Его мать так сильно горевала по потере мужа, что умерла. Тогда ее брат, царь Кошала, вернул себе землю, которая была ее приданым, и Аджаташатру пошел на него войной, чтобы вернуть землю себе.
Сначала войска Кошала отогнали его солдат, но у царя Кошала возникли свои внутренние проблемы. Его наследник, столь же амбициозный, как и Аджаташатру, воспользовался военными неурядицами, чтобы предъявить свои претензии на трон и выгнать отца из Кошала. Затем он начал собственную войну против гана-сангха Шакьи, племенного союза, в котором родился Будда. Он стер их с лица земли, и с этого момента они исчезли из исторических записей.20
Экспансия Магадхи
Тем временем лишенный трона отец направился к столице Аджаташатру – городу Раджагрих. Это был особенно хорошо защищенный город благодаря естественным укреплениям – пяти холмам, что окружали его.21 Подъехав к городу, он попросил убежища. Это могло показаться немудрым решением, но он был дядей Аджаташатру и мог претендовать на некоторые привилегии по родству. Он был пожилым человеком, и ко времени, когда оказался у стен, уже был так измотан путешествием, что умер раньше, чем успели открыть ворота.22
Это дало Аджаташатру еще одно оправдание для войны с Кошалом. Громко и публично оплакивая смерть дяди, он снова собрал силы, чтобы отомстить за него – и неважно, что к трагедии привело именно его собственное нападение на земли Кошала. Но прежде, чем он попал в Кошал, ему пришлось вернуться и разобраться со своей семьей. Его брат, который служил у него вице-регентом в завоеванном царстве Анга, попытался стать полноправным царем. Он готовил союз против Аджаташатру, объединившись с гана-сангха из Ликчави у себя на севере. Аджаташатру построил два форта, один на границе между двумя территориями, и форт Паталипутта на берегах Ганга, и отправился на войну.
Эта война продлилась двенадцать лет. В итоге Аджаташатру освободился от необходимости одновременно сражаться со своим кузеном в Кошале благодаря случайности. Нахлынувшее наводнение смыло большую часть армии Кошала, которая неразумно встала лагерем в русле реки (позднее подобная катастрофа затопила часть лагеря сторонников Александра во время одной из его кампаний на востоке). Когда вражеской армии не стало, Аджаташатру просто вошел и взял Кошал.23
Двенадцатилетняя война с братом, отдельные подробности которой сохранились в буддийских рассказах, заставили Аджаташатру сделать ряд военных нововведений. Во-первых, ему приписывают изобретение двух новых типов оружия, включая огромную катапульту, бросающую громадные валуны, а также новый тип боевой колесницы. Кроме того, двенадцать лет войны потребовали создания профессиональной армии, где человеку платили деньги именно за то, что он сражается: так появилась первая индийская регулярная армия.24
Армия Аджаташатру не была единственным его оружием. Когда Будда умер по пути на север в царстве Мала, Аджаташатру сразу же заявил, что Магадха имеет право охранять святое наследство Будды. Он приказал держать в своей столице Раджагрихе совет, чтобы тот собрал и записал высказывания Будды – его сутры. Этот первый буддистский совет следил за изначальным составом тех высказываний, которые стали Пали Каноном, и работал под пристальным вниманием Аджаташатру.
Создание империи, приспособление религиозных традиций для политических целей, неурядицы в царской семье, профессиональная армия – все это сделало цивилизацию Северной Индии крайне похожей на цивилизации Западного мира.
* * *
Вероятно, персидские солдаты под командованием Кира уже доходили до реки Инд, хотя мы можем это только предполагать. Но Кир наверняка не сталкивался ни с одним из индийских племен и не прокладывал с боем путь в долину реки Инд. Дарий лишь знал, что где-то в этом районе находится великая река, но где точно – это было ему неведомо.
Поэтому он нанял моряка – карийца по имени Скилакс, грека из юго-западной Малой Азии, – чтобы сопровождать экспедицию по реке и составлять карту того, что он увидит. По Геродоту отправной точкой экспедиции стала земля, которую он называл Пактис и которая располагалась на севере Инда: вероятно, оба, и Кир, и Дарий, доходили до Инда, пройдя через Хайберский проход. За перевалом экспедиция Дария должна была построить на берегу реки Инд лодки и затем плыть вниз, через территории махаджанапады – Гандхару. Персы пересекли пустыню Тар, прежде чем достигли моря. Затем они поплыли на запад, вдоль южного берега Аравийского полуострова, и вернулись в Красное море. Дарий приказал расчистить уже затянувшийся илом канал от Нила до Красного моря, чтобы суда экспедиции могли затем выйти через Дельту в Средиземное море.
«После этой успешной круговой экспедиции, – говорит Геродот, описавший это трехлетнее путешествие, – Дарий завоевал индийцев».25 Завоеваны были, конечно, не все «индийцы», но Дарий проложил путь в Пенджаб, подчинив, вероятно, царства Гандхара и Камбоджа. В надписи в Сузах он перечисляет золотые изделия из Египта, лидийский камень и дерево из Гандхары как материалы, привезенные из отдаленных частей его империи для строительства нового дворца. Еще одна надпись называет его далекое восточное завоевание «Индийской сатрапией». Она стала двадцатой сатрапией в его царстве, с обязательством присылать в Сузы ежегодную дань золотым песком.26
Примерно в эти годы неизвестный писец в Вавилоне составил самую раннюю сохранившуюся карту мира. На глиняной табличке изображен Вавилон на Евфрате, Ассирия на востоке и другие города из окруженных «горькой водой» – Персидским заливом. Еще восемь земель лежат позади, невозможно далеко – но тем не менее достаточно близко, чтобы впервые поместить их на карту.
Именно в эти же годы одна из вавилонских надписей упоминает женщину из Индии, Бусасу, которая держала гостиницу в городе Киш. Вероятно, она прибыла морем по Инду и Персидскому заливу – скорее всего, не сразу из Индии в Вавилон, а постепенно перебираясь из одной части империи Дария в другую.27 Персия стала мостом между Индией и людьми, живущими далеко на западе.
Сравнительная хронология к главе 63
Глава шестьдесят четвертая
Персидские войны
Между 527 и 479 годами Дарий оказывается не в состоянии нанести поражение Афинам, и города Греции объединяются против его сына Ксеркса
Персидская империя, разросшись почти во всех направлениях, мало продвинулась на северо-запад, где жили скифы.
«Скифия», которую Геродот и другие древние историки воспринимали как нечто естественное и конкретное, имеющее свое определенное место на карте, вовсе не была таковой. Скифы представляли из себя множество племен и целый набор царств, более двухсот лет кочуя по довольно обширному региону. В 516 году до н. э. центр их родных земель располагался между двумя великими реками, которые текли в Черное море: Дунаем на западе и рекой Дон на востоке.
Эти скифы были кочевниками еще до 700 года до н. э., когда они впервые появились в записях ассирийцев, и все еще не осели на земле к 516 году. «Если бы у нас были города, мы бы волновались, что их могут захватить, – сказал Дарию один из скифских царей, когда впервые ощутил угрозу персидского вторжения, – и если бы у нас были возделанные поля, мы бы беспокоились, что их опустошат… но у нас нет ни того, ни другого».1
Скифские обычаи были свирепыми. Они делали чаши из черепов павших врагов и сдирали кожу с правой руки («вместе с ногтями», – уточняет Геродот), чтобы использовать для натягивания на колчан для стрел; они сохраняли мертвые тела своих родичей непогребенными до того момента, как отпразднуют сорок дней после их смерти, предлагая трупам пищу и питье; они бросали семена конопли на раскаленные камни и вдыхали испарения, «крича от наслаждения дымом» (хотя вообще-то привычка к марихуане неизбежно делает человека мечтательным и неагрессивным).2
К 516 году Дарий начал планировать кампанию против скифов. Он уже уделил достаточно внимания своей северо-западной границе, сделав город Сарды в Малой Азии вторым административным центром империи. Чтобы обеспечить себе легкое попадание в Сарды, Дарий построил новую дорогу от Суз до самой Малой Азии. Эта Царская дорога была усеяна путевыми станциями для смены лошадей, чтобы гонец мог быстро передвигаться с запада в столицу и назад.
Теперь сам Дарий отправился по Царской дороге в Сарды, а затем из Сард на край своей территории. Чтобы напасть на скифов, он хотел привести свой флот к берегу Малой Азии через проход, известный как Геллеспонт[219], в пролив Босфор. Оттуда они отправились бы в Черное море, а затем двинулись бы вверх по реке Дунай (которую Геродот знал как Истр) вдоль южного края скифской территории.3
