на этот дуэт, я выбежала в коридор, быстро огляделась, и найдя лестницу, побежала на второй этаж, где уже другая команда должна была искать артефакт.
– Адреналин-адреналинушка, – бормотала я, пока шла к своей новоявленной цели, – что же ты со мной творишь, – у меня буквально перехватывает дыхание из-за сужения органов брюшной полости, учащается биение сердца, и самое важное для меня это то, что повышается общая мобильность организма.
Поднявшись на второй этаж, я аккуратно, стараясь не создавать большего шума, отошла от лестницы, чтобы меня не было видно в проем с первого этажа. Услышав за спиной шаги, я резко развернулась, беря на прицел одного из охранников Корсака, что шел на меня с кинжалом в руках. Попав в его правое межреберное пространство, я проигнорировала то, как екнуло мое сердце, когда глаза того закатились от боли, пока он падал на колени. Я быстро обернулась на другие звуки вокруг меня – оставалось еще трое.
– Оружие? – раздался голос за спиной, и я поняла, что на секунду оставила свою спину открытой. – Это низко для хранителя.
– Да похрен, – присев на колени, я развернулась на левой ноге, правой сбивая противника, выстреливая в говорившего. Быстро вернулась в исходную точку и сняла еще двоих, что выбежали из правого коридора, падая прямо в проходе. – Плевать я хотела на честь, – пробормотала я, крепче сжимая беретту[10] в своих руках. – Еще один.
Сменив магазин в беретте и отбросив использованный в сторону, я прошла прямо по коридору, когда внизу неожиданно раздался взрыв, что своей взрывной волной снес меня с ног, опрокидывая на спину. Ударившись головой о тумбу, я тихо застонала, быстро нащупывая рукой беретту, выпавшую у меня из рук при глупом падении.
«Беги, малышка», – услышав омерзительно хладнокровный голос в своей голове, я замерла на месте, не решаясь двинуться. – «Беги, если успеешь»
– Пошел к черту, – ответила я вслух, поднимаясь на ноги, чтобы бежать осматривать все комнаты.
Взрыв использовал или маг, или ведьма, но явно не хранитель с какой-нибудь гранатой, но от этого не легче, потому что опять не ясно, кто это был: наши или нет.
«Алина, вы нашли?» – спросила я у нее, открывая каждую дверь, заводя резким движением беретту вперед и опуская ее вниз, если комната была пуста.
«У нас некоторые неприятности», – я замерла, но ненадолго. Ведь неприятность совсем не означает смертельную опасность.
«Какие?» – уточнила я, открывая черную дверь и натыкаясь взглядом на фигуру в синем костюме, стоящую у стола с притворно добродушной, и оттого тошной улыбкой на чересчур алых губах.
– Корсак, собственной, мать вашу, персоной, – сказала я вслух, держа его на мушке. Его прозрачно-голубые глаза сузились, а рот, что выделялся на излишне белой коже, расплылся в мерзкой улыбочке.
– И я рад тебя видеть, – ответил он, слегка раскинув кисти в сторону. – Не ожидал, но все же рад. Однако, скажи мне, пожалуйста, кто несет желанную игрушку в дом? Даже не одну, а все сразу.
Я бросила взгляд назад, когда дверь открылась, тихо скрипнув. И первое, что я увидела, была рыжая волнистая прядь в крови, а когда она показалось полностью, я с трудом узнала в ней Алину. Ее лицо было залито кровью, глаза плотно закрыты, но когда рыжую резко дернули, она все же открыла их, и посмотрев на меня полубезумным взглядом, слабо сложила губы в кривой, но такой ненужной улыбке. И я зачем-то тоже слабо улыбнулась ей в ответ.
Матвей, которого завели следом за ней, был чуть в лучшем состоянии: он твердо смотрел перед собой, и его глаза, белоснежно-белые белки на фоне красной крови, выглядели адски пугающими. Словно на его лице нет кожи, а это на самом деле кусок оголенной, человеческой плоти смотрит на меня.
– Я думал, ты будешь умнее, – он цыкнул, и я вновь обратила свое внимание на него. Корсак, не боясь получить пули в грудь, довольно быстро приблизился ко мне вплотную. – Но увы, ты разочаровала меня, Василика Даль из дома Храбрых Даль.
«Пожалуйста, скажи, что вы нашли этот чертов артефакт!» – запричитала я мысленно, неотрывно смотря в эти хладнокровные, абсолютно мертвые глаза убийцы.
«Мы не можем его достать», – ответила она. – «Он под какой-то защитой, наши руки туда не заходят. Мы думаем, что она специально для тебя».
«С чего ты взяла?»
«Тут кулон со львом», – ответил другой голос, который я не ожидала услышать здесь. – «А у твоей семьи…»
– Что ты хочешь? – я нужна Корсаку? Для чего? – Их ты не убьешь, потому что они нужны тебе, но не я. Что тебе надо?
– В некоторой части ты права. Да, Алина мне нужна, она очень ценна для меня и бесценна для двух миров, но вот Матвей, не спорю, очень уникален, но не так, как девушка рядом с ним, и потому… – он махнул рукой, но из-за выброса адреналина, что очень кстати, мобилизовал все участки моего тела, я увидела его движение будто бы в замедленной съемке.
Он только шевельнул рукой, а я уже оборачивалась за спину, выстреливая прямо в голову мужчине, что собирался выполнить приказ Корсака.
Мной охватили странные чувства, что велели мне убрать второго сразу, и выстрелив в другого, я до последнего мгновения смотрела, как он, упав на стену, медленно сползал на пол, оставляя на светло-коричневой стене темные полосы. Бо бросился к Алекс, которая, упав на пол, закрыла глаза. Это все заняло секунды, и когда я обернулась к Корсаку, то дуло беретты уперлось бы ему в грудь, но он то ли от страха, то ли от неожиданности, отступил назад.
– Твое последнее слово, – процедила я, наступая на него. – Я даю тебе шанс для последнего слова, чертов ты ублюдок!
– Ты знала, что это нечисть, не так ли? – спросил он с надеждой, вновь идя мне навстречу. – Ты это почувствовала, – сощурившись, он пытался прочитать мои эмоции, пытался увидеть то, чего нет. – Ты не смогла бы убить человека, или… Подожди, ты не знала этого, львенок.
… – И то верно, он быстро согласился, мило мне улыбнувшись, спешу откланяться, мне надо найти вам крысу. Я угощаю, Зен, достав кошелек, вытащил оттуда пятьдесят евро и положил на край стола. Не отключай телефон, львенок
… – Эй, когда-нибудь ты станешь полноценным львом своего дома, теплая рука гладит меня по голове, а пока ты будешь львенком
… – Львенок, стой! кричал Зен, пока я бежала к воде, что должна была снять усталость дикой недели. Подожди меня!..
… – Я не хочу тебя видеть! кричал он, стоя напротив меня. Никогда больше я не хочу тебя видеть. Прошу, не приближайся ко мне, маленький и глупый львенок
– Ну и паскуда ты, – прошептала я прежде, чем ударить его
