о Чаровнице, обитающей в чаще Ля-Форе-де-Ю. О паучихе, пожирающей других пауков. Ее шелк – один из самых легких и прочных материалов в природе.
Я стала искать пауков, посылая свое сознание на север, восток, к древним деревьям вокруг города. К паучьим жилищам. Но узоры не последовали туда, а вместо этого погрузились прямо под улицу. Я замешкалась. Внизу деревьев явно не было. Возможно… возможно, пауки зарылись под землю на зиму. Но времени на размышления у меня не было. Моргана стояла по ту сторону дороги, а рядом с ней – Жозефина и Николина. Другие ведьмы приближались.
Сделав еще один глубокий вдох, я потянула за шесть одинаковых нитей. Узоры растянулись вширь, и мириады волокон – тонких, как паутина, – возникли на их месте и плотно сплелись в броню.
Темные и облегающие, легкие и гибкие, доспехи из паутины заменили нашу одежду в облаке сверкающей пыли.
Где-то внизу засохли шесть пауков.
Моргана одобрительно захлопала в ладоши.
– Какая ты умница, дорогая. Моя магия очень тебе идет. Наконец-то твоя компания воров тебе под стать.
– Я ничего у тебя не крала, мама.
– Ты украла все. – Изумрудные глаза Морганы сверкали, как осколки стекла. Острые и тонкие. Злоба в ее взгляде превратилась в настоящую, неподдельную ненависть. – Но на разговоры времени нет. Я пришла вернуть то, что принадлежит мне, и я убью каждого, кто попытается мне помешать, будь то мужчина, женщина или ребенок. – Она дернула подбородком, и ведьмы тут же подошли ближе. – Убить их всех.
В ответ могучий рев сотряс город, и темное крыло заслонило луну.
Рядом со мной опустилась Зенна. Булыжники затрещали под ее весом. Она насмешливо фыркнула, и наружу вырвалось пламя. Ведьмы, оборотни и охотники тут же отпрыгнули с ее пути. Облаченная в доспехи Серафина на спине Зенны вынула древний длинный меч.
Я не смогла сдержаться и рассмеялась от восторга.
Коко рассказала мне о пытках Тулуза и Тьерри. Сказала она и об обещании Зенны сожрать мою мать. Выглянув из-за Зенны, я спросила Моргану:
– А если это будет дракон?
Зенна изрыгнула пламя, подчеркивая мои слова.
Рыча от ярости, Моргана отпрянула, а шассеры и ведьмы бросились в атаку. Засверкали балисарды. Вспыхнула магия. Зенна снова фыркнула, взмыла в воздух, стала хватать врагов одного за другим и…
Пожирать.
– Ох, ну и гадость, – сказал Бо, скривившись. – Одно только несварение…
Но он не успел договорить. Моргана свела ладони вместе. В нос мне ударил острый запах магии.
Земля задрожала в ответ.
Все еще сражаясь, люди попытались удержаться на ногах. Даже Филипп, слегка пошатываясь, остановился. Он держал свою балисарду в дюйме от волчьего горла Терранса. Рид напрягся. Прищурился. Затем…
– Ложись!
Он столкнул меня с помоста. Мы тяжело упали и покатились, а из земли вырвались ветви, расколов церковные ступени. Но это было лишь начало. Еще десятки ветвей вылезли на поверхность. Они были огромны, из них тянулись корни и стволы. Красивые витражные окна разлетелись на осколки, когда деревья проросли сквозь них. Сверху на нас посыпались камни, и мы тут же бросились в разные стороны. Я сразу потеряла из виду Коко и Бо, Селию и Жан-Люка. Я была невысокой и слишком худенькой, и в толпе мне пришлось туго. Я не могла отличить друга от врага.
Рид держал меня за руку, и лишь благодаря нему я не упала, когда на меня налетел лу-гару.
Деревья росли все выше. Они рушили шпили и покореженные арки, пока в конце концов собор Сан-Сесиль де Цезарин не превратился в руины. Лес вернул его себе.
Теперь стало ясно, что произошло с пауками.
Но это какой-то бред. Лес был вотчиной Клода, а не Морганы. Как ей удалось…
«Деревья уже двинулись в путь. Мы последуем за ними и нанесем мощный удар».
Деревья у Шато ле Блан. В желудке у меня скрутило. Моргана привела собственное войско.
Однако деревья на этом не остановились. Они уже перекрывали улицу, их ветви тянулись к небу, цепляясь за волосы и плащи людей. Женщина рядом со мной закричала, когда ветка зацепила ее юбку. Она поднимала ее все выше и выше, пока ткань не порвалась. Ветка хрустнула.
Женщина стремительно полетела вниз.
Моя магия бешено метнулась вперед. Охваченная паникой, я пыталась успокоиться, сосредоточиться, но женщина падала слишком быстро…
За считаные секунды до того, как женщина ударилась о землю, дерево, казалось, содрогнулось. Я изумленно уставилась на Клода Деверо, который показался неподалеку, насвистывая веселую мелодию. Дерево согнулось – со скрипом и стоном, – его ветви искривились и поймали женщину в воздухе, баюкая ее в своих жутких объятиях.
Клод подмигнул мне.
– Рад встрече, малышка. Тебе понравилась моя сестра?
Я захлебнулась смехом, а женщина завизжала, извиваясь в попытках спастись от дерева. Дерево застыло на месте.
– Я думала… я думала, вы не можете вмешиваться в происходящее?
А если можете…
– Где вы были все это время?
Клод весело прищелкнул языком. Казалось, рядом с ним нас окружил щит; народ перестал толкаться вокруг нас, расступился, как будто все подсознательно поняли, что подходить не стоит.
– Ай-ай-ай, не стоит, Луиза, – цокнул языком Клод, – не то я могу заподозрить, что ты думаешь только о себе. Хотя мне больно это признавать, но ты и твои друзья прекрасно справляетесь без меня, а мне ведь нужно управлять целым царством природы.
– Черта с два мы тут справляемся. – Ошеломленная, я помогла Риду снять женщину с дерева. О себе только думаю. Ну да, конечно. – Но вы же не можете…
– Все верно, тыковка.
Клод все так же улыбался, но воздух неожиданно наполнился запахом тлена и разложения. У его ног появились ядовитые поганки. Неподалеку от нас лу-гару взревел от ярости, зарычал, словно одержимый, и бросился в бой с еще большей свирепостью.
– Я и не вмешиваюсь. Именно своим царством я сейчас и управляю. – Теперь Клод улыбался уже мрачно. Он повернулся и осмотрел улицу. Его глаза по-кошачьи сверкнули. – И защищаю его от посягательств.
Даже не спрашивая, я поняла, кого ищет Клод.
А Моргана еще меня воровкой назвала.
– Как она командует ими? – Рид отступил на шаг, когда женщина оттолкнула его и побежала вверх по улице, продолжая истерически кричать. – Деревьями?
– Когда-то они тоже любили ее, – мрачно ответил Клод.
Внезапно он стал больше почти вдвое и полностью преобразился: огромные оленьи рога вырвались из его головы, раздвоенные копыта разорвали сапоги. А деревья… стали кланяться Клоду, когда он двинулся по улице, как Водвос.
Их царь.
Их бог.
– Подождите!
Клод остановился, услышав мой крик, и вопросительно посмотрел на
