сказал: «Ты давно не тренировался. Твои силы истаивают» Юноше нечего было сказать, он лишь опустил взгляд, потому что это было в самом деле так. Он — сын кузнеца. А потому привык получать внимание со стороны. На этой войне он хорошо проявил себя, а потому все воители искали возможности пообщаться с ним. И всё свободное время он проводил не в тренировках, а среди простых воителей, трапезничая с ними, травя анекдоты и обсуждая женщин. Адин сказал: «Я погляжу, вы давно не виделись. Как же я рад, что смог это устроить. Но сейчас не об этом, — виран ткнул пальцем на карту, — Мы здесь. Вальдэр, — проведя этим же пальцем по бумаге, он указал на другой город, — А здесь — Седалум, — не убирая свой палец от столицы, он приложил указательный палец другой руки обратно к тому городу, в котором они находятся сейчас, — Ты представляешь, сколько нам ещё пробираться по этим землям? Да эту войну сможет закончить только мой потомок, если даже не потомок моего потомка» Он в упор поглядел в глаза Дракалеса, а затем продолжил: «Поэтому я разработал план. Зачем мы будем тратить силы на то, чтобы сначала дойти до Гамиона, а потом на то, чтобы прорвать оборону столицы? Пусть он сам придёт к нам. Мы выступим против него в честном поединке и сразимся с ним. И здесь нам помогут они» Он указал на мужчин и женщину, которые продолжали с изумлением взирать на чернокожего громилу, а после рассказал, как именно эти четверо выманят вирана из его стольного города. Это был странствующие пилигримы, которые скитаются по миру в поисках приключений. Во время осады они потчевались в одной из местных таверн. А теперь Адин хочет использовать их, чтобы они пришли в Седалум и попросили у алчного вирана воинство, чтобы он помог им добыть магический артефакт, который будет находиться в обусловленном месте и охраняться. Адин и эти пилигримы выказывали полную уверенность в том, что это сработает. Дракалес попросил привести аргументы в пользу этого плана. И управитель показал, что воспользовался вторым преимуществом над алчностью — знанием личности. То, что должны были сделать незримые соглядатаи, пришлось сделать вирану.
Копая глубокие шахты и добывая полезные ископаемые, шахтёры изредка откапывают различные предметы, оставшиеся тут от тех, кто раньше проживал в этом мире. Чаще всего это были какие-то безделушки, предметы быта. Однако изредка попадаются экземпляры вооружения, которыми пользовались былые народы. И вот стали ходить легенды о том, что кто-то, врываясь в глубины собственных шахт сумел отыскать магический предмет, который наделял того, кто обладает им, какими-то невозможными способностями. Конечно, это был всего лишь слух, однако он лёг в основу культуры Западного государства. Это породило множество легенд и сказаний, которые на самом деле не происходили. Скорее всего, это всё было сделано для того, чтобы отвести взоры всех от пришествия Датарола в южные земли на своё наследие. Но это продолжает жить до сих пор. Именно поэтому тут можно повстречать кого-то на подобии этих пилигримов, которые скитаются в поисках магических артефактов. И вот именно поэтому эти четверо с таким изумлением взирают на живую легенду Южного государства. Так что у этой идеи было ещё какое основание. Гамион, свято верящий в то, что их недра содержат не только полезные ископаемые, но и магические артефакты, а также подгоняемый алчностью, обязательно пустится на поиски этого артефакта. А если ещё приправить всё это тем, что южане пришли по этой же причине, то это может означать, что он обязательно ринется в указанное место и угодит в ловушку.
Выслушав всё это, Дракалес обратился к Золине: «Скажи ему обо всём, что ты заметила» Взоры всех были тут же устремлены на неё. Однако девушка не смутилась и не растерялась. Наоборот, это придало ей стимула, ведь она не хотела, чтобы Адин потерпел поражение в этом деле, а потому заговорила: «Да, у меня есть некоторые замечания. Возьмём вас четверых. Всё это время вы были подвержены алчности правителя Западного государства, однако теперь исцелены от его влияния. А вам не приходило в голову, что, пока вы будете пробираться к нему, эта зараза снова прилипнет к вам?» Отвечать взялся Адин: «Мы предусмотрели это. Пусть Дракалес благословит их, как он благословил нас во время осады, и дух войны направляет их, не позволяя алчности завладеть ими» Заговорил Дракалес: «Ты правильно подметил. Дух войны. Это не дух здравомыслия, не дух спокойствия и собранности. Это дух войны. Он будет побуждать их сражаться. А потому, если эти четверо пустятся по миру, будучи под воздействием моей силы, они, скорее, будут осаждать Седалум, чем придут с миром и будут говорить с Гамионом» Адин гневно стукнул по столу кулаком, показывая, что внутри него всё ещё пылал пожар ненависти. Но он тут же успокоился и сказал: «Надо же, так тщательно всё планировать, чтобы на первому же изъяне всё покатилось кувырком!» Дракалес отвечал ему: «Не торопись хоронить эту идею. Вспомни про Индура. Быть может, у него есть какое-нибудь варево, что воспрепятствует распространению алчности» В глазах вирана блеснула надежда: «Где ж ты раньше-то был?» После этого он подозвал одного из воителей, что стояли у дверей, и велел ему призвать в ратушу алхимика. Тот поспешил исполнить повеление владыки. Пока воитель искал зельевара, они обсудили ещё некоторые вопросы, которые возникли у Золины. Она уподобилась Дракалесу, когда он испытывал её тактическое мышление, и принялась задавать вопросы, которые начинались со слов «А что если…». Таким образом Адин уточнял детали собственного плана в первую очередь для себя самого и утверждался в этом направлении. Дракалес поддерживал его, ведь виран запомнил, что против алчности не действенны тактика, но мастерство владения оружием и знании личности будут достаточно эффективны. И вот, зная о тяге к магическим артефактам, он построил план. Четверо пилигримов придут в столицу и скажут, что обнаружили магический артефакт. Они попробовали добыть его самостоятельно, однако его охраняют стражи. А потому решили рассказать об этом вирану. Понятно, что управитель пожелает забрать его себе, чтобы укрепить собственную власть. Но они хотя бы получат вознаграждение за то, что вообще обнаружили его. А, когда Гамион придёт на обусловленное место и увидит там воинство Адина, поймёт, что южане пришли сюда за тем же самым. Но это уже так, дополнение. Ведь после того, как западный виран окажется на месте, ничего не будет иметь значение. Дракалес победит его и заберёт остатки духа алчности. Победа в Западной
