылал обезвреживать эту нечисть…Кстати. А она не холодная?
- Ощущение, как ледышку тра…в штаны положить. Большую такую. Которая тебя еще и лапает. Три недели простуду лечил потом, - ворчал Ричард, заедая давнюю обиду сладким кремом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
