Читаем без скачивания Зеленый фронт (СИ) - Рус Агишев

— Это противоречит нашим обязательствам, — безапелляционным тоном сказал, как отрезал, лорд-канцлер сэр Саймон. — Соединенное королевство всегда было верно своим союзническим обязательствам, — еще более уверенно продолжил он, чувствуя молчаливое одобрение сидящих здесь офицеров генерального штаба. — Не ужели вы думаете, что английский народ, после всех этих жертв, положительно воспримет союз с Германией. Нет!

Гесс вздрогнул, словно от пощечины. Он внимательно посмотрел на Лорда Гамильтона, на которого у него были большие надежды, но тот проигнорировал его взгляд.

— Это вам, это надо немецкому народу и это надо Германии, равнодушным тоном произнес Черчиль. — Но, черт меня побери, я не пойму для чего это нужно нам?! Если меня не обманывает память, то большевики хорошо вам дали по зубам, — Гесс побледнел. — В ближайшее время готовиться высадка на континенте… Германия обречена. Вопрос лишь во времени.

Заместитель фюрера, теперь уже просто пленный, еще раз обвел всех глазами, стараясь заметить хоть каплю сочувствия или хотя бы заинтересованности. Однако, всюду он натыкался на непроницаемую стену отчужденности.

— Хорошо! — вдруг с улыбкой обреченного воскликнул он в лицо удивившимся англичан. — Хорошо! Германия обречена! В очередной раз немецкий народ будет предан своими арийскими единоверцами и брошен на растерзание восточным варварам. Мы сдохнем! — судя по выражению лиц, они решили, что у Гесса истерика. — Да! Сдохнем! Но следующими подохнете вы! — выпятив вперед челюсть, презрительно посмотрел на премьер-министра. — Сразу же вслед за нами, а может быть и раньше! Что?! Удивлены?! Не знаете?

Гесс несколько мгновений боролся с удивительно сильным соблазном не выкладывать свой последний козырь и оставить англичан в неведении. Однако, благоразумие победило и он решил рассказать все…

— От них вас не спасет эта лужа, — начал он, имея ввиду пролив. — Даже эти наглые янки не спрячутся…

— Что эта за бред? — вскочил со стула лорд Саймон. — Мне совершенно не понятно, зачем мы теряем время, выслушивая это пугало, которое сбежало от войны, бросив там своих же товарищей.

— Эпидемия! — медленно произнес Гесс, не обращая внимание на выпадку лорда. — Советы начинают массово применять биологическое оружие, — Гессу в очередной раз удалось удивить присутствующих. — Мы несем колоссальные потери. На 30 июня 1942 г. только на южном направлении от вспышки неизвестного заболевания мы потеряли более 60 тыс. человек. Это только подтвержденные случаи…, — судя по всему англичане были ошарашены, настолько потрясенными выглядели их лица. — В разы выросло количество смертных случаев при обычных заболеваниях.

Здесь следует сделать небольшое отступление и пояснить, почему столь сильным было потрясение присутствующих офицеров от сообщения о применении биологического оружия. Все дело в том, что вторая мировая война была развязана руками тех, кто в той или иной степени помнил Первую, или даже принимал в ней активное участие. Все эти люди из событий 1914–1918 гг. вынесли стойкое неприятие химического оружия, как антигуманного. К этой категории оружия массового поражения многие относили и биологическое (а позднее и бактериологическое). Другой причиной, не менее значимой чем первая, являлось негласное соглашение между воюющими сторонами о неприменении таких боеприпасов. Естественно, ни каких бумаг подписано не было и ни чего не было закреплено в письменных соглашениях. Однако, этого договора придерживались все стороны, понимая, что в противном случае разразиться катастрофа вселенского масштаба…

— На этих участках уже не существует единой линии обороны. Войска массово бегут, бросая оружие, тяжелую технику, укрепления. Ни что не может их остановить! Военно-полевые суды не успевают выносить приговоры. Все без толку, — Гесс потянулся к стоявшему не вдалеке графину и все заметили, как тряслась его рука. — Мы катастрофически не успеваем. Практически вся территория юго-восточнее Варшавы слабо контролируется нашими войсками. Парализована транспортная сеть. Уже несколько дивизии отказались подчиняться приказам из Берлина. Есть сведения о массовой сдаче в плен…, — перед собравшимися уже не было того бравого офицера — несгибаемого сторонника фюрера и патриота Германии, каким он предстал перед англичанами в первые минуты своей речи. — Все, что я говорю можно легко проверить. Наверняка служба радиоперехвата королевства уже обладает всеми нужными вам сведениями…

Для большинства здесь сидевших сказанное вторым лицом в партийной организации Германии было настоящим откровением. Лишь пара офицеров, имевших непосредственное отношение к разведке, имели обрывочную информацию о странной активности в дальнем немецком тылу.

— Мы совершенно не ожидали такого, — продолжал Гесс, стремясь усилить произведенный на англичан эффект. — Это настоящие варвары, у которых нет совершенно ничего святого…, — его речь была неровной, прерывистой, в его голосе совершенно не осталось уверенности и энергии; перед англичанами сидел человек, который уже окончательно смирился со своим поражением. — Отступая, они заражали колодцы, дома, неубранный хлеб …

Все это время премьер-министр молча сидел в своем углу, не замечая уже давно потухшей сигары. Со стороны могло показаться, что речь Гесса погрузила его в какое-то оцепенение. На самом деле он размышлял. «Скорее всего он не лжет, — Черчиль еще раз посмотрел на рубленные черты лица немецкого посланника. — О таком не лгут. О таком нельзя лгать, ибо это чревато нехорошими последствиями, — внутренне ухмыльнулся он своим мыслям. — Значит, дядюшка Джо выпустил джина, — он откинулся на спинку кресла и посмотрел на перевитый различными трубами потолок. — Что мы теперь имеем… Бесноватый ефрейтор подох, — Черчиль даже мысленно старался не произносить ненавистному ему имени. — Немцы уходят со своих позиций. Если верить этому, — Гесс продолжал грозить англичанам немыслимыми карами от шедших на Запад русских. — то у Германии нет ни единого шанса, а у нас…». Он настороженно поднял голову и быстро оглядел всех присутствующих, словно кто-то из них мог догадаться о пришедших ему мыслях. «Если это подтвердиться на все сто процентов, то этот грузин захочет сожрать нас с потрохами, — именно сейчас, когда страх от постоянной угрозы немецкого вторжения на острова исчез, Черчиль осознал, как он на самом деле относится к Советскому Союзу. — Надо все проверить… И немедленно!».

— Все, хватит! — он встал с кресла. — Мы услышали все, что нам нужно! Эй, кто там, увести, — Гесс с надеждой в глазах то и дело оглядывался на англичан, пока его вели к выходу. — Самуэль, — премьер-министр кивнул в сторону представителя разведки. — Мне срочно нужно все данные об этом! — Сухопарый и длинный как жердь офицер молча кивнул головой и вышел из кабинета. — Лорд Саймон, — тот с подозрением смотрел на него. — Мы должны немедленно встретиться с Его Величеством! Он обязательно должен все знать!

101

Длинная растянувшаяся на несколько десятков километров колонна медленно шла через лес. Несколько тысяч человек устало передвигали ноги. С каждым новым пройденным метром вещмешки с продовольствием и боеприпасами становились все тяжелее и тяжелее. В колонне уже давно не было слышно разговоров, люди берегли силы. Все больше появлялось отстающих, которых с трудом размещали на плетущихся за людьми повозках среди ящиков со снарядами.

— Подт-я-ян-и-ись! — донесся протяжный окрик с головы колоны. — Короче шаг!

Именно сейчас командир партизанского соединения Козлов Василий Иванович сильно жалел, что не был профессиональным военным. Опыта и знаний, несмотря на почти годовое командование отрядом, ему очень не хватало.

— Так что, Василий Иванович, будем делать? — вновь его спросил начальник штаба — закадычный друг и боевой товарищ Алексей Пантелеев, также до этой операции возглавлявший довольно крупный партизанский отряд. — Рация молчит. Немчуры немае… Надо докладывать в Центр! — вздохнув, он поправил тяжелый сидор, назойливо сползавший со спины.

— Ладно, — наконец, принял решение командир. — Надо все обсудить. Разведка тут недалече нашла место хорошее. Для отряда будет в самый раз. И место глухое и лес не езженный. — он поднял над головой руку. — Отряд стой! Алексей, давай собирай всех!

Вытащим махорку, он начал сворачивать козья ножку. Время от времени Козлов отрывался от этого занятия, чтобы снова и снова полюбоваться на размеренную и организованную работу своих бойцов по организации лагеря. В первые месяцы, когда они только ушли в леса, каждое такое перемещение было словно настоящей боевой операцией. Теперь же поднабравшиеся опыта бойцы работали как хорошо смазанный механизм. Каждое подразделение уже знало свое место, которое тут же начинало оборудовать для ночевки. Все было рутинно…