же небрежно:
– Немного жаль, что нет под рукой посоха. А так… грех жаловаться.
Эбинизер хмыкнул из-под капюшона:
– Славный костюмчик.
– Спасибо, – кивнул я. – Красиво прибыли. Не устали в пути?
– Главное, чтобы коврик нашелся ноги с дороги вытереть, – усмехнулся он и бросил мне свой посох. – Держи.
Я ощутил пульсирующую в резном деревянном шесте энергию. Посох был сделан старательнее моего старого, но это Эбинизер научил меня изготавливать их, и оба моих прошлых посоха я вырезал из ветвей одного и того же старого, пораженного молнией дуба, что рос перед домом у него на ферме в Озарке. Я мог орудовать этим посохом с той же легкостью, что и своим собственным.
– А вы? – спросил я. – Вам он разве не нужен?
Вместо ответа он небрежным взмахом руки и магическим словом отбил брошенный ему в голову боевой топор.
– У меня другой есть, – небрежно отозвался он.
Эбинизер Маккой вытянул левую руку, произнес еще слово, и стекшаяся к его руке чернота из теней соткалась в посох из темного искривленного дерева без единого знака на поверхности.
Черный посох.
– Fuego! – выкрикнул кто-то на стене, и на какую-то секунду я даже оскорбился. Надо же, кто-то кричит: «fuego», и это не я.
Пока я испытывал дурацкую досаду, грянули винтовки, и целились они в первую очередь, конечно же, в меня. Пули со звоном били в мои доспехи и рикошетили от них, не оставляя ни царапины. Это как если бы в меня кидались мелкой галькой: неприятно, но не опасно по-настоящему – до тех пор, пока не начали кидаться в голову.
Эбинизер повернулся к стенам, с которых по нам вели огонь. В его мантию тоже попадали пули, но ткани они не пробивали, а лишь слегка ворошили ее и падали, расплющенные, к его ногам.
– Не с теми вы контракт заключили, ребята, – пробормотал мой старый наставник себе под нос.
Он взмахнул Черным посохом слева направо, произнес одно-единственное слово – и лишил жизни сотню человек.
Они просто… умерли.
Их смерть не сопровождалась абсолютно ничем. Ни вскриками боли. Ни борьбой. Ни конвульсиями. Вообще ничем. Только что они вели беспорядочную стрельбу по нам, а секунду спустя просто…
Упали.
Умерли.
Старик повернулся к противоположной стене, и я увидел, как двое или трое наиболее сообразительных наемников пошвыряли оружие и бросились наутек. Не знаю, удалось ли им спастись, но старик снова взмахнул в воздухе своим посохом, и стрелки на той стене мертвыми повалились на камни.
Моя крестная при виде этого радовалась, как попавший в цирк ребенок, хлопая в ладоши и подпрыгивая от возбуждения.
Секунду я потрясенно смотрел на мертвых наемников. Эбинизер только что нарушил Первый закон магии: не убий. Он использовал магию для того, чтобы осознанно лишить жизни другого человека, и не одного, а почти две сотни. Конечно, я уже знал, что наша контора дала ему право делать это… Просто одно дело – знать, а другое – видеть воочию.
Черный посох буквально вибрировал и мерцал от распиравшей его темной энергии, и мне внезапно показалось, что эта деревяшка – живое существо, что оно знает свое предназначение и желает лишь, чтобы им пользовались как можно чаще. И эффектнее.
А еще я увидел, как потемнели и вздулись вены на руке у моего старого наставника. Он поморщился и на мгновение придержал левую руку правой.
– Ничего страшного, – бросил он мне через плечо.
Дальняя от нас фигура в сером, высокая и худощавая, подняла свой посох. Я увидел отблеск света на окованном металлом конце посоха, а потом по деревянному шесту пробежала зеленая молния – это он ударил металлическим концом в землю. Чародей поднял посох, но рваный зеленый след от молнии остался висеть в воздухе. Чародей ударил в землю еще раз, футах в шести от первого места, и в воздухе повисла новая молния. Он убрал посох, перехватил его за середину и взмахом руки соединил два столба зеленого электричества горизонтальной перекладиной.
Он открывал портал.
Вспыхнул яркий свет, и пространство между двумя вертикальными молниями искривилось и потемнело – а потом из него посыпались темные фигуры с мечами в руках. В первое мгновение мне показалось, что они одеты в странные костюмы или доспехи. Лица их закрывали маски, напоминающие вороньи головы, вплоть до длинных желтых клювов. Одежда их словно состояла из перьев – и тут до меня дошло.
И перья, и клювы были настоящие. Не случайно мечи, которые они держали в руках, все до одного представляли собой классические японские катаны. Они вываливались из портала десятками, сотнями и неслись на вампиров неестественно длинными прыжками, мало чем отличавшимися от бреющего полета. Выглядели они одновременно и страшно, и прекрасно и двигались с безукоризненной, стремительной грацией. Дикие вспышки рейв-шоу Молли отсвечивали от их клинков и черных птичьих глаз.
– Кенку задолжали мне услугу, – объяснил Эбинизер. – Мне показалось, самое время вернуть долг.
Пересвистываясь друг с другом, издавая время от времени резкие, полные боевой ярости крики, странные существа заполонили поле стадиона и сшиблись с вампирами.
Зрелище было не для слабонервных. В воздухе свистели пули и заклятия. Каменное оружие сшибалось со стальным. Лилась кровь: черная вампирская, синяя кенку, но больше всего – алая человеческая. Ужас и иррациональная красота смешались в этом неописуемом зрелище, и, мне кажется, моя голова отреагировала на это, отключив абсолютно все, что не угрожало непосредственно моей жизни… или не находилось от меня в радиусе нескольких ярдов.
– Мэгги, – спохватился я, взяв старого наставника за плечо. – Мне надо к ней.
Он поморщился и кивнул:
– Куда?
– В большой храм, – ответил я, ткнув пальцем в сторону пирамиды. – А метрах в четырехстах к северу от храма стоит прицеп для перевозки скота. В последний раз, когда я его видел, его охраняли. Там до сих пор люди, пленники.
Эбинизер хмыкнул и кивнул:
– Ступай и забери девочку. Мы пока займемся Красными и их Повелителями Ночи. – Он сплюнул на землю; глаза его под капюшоном возбужденно горели. – Посмотрим, как этим скользким ублюдкам понравится приготовленное ими самими блюдо.
Я крепко сжал его руку, потом положил другую ему на плечо:
– Спасибо.
Взгляд его на мгновение затуманился, но он только фыркнул:
– Спаси девочку, Хосс.
Старик подмигнул мне. Я несколько раз моргнул и отвернулся.
Время истекало – и для Мэгги, и для меня.
Глава 47
– Крестная! – крикнул я, сворачивая к пирамиде.
Леа возникла рядом со мной; сложенные в горсть руки переливались изумрудным и аметистовым светом – ее собственным смертоносным колдовством.
– Мы продолжаем операцию?
– Угу. Держитесь поближе
