гончары (имеются в виду гончары, которые готовили изразцы для облицовки казенных зданий). Они работали под руководством Приказа каменных дел (т. е. в приблизительном переводе на современный язык – министерства строительства). Под руководством этого приказа были построены кирпичные стены и башни Московского кремля, кремлевские соборы, храм Василия Блаженного на Красной площади и многие аналогичные сооружения в других городах. Казенные потребности обеспечивались и мастерами иных специальностей, которые тоже жили особыми слободами, получали хлебное и денежное жалованье и освобождались от казенных податей. Совсем не предполагалось, что эти люди все время будут заняты выполнением государственных заказов. Иногда эти заказы поступали лишь время от времени. Но слободские привилегии при этом не отменялись.
Частновладельческие ремесленники обслуживали нужды своих господ, крупных феодалов. Как уже говорилось, почти все необходимое для жизни крупного боярина производилось его домашними ремесленниками, в основном холопами. Владения такого боярина в городе тоже были беломестными, т. е. их жители освобождались от казенных повинностей. Освобождались от повинностей и обширные монастырские слободы.
Особыми слободами жили государственные служилые люди – стрельцы, пушкари, ямщики.
В середине XVII в. в Москве насчитывалось 27 тыс. дворов, в том числе на черной земле – всего только 3,6 тыс. [15, с. 199]. На них-то и падала вся тяжесть казенного обложения. Ремесленники казенного и дворцового ведомства, а тем более ремесленники монастырских слобод имели достаточно времени для изготовления изделий на заказ и на продажу. У них были огромные привилегии по сравнению с мастерами черного посада. Черным ремесленникам было трудно выдержать такую конкуренцию, поэтому они охотно закладывались за бояр и монастыри, переходя к ним в зависимость. Правда, в середине XVII в. все частновладельческие слободы были ликвидированы: они перешли в распоряжение государства с отменой прежних льгот. Но, конечно, это не касалось дворцовых и казенных слобод, которые составляли большинство.
Ремесленных цехов на Руси не было, но существовали элементы общинного самоуправления. Ремесленники каждой специальности селились обычно вместе (улица Кузнецкий Мост действительно была улицей кузнецов). Правительство не вмешивалось во внутренние дела такой группы ремесленников. Раскладкой повинностей и решением внутренних дел занимался мирской сход во главе с выборным старостой. На такого старосту возлагалась и защита интересов сообщества перед государством. Подобный порядок был установлен не только в черном посаде, но и в дворцовых слободах. Каждая отрасль ремесла имела своего святого покровителя, в честь которого ставилась патрональная церковь. Так, центром поселений кузнецов обычно была церковь Козьмы и Домиана.
В отличие от цехового ремесла такие объединения не имели цеховых уставов, ограничивавших масштабы производства ради достижения равенства. В отличие от цеха это объединение не имело монополии на занятия ремеслом. Короче говоря, оно не было цехом.
Следует подчеркнуть особую роль государства в организации городского ремесла. Кроме особых слобод, обслуживавших потребности государства или двора, некоторые отрасли были полностью в ведении казны. Например, все мастера золотого и серебряного дела находились в ведении Оружейной палаты. Одной из причин этой государственной монополии было то обстоятельство, что золото и серебро в России не добывались, а «сырьем» для изделий служили в основном иностранные монеты.
Все эти обстоятельства тормозили развитие городского ремесла и обусловили усиленное развитие крестьянских промыслов.
Наметилось два главных района металлургических промыслов – один вокруг Тулы, второй – около Онежского озера. Здесь крестьяне целыми деревнями копали болотную руду, служившую тогда главным сырьем для выплавки железа, плавили ее в примитивных «домницах» и продавали готовое железо скупщикам. Скупщики везли железо в другие места, где кузнецы готовили из него изделия. Уже тогда славилось село Павлово, жители которого в основном существовали за счет изготовления железных изделий, расходившихся по всей стране.
Но значительная часть таких изделий готовилась в городах, особенно в Новгороде, Устюжне Железнопольской, Туле. Почему? Во-первых, сельские кузнецы старались перебираться в город, где был рынок, где легче было получить выгодный заказ. К тому же когда после монгольского разорения началось восстановление городов, они нередко вырастали на базе промысловых сел. Устюжна Железнопольская возникла на месте рудного месторождения и выросла как центр металлообработки. Тула, которая первоначально была оборонительной крепостью, к XVII в. превратилась в город кузнецов.
Во-вторых, металлообработка еще в домонгольский период была развита преимущественно в городах Новгородской земли. Но эта земля не подверглась монгольскому разорению. Там сохранились города с развитым ремеслом. В этих городах осталось и металлообрабатывающее производство.
Большинство крестьян занималось металлургическими промыслами лишь как дополнением к сельскому хозяйству. Но уже выделялись относительно крупные предприниматели, которые имели по нескольку домниц и кузниц, нанимали работников и уже не занимались хлебопашеством.
Нам известны и цены того времени на железо и изделия. В начале XVI в. пуд железа в крицах стоил 3 новгородских деньги, за железо в прутах платили в 2–2,5 раза дороже. Для сравнения: курица стоила 1 деньгу, 100 яиц – 3 деньги, 1 пуд сливочного масла – 21 деньгу, наемному работнику в день платили 1,5 деньги.
Текстильные промыслы развивались в основном вокруг Москвы и Ярославля. Любопытно, что уже долгое время спустя именно в этих районах в основном и стала развиваться фабричная текстильная промышленность. Здесь крестьяне (в основном крестьянки) готовили холст и полотно. Это было настолько обычным занятием, что местные помещики брали холстами и значительную часть оброка. Часть этих тканей шла за границу и по причине дешевизны охотно раскупалась.
Кожевенные промыслы развивались вокруг Ярославля и Вологды. Некоторые из наших кож – сафьяны, красная юфть – ценились и за границей. Сафьяны шли на Запад, красная юфть – в Среднюю Азию.
Из остальных промыслов следует отметить судостроение. Крестьяне Северной Двины и всего Поморья готовили речные и морские суда. Делалось это подрядным способом. Подрядчик, обычно прославленный мастер судового дела, получая заказ, собирал артель, а после выполнения заказа члены артели расходились по своим домам. Известно высокое качество поморских судов, приспособленных к суровым условиям северных морей. Таким же артельным способом готовились речные суда по Волге.
Наиболее известным центром лесозаготовительных промыслов был Чердынский уезд на Урале, откуда лес сплавлялся по Каме и Волге.
11.5. Государственная промышленность. Рождение мануфактуры
Как ремесло, так и промыслы – мелкое семейное производство. Первые крупные предприятия XV–XVI вв. были государственными. На казенном Пушечном дворе в Москве готовились артиллерийские орудия. Там работал, например, мастер Чохов, который отлил знаменитую Царь-пушку. По свидетельствам иностранцев, российская артиллерия не уступала западной. Действовала Оружейная палата, где готовилось стрелковое и холодное оружие и многое другое.
В 1595 г. царской грамотой было предписано «кузнецов устроить на Туле за острогом особою слободою, а никаким людям, оприч их, кузнецов, не жить и к посаду ни в какие подати и ни
