— Я плачу! — обернула к ней разгневанное лицо принцесса. — Что, слез не видишь?! Вот они, на щеках!
— Да было бы из-за чего плакать… Подумаешь, большое дело — свадьба…
— Но я не хочу выходить замуж! Тем более… за этого! Уж лучше б я тогда за того колдуна замуж вышла — он хотя бы культурный был, обходительный!…
— Зато кожа серая…
— А у этого — красная! Большая разница! Кстати, а что с тем колдуном стало?…
— Э-э-э… кажется, утонул в реке… — чуть поколебавшись, соврала Вон.
Как-то неловко сообщать, что бывшего жениха принцессы сожрал их домашний джинн.
— Даже жалко немножко… — вздохнула Гвениола. — Он был получше остальных серых…
Ванесса промолчала. Рука опустилась в мерцающую воду, разгоняя снующих карпов. Воцарилось тягостное молчание.
— Может, мне сбежать?… - вдруг спросила Гвениола.
— Куда?! - опешила Вон.
— Не знаю. Куда-нибудь. Куда глаза глядят. Все лучше, чем выходить замуж без любви!
Ванесса задумалась, с сомнением морща носик. Лет десять назад она бы под этими словами подписалась. Но теперь ей двадцать пять, она почти четыре года прослужила в полиции и успела потаскаться по разным мирам в компании одного циничного ублюдка…
— Куда глаза глядят, да?… - хмыкнула Вон. — А кушать что будешь? В поломойки наймешься? Или в бордель подашься?
— Хорошо было бы жить в лесу… — прошептала Гвениола, подняв глаза к звездам. — Питаться ягодами и орехами, спать на траве, просыпаться под пение птиц, дружить с лесными зверями…
— Стоп! Стоп, стоп, стоп! — аж сморщилась Ванесса. — Попридержи коней, Белоснежка! Это тебе не мультик дядюшки Диснея! В настоящем лесу ягоды и орехи черта с два отыщешь. На траве спать неудобно — она грязная и холодная… а зимой так вообще караул. Лесное зверье с кем попало дружить не захочет — разве что волки согласятся. А если встретишь семерых гномов, то узнаешь, что в жизни это ребята суровые, запросто способные шарахнуть киркой по башке…
— Кого встречу?… - пролепетала испуганная принцесса. — Маркиза, о чем вы?…
— А, ну да, этих ты тут вряд ли встретишь… Но в целом ты поняла, что я имею в виду?…
Гвениола жалобно всхлипнула, утыкаясь Ванессе в плечо. Та сострадательно вздохнула, гладя золотистые локоны. Не позавидуешь бедняжке — только-только позабыла о гибели родителей и сестер, сбросила с плеч ненавистный плен у серых… и вот на тебе, снова силком пихают под венец! Причем теперь уже как бы друзья — а значит, нечего и надеяться, что кто-нибудь явится и выручит.
— Ну что ты так разнюнилась, Гвенни?… - жалостливо покачала головой Вон. — Я вот никогда не раскисаю… хотя иногда удержаться трудно.
— Мне так плохо!… - расплакалась принцесса. — Я хочу умереть!
— Ты только при Креоле этого не говори, — вздохнула Ванесса, подавая невесте очередной платок. — Он такие желания исполняет на раз.
Гвениола снова безутешно разрыдалась.
— Слушай, мы тут уже битый час сидим… — неловко пробормотала Вон. — А там на площади чертова уйма народу собралась… Священник там старичок щупленький, кашляет все время — еще простудится, чего доброго…
Гвениола упрямо молчит, не поднимая глаз.
— А еще у Креола терпение может лопнуть — явится сюда, орать начнет…
Тут Ванесса слегка сгустила краски. Насколько она успела изучить своего учителя — сюда тот совершенно точно не явится. Серые благополучно разбиты, торопиться теперь некуда, можно на какое-то время расслабиться.
Вполне может быть, что Креол сейчас попросту дрыхнет.
— Ну что, пойдем?…
Гвениола снова шмыгнула носом, но все же чуть заметно кивнула. Ванесса помогла выплакавшейся принцессе подняться на ноги и повела ее по тропинке. Медленно, осторожно, шажок за шажком…
— Слава Единому, маркиза, наконец-то! — приветствовал их появление Обелезнэ. Последние полчаса король неотрывно глядел на серебряные часы. — Ваше высочество, младшая моя сестра, я счастлив поздравить вас в этот знаменательный день…
— Вах… швы… страш… — хлюпая носом, пробубнила принцесса, глядя на короля покрасневшими глазами.
— Ну, и все такое прочее, — закруглился король, поняв, что какие бы то ни было поздравления в данном случае не слишком уместны.
Площадь заполнена народом до отказа. Светло, как днем — ярко пылают масляные фонари, да еще и колдуны зажгли свои светильники. В толпе оставлен широкий проход — прямо к алтарю, у которого жмется худенький первосвященник в церемониальном облачении. Рядом скучающе переминается с ноги на ногу Логмир в роскошном камзоле. Его таки сумели запихнуть в праздничный наряд — хотя у камергера изрядно прибавилось седых волос.
Ванесса не успела толком узнать правила и обычаи настаолизма. Но вроде бы свадьба у них в целом похожа на католическую. Вот, платье на невесте тоже белого цвета. И к алтарю ее ведет отец.
К сожалению, батюшка Гвениолы, король Казикал, сейчас пребывает в благом Шемуссене. Поэтому невесту взялся сопроводить другой король — Обелезнэ. По возрасту вполне годится в отцы — ему сейчас ровно сорок, а Гвениоле не так давно исполнилось восемнадцать.
Ванесса поискала глазами Креола. Не нашла, конечно. Скорее всего, действительно дрыхнет без задних ног — чхать он хотел на подобные мероприятия.
Не дойдя до алтаря какого-то десятка шагов, Гвениола вдруг вырвала руку у короля Обелезнэ и кинулась к Ванессе, как к спасательному кругу. Толпа издала хоровое аханье.
— Все в порядке, невеста слегка перенервничала, со всяким бывает! — натянуто улыбнулась публике Вон. — Гвенни, не срывай церемонию, ну пожалуйста!
— Но я не хочу, не хочу замуж! — жалобно захлопала ресницами Гвениола. — Я хочу найти себе идеального мужчину!…
— Поздравляю, ты его только что нашла! — резко толкнула ее вперед Вон.
Потерявшая равновесие принцесса ойкнула, влетая прямо в объятья к Логмиру. Тот улыбнулся широченной улыбкой, глядя в обреченные глаза Гвениолы.
— Хой, — дружелюбно поздоровался жених. — Это я.
— Искупление Единого, за что мне этот ужас?… - прошептала невеста.
— Судьба так сложилась, — философски пожал плечами Логмир.
Хакудочи Первый, недавно избранный патриарх Ларийский, тягостно вздохнул, в упор глядя на краснокожего жениха. Несомненно, этот юноша весьма храбр и доблестен, но он же, как ни крути, язычник!
Последние десять минут патриарх вполголоса расспрашивал его на разные темы и узнал, что Логмир Двурукий не только поклоняется ложным богам, но даже не может определенно сказать, каким именно! Кажется, у этих дикарей четыре разных веры — все-таки Закатон весьма обширен, там немало всяких стран и народов… но патриарх впервые встретил человека, не знающего, какой конфессии принадлежит!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
