10–11. Представляя собой как бы заключительный вывод из всей данной главы, раскрывают нам внутренний, глубочайший смысл крестных страданий Мессии и их спасительные плоды.
Но Господу угодно было поразить Его. Снова ясный ответ на главное недоумение иудеев — о смерти невинного страдальца. Согласно ложно-иудейскому пониманию, невинных страданий не существует, так как Бог их никогда не допустил бы. Разоблачая это заблуждение относительно Мессии, пророк и говорит, что в данном случав мы имеем исключение, что страдания и смерть сего Невинного происходили не вопреки воле Его Небесного Отца, но в полном согласии с нею (Деян 2:23; [836] Флп 2:6–7; Кол 1:19–20). В славянском и у LXX и в Славянском переводе эта мысль выражена несколько иначе и, пожалуй, даже яснее: Господь хощет очистити Его от язвы. Большинство комментаторов этого текста устанавливают его непосредственную связь с концом 6-го стиха, где говорилось, что Господь возложил на Него грехи всех людей. Эта-то тяжесть всеобщего мирского греха и составляла ту болезнь, или «язву», для избавления от которой Мессии и должно было принести искупительную жертву, в виде крестной смерти. Пригвождение ко кресту, язва мирового греха, потеряла свою силу и дала возможность духовно-нравственного оздоровления всем, приобщающимся к этому благодатному источнику исцеления, как это прекрасно и разъяснено было выше: «наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились». (5 ст.). В том-то и лежит глубочайшая тайна искупления, что Невинный страдает за виновных, чтобы открыть им источник оправдания.
Когда же душа Его принесет жертву умилостивления. У LXX вместо слов жертву умилостивления стоит περί 'αμαρτίας, что по-слав. переведено — О гресе. Употребл. в евр. тексте термин — asam — по мнению гебраистов, буквально должен быть переведен словами: жертва повинности, что ближе подходит к жертве умилостивления. Подробно о характере и ритуале этой жертвы говорится специально в кн. Левит (5:1–19; 7:1–9).
«Основная идея жертвоприношения — asam — есть satisfactio, или удовлетворение нарушенных прав (в широком значении понятия). Идея удовлетворения здесь создается требованием божественной справедливости, а идея искупления вытекает из факта наказания, неразлучного с преступлением». (И. Григорьев — 228 примеч.).
Здесь, таким образом, дается весьма важный дополнительный штрих, что искупительная смерть Мессии имела и умилостивительный характер, по отношению к высочайшей Божественной Правде: «Милость и истина сретятся, правда и мир облобызаются»; (Пс 84:11 ст.).
Он узрит потомство долговечное и воля Господня благоуспешно будет исполняться рукою Его. Когда Господь Иисус Христос совершит Свою великую искупительную миссию и даст этим самым довлеющее удовлетворение Правде Божией, то всем этим Он снова откроет нам возможность получения многих и богатых благ от небесного Отца. Для выражения последней мысли пророк пользуется образом, наиболее понятным и симпатичным для ветхозаветного иудея. А для него, как мы знаем, одним из высших благ было многочисленное и продолжительное потомство, почему все патриархальные обетования, преимущественно и сосредоточиваются на этом именно пункте (Быт 13:16; [837] 15:5; 17:5–6; 22:17; 28:14 и др.).
По отношению к Мессии это обетование имеет свое особое значение — указывает не на плотское, а на духовное потомство, т. е. на тех будущих исповедников христианства, о которых евангелист Иоанн Богослов пишет, что Господь «дал власть быть чадами Божиими, 13 которые ни от крови, ни от хотения плоти, ни от хотения мужа, но от Бога родились» (Ин 1:12–13). Не менее выразительно говорит о Нем и Псалмопевец в одном из мессианских псалмов: «потомство будет служить Ему, и будет называться Господним во век» (Пс 21:31). Наконец, о том же «духовном Сионе», «рожденном от Бога» и об его всемирном распространении не раз уже говорил и пророк Исаия (50:23; 54:1, 5, 17; 49:21; 44:28; 42:1, 3, 6; 45:23 и др.). Сам Мессия «увидит» это долгоживущее семя и будет, по отношению к нему, постоянным его руководителем и проводником Божественной воли, А так как выше говорилось уже о смерти и погребении Сына Божия, то ясно, что здесь implicite разумеется Его славное воскресение из мертвых и царственное сидение одесную Бога Отца. А это все — такие черты Мессии, которые не приложимы безусловно ни к кому, кроме Сына Божия. Следует отметать, что слова текста: Он узрит потомство долговечное, с еврейского буквально переводятся несколько иначе, более согласно с нашим комментарием: Он узрит семя, будет долгоденствовать (Иер Фаддей — 214),
11. На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством; чрез познание Его Он, Праведник, Раб Мой, оправдает многих и грехи их на Себе понесет.
На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством… У LXX и по-славянски начало данного стиха читается совершенно иначе: И хощет Господь рукою Своею отъяти болезнь от души Его, явити Ему свет… [В Славянском тексте отсутствует упоминание о Рабе — …явити ему свет и создати разумом, оправдати Праведного благо служаща многим, и грехи их той понесет. Прим. ред.] В объяснение столь существенного разночтения, некоторые гебраисты находят, что наш русский перевод недостаточно точен и что правильнее с еврейского надо перевести так: «освободившись от труда» (Гезениус), или «по причине труда (подвига) души Своей, Он увидит довольство» (Иер Фаддей). При таком переводе связь русского текста со славянским становится ближе и яснее: в обоих, очевидно, говорится об одном и том же, именно о том, что для Мессии, после тягостного момента временного уничижения, наступит вечное довольство, т. е. полное и высокое нравственное удовлетворение.
Разница в том, что русский текст освещает дело с субъективной стороны (говорит о внутреннем самочувствии Мессии, а славянский — с объективной (указывает внешний источник Его оправдания и прославления). Впрочем, и тот и другой переводы вполне отвечают контексту речи, где только что перед этим тоже говорилось о воздаянии за подвиг Мессии (10 ст.).
Через познание Его Он, Праведник, Раб Мой оправдает многих… Под «познанием» (евр. daet), или «разумом» (греч. έπίγνωσις), здесь имеется в виду, как ближайшее, непосредственное познание Бога, вообще («Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» Ин 1:18), так и проникновение в глубь тайны Божественного домостроительства о спасении рода человеческого (Мф 11:27; Ин 10:15 и др.) Мысль о том, что Сын Господень творил волю пославшего Его Отца добровольно, охотно и с полным сознанием ее значения и силы, неоднократно раскрывалась в разных образах у пророка Исаии и раньше, в особенности, в образе послушного и внимательного ученика (50:4–5).
Он оправдает многих… Не сказано всех, а только многих, подобно тому, как и раньше: так, многие народы приведет Он в изумление (52:15). Очевидно, потому, что хотя возможность оправдания и спасения через приобщение к плодам искупительной смерти Господа теперь открыта для всех, ко воспользуются ею далеко не все, а только те, кто имеет горячую веру и свободное внутреннее влечение к Божественной благодати (Рим 5:19), Достойно особенного замечания, что Сам Бог называет здесь Сына Своего Праведником, чем уничтожается последняя возможность сомнения в личной праведности Страждущего Мессии, что, как мы знаем, сильнее всего в Нем смущало иудеев.
«О Нем и Иуда предатель сознается: «согрешил я, предав кровь невинную» (Мф 27:4), и жена Пилата говорит: «не делай ничего Праведнику Тому» (19 ст.), Должно же заметить, что Он оправдывается не затем, чтобы из неправедного стать праведным… оправдывается праведный… чтобы всем объявилось то, чем Он был», — говорит блаженный Иероним, комментируя этот стих.
12. Посему Я дам Ему часть между великими, и с сильными будет делить добычу, за то, что предал душу Свою на смерть, и к злодеям причтен был, тогда как Он понес на Себе грех многих и за преступников сделался ходатаем.
Представляет собой торжественное заключение ко всей 53 гл. Для придания ему большей торжественности и силы говорящим здесь выступает Сам Господь, венчающий богатой наградой своего верного Сына, как победителя Его врагов и точного исполнителя Его Божественной воли.
