Новой Слободы. — Лариса ждёт вас где-то там.
Мужчина указал в направлении трёх внушительных пальм, что стояли метрах в двадцати и были плотно прикрыты более мелкой растительностью.
ещё там лежал хвост.
Толстый и длинный, больше похожий на огромный канат. Но это совершенно точно был хвост, огромный крысиный хвост, принадлежащий не менее огромной крысе.
Вот никогда не боялся этих милейших созданий, а сейчас, наткнувшись на этот чудо-хвостик, что-то перехотелось идти знакомиться с его хозяйкой.
Мира замерла, как и я, а вот Ленка с Гришкой даже не думали останавливаться. Рыжая и вовсе трещала что-то о том, что она обожает, когда Хранители выбирают для себя образы животных.
— Там огромная крыса, — произнесла Мира. То ли успокаивая себя, то ли меня.
— Это — порождение магии и не имеет никакого отношения к настоящим крысам, — вот я точно успокаивал и себя, и Миру. — Просто выбрала для себя такой образ при появлении. Кстати, нужно будет озаботиться этим вопросом и узнать, как вообще появляются порождения магии?
— Обязательно, — согласилась со мной Мира. — Только после того, как познакомимся с Ларисой.
— Круто! — раздался радостный крик Ленки, когда она скрылась за пальмами, а хвост быстро исчез.
Явно хозяйка вернула.
Хозяйка, которая может спокойно съесть нас.
— Готова? — спросил я у Скворцовой, взяв её за руку.
Даже не знаю, кому так будет спокойнее. Но, судя по тому, как тяжело вздохнула Мира и благодарно посмотрела на меня, всё же ей.
Дальше мы уже не тормозили и через несколько секунд шагнули в заросли возле пальмы, чтобы выйти в добротной такой хижине на несколько комнат. С добротной мебелью, вполне приличным ремонтом и хозяйкой сего благолепия, смотрящей на нас испуганными глазками-бусинками.
— Фу-у-у-ух-х-х, — облегчённо выдохнули мы с Мирой, когда увидели не огромную крысу, а миниатюрную женщину, не многим больше нас самих.
Вытянутое лицо, я бы даже сказал, острое, крошечный рот со сжатыми губами, бегающие глазки-бусинки и прозрачные, едва различимые усики, которые ходили ходуном.
Одета женщина была в какую-то серую ткань, просто накинутую сверху. Поэтому казалось, что она гораздо больше, чем есть на самом деле. А ещё вокруг ног у неё был обёрнут тот самый хвост, что мы видели перед пальмами, только немного меньше.
— Смотрите, какая классная! — вновь крикнула Ленка, словно ждала только нас. После чего она налетела на хранительницу и принялась её тискать.
И что самое удивительное, та была совершенно не против, и ей это даже нравилось.
— Охренеть! — выдала Мира, и я был с ней полностью согласен.
А ещё я точно уверен, что Лариса никак не сможет стать моим скакуном. Между нами нет никакой особой связи.
Надежды на это были, но совсем призрачные. Которые и вовсе исчезли секунду назад.
* * *
— Проходим, не стесняйтесь. Скоро уже будем начинать. Вы отлично выглядите. А вы вообще шикарны. Я даже не представляю, как можно быть таким совершенством.
Я говорил и говорил уже больше часа.
И почему меня было решено сделать встречающим?
Причём для грызунов, которых к нам отправляет Лариса. Отправляет не просто так, а с частичкой своей силы. По-другому она не может её передать. Только сложный ритуал с несколькими тысячами мышей и крыс.
А нужна нам её сила, чтобы воплотить в жизнь очередную идею, которая поможет нам довести пару техник до идеала.
Конкретно, то самое преобразование магической энергии в любую стихийную, по кругу Арнгольтца, что нам показали ребята из столичной школы магии.
Гришка нашёл способ, как довести наш контроль силы до нужного уровня. Только для этого понадобилась сила сразу трёх порождений магии, и сила Махи здесь не подходила.
Эту идею Гришке подкинул Гирос. Который за время своего существования успел пообщаться со многими гениями в магии и кое-что подчеркнул из этого общения. Да и хранителей Новой Слободы он отлично знал.
Вот и надоумил Гиишкин скакун, как нам выйти из ситуации с этим долбанным преобразованием. А по всему выходило, что без его освоения и думать не стоит соваться на магическую олимпиаду.
Абсолютно все заклинания-победители без исключения имели в своей структуре преобразование по кругу Арнгольтца. И нам без него точно не обойтись.
— Сколько уже? — крикнул я ребятам, которые после меня распределяли грызунов по нужным секторам и оставляли на них простенький магический знак в виде пары перечёркнутых закорючек.
Естественно, специальными красками и исключительно свежедобытыми утиными перьями. Кстати, крысы нам их и принесли. Оказались очень умными и воспитанными существами. Особенно после того, как я тут с ними распинаюсь.
— Ещё штук двести, и будет достаточно. Лариса — умница, нужно будет передать ей через Андрея Васильевича пару ящиков апельсинов, — ответила мне Ленка, которая сегодня была за главную.
Что нас немного пугало, но самую малость.
— Я смотрю, вы сегодня помылись? Потрясающе! Просто потрясающе! Какая великолепная шёрстка. Так и блестит.
Крыса радостно запищала и поспешила к остальным, не забыв при этом потереться о мою ногу в знак благодарности.
А ещё рядом со мной лежала довольно внушительная куча всякой ерунды, которую мне так же приносили в знак благодарности.
Бедные зверушки никогда в жизни не слышали в свой адрес комплименты.
Это Ленка придумала вот так их встречать, и, судя по тому, как быстро у нас всё продвигалось и совершенно без каких-либо косяков, сделала она это правильно.
Правда, почему всё же я?
— Максим, продолжай, у тебя замечательно получается. Ещё совсем немного, и энергии будет достаточно. Уверен, что результат вас удивит, — произнёс радостный Левша.
— Андросий Аванесович, право слово, вы бы не подходили так близко к нашей заготовке. Мало ли что может случиться, — ответил я, наблюдая, как артефактор осторожно пытается влезть в один из контуров, кишащих грызунами.
Причём ребятам было совершенно плевать на артефактора. Сам лезет, куда его не просят.
— Не волнуйся, я прекрасно знаю, что делаю. Спонтанные выбросы магии в такой схеме практически невозможны. Даже если произойдёт чудо и они всё же случатся, я защищён от подобного. Что является для любого артефактора наиважнейшей задачей?
— Обезопасить себя во время работы над артефактом.
— Всё верно! Так вот, я полностью уверен в своей защите.
Зря, конечно, он это сказал, когда рядом находится Ленка. Вон сразу какие-то зелёные побеги потянулись к ногам.
Правда, ничего не смогли сделать, к моему удивлению и Ленкиному негодованию.
Она даже ногой топнула от досады и едва не раздавила одного из мохнатых переносчиков Ларисиной энергии. Тот обиженно запищал и вроде даже погрозил рыжей лапкой.
А Ленкины побеги остановились в десяти сантиметрах от ног Петросяна, не в
