– Хорошо, – кивнул советник.
– Ну а теперь, может быть, расскажете мне, почему вы не испытываете страха перед новым воплощением Темного мага, избранником Смерти, прислужником Тьмы… и все такое прочее? Простите, я как-то не интересовался, как еще обзывали моего предшественника.
– Может быть, потому, что не замечаю перед собой этого Темного мага, а вижу лишь принца Подгорного королевства, достойного сына своего отца, умного собеседника и храброго воина. Кроме того, по моему глубокому убеждению, не Темный маг развязал Великую войну и не он повинен в смертях сотен тысяч разумных, поэтому бояться его у меня нет причин.
– А как же у вас возникло такое убеждение? – полюбопытствовал я.
– Дело в том, Алекс, что мне доступны многие знания. Истинные знания, записанные в правдивой летописи нашего народа, скрытой от всеобщего обозрения. Именно поэтому я знаю, что Темный маг не хотел уничтожения всего мира, а просто желал построить свое государство и принести счастье тем, кто пошел за ним.
Надо же! Еще один любитель старинных книг. Интересно, а что получится, если его со Снежаной познакомить? Но это все шуточки, а главное – у меня внезапно появился еще один знакомый, который может меня понять. Понять и не осудить. А так как занимает он весьма высокий пост, да и вообще заведует всеми делами веры, то можно надеяться, что у гномов не обнаружится ненависти ко мне, от которой придется спасаться бегством.
– Но ведь остальным жителям королевства известна только «официальная» версия истории, поэтому вряд ли они смогут смириться с тем, что рядом с ними живет Темный маг. А когда церковники распустят нужный слух, то им останется только направить недовольство гномов в нужное русло.
Сварш снова кивнул:
– Да, недовольство может возникнуть, только не стоит забывать, что именно я занимаюсь всеми вопросами веры. А слухи никогда не несут с собой реальных доказательств, поэтому народу останется только выбрать, во что лучше поверить – в лживые сплетни, распускаемые предателями, или же в рассказ королевского советника, который сам видел, как тот, кого служители Единого называют Темным магом, не жалея себя, заботился о раненых.
Интересное кино! Он говорит правду или же слегка преувеличивает? Хотя я находился в таком состоянии, что даже слона не сразу бы смог заметить, вздумай он прийти посмотреть, как я раздаю лимэль пострадавшим.
С советником мы еще долго общались к обоюдному удовольствию. Он рассказал, что обладает весьма значительной коллекцией книг, посвященных истории гномов, я в ответ похвастался, что имею доступ к личной библиотеке Темного, в которой все никак не могу разобраться. Кстати, Сварш оказался убежденным атеистом. Да, он знал обо всех богах, святых и прочих, но сам в них не верил. Героев он восхвалял, но только за их заслуги при жизни, а не за то, что они якобы могут незримо помочь в чьей-то беде.
– Это нисколько не мешает мне выполнять свою работу, – заявил он. – Я помогаю гномам находить спасение в своей вере, хотя сам думаю, что каждый должен действовать самостоятельно и никогда не ждать подсказок или помощи свыше.
Вот после этого я действительно зауважал советника, поэтому расстались мы практически друзьями. Я пообещал ему любую помощь, ну а он в ответ пригласил меня заходить в гости и на прощание крепко пожал мою руку. А когда я вернулся в свою комнату, то понял, что солнце уже зашло и на Дар опустилась ночь. Не раздеваясь, я рухнул на кровать и снова попал в нежные объятия Темноты. Груз тревог исчез из моей души, я понял, что снова предоставлен сам себе и наконец-то могу делать, что пожелаю. И это было прекрасно!
Глава 21
Кровь Основателя
Следующие два дня я никуда не выползал из дворца и занимался его планомерным изучением. Просто я подумал, что хватит уже искать себе неприятности на пятую точку, нужно хотя бы немного передохнуть от приключений и драк. Но так как на месте все равно не сиделось, а проводить время в библиотеке было лень, то я задумал осмотреть весь дворец. В этом мне очень помогали Алона и Керреш, причем последний только в качестве сопровождения, потому что сам еще толком не знал, где что находится. Вообще-то, он оказался довольно общительным парнем и во время прогулок по длинным извилистым коридорам рассказал о себе многое, окончательно утвердив меня во мнении, что лучшего кандидата для Алоны не найти.
Его мать была из древнего богатого рода. Отец умер, когда Керрешу было всего три года, и мать вскоре вышла замуж повторно. Отчим ненавидел мальчика и всю свою жизнь посвятил разбазариванию денег супруги, поэтому богатый и процветающий род сильно обнищал. Но парень успел в детстве получить хорошее образование, научился защищать себя и сейчас подумывает о карьере торговца. Но пока все оставшееся состояние рода находится в руках его отчима, ведь по законам гномов главу рода может сместить только совершеннолетний. Поэтому сейчас Керреш усиленно копается в книгах и ждет, когда ему стукнет двадцать один год, чтобы потребовать созыва совета рода и при свидетелях стать новым его главой, предоставив доказательства несостоятельности своего отчима. Я лишь пожелал парню всяческих успехов в этом.
В походах по дворцу мы заходили в зал тренировок Алоны, где я научил ее еще нескольким плетениям, посетили библиотеку, где я нашел сборник изречений Основателя и еще раз убедился, что мужик был очень умным, а также периодически забегали на кухню, пугая тамошних поваров. Каюсь, это было моей идеей, но ждать по часу, пока слуга соизволит сообщить, что их высочества голодны, пока повара приготовят еду, пока это все доставят к нам в комнаты… Нет, такого издевательства над желудком я не потерпел и после подобного завтрака стал сам спускаться на кухню, которая находилась на первом подземном уровне, а потом еще и сестренку и Керреша с собой брал.
На второй день Алона показала нам секретный ход на другую сторону горы, о котором никто, кроме нее и Шаракха, не знал. Ход был узким, извилистым и темным, нам пришлось зажечь светляки, чтобы в полной темноте не навернуться о какой-нибудь выступ. Этот ход изобиловал разными секретами и ловушками, которые сестренка отключала по пути. Все они были только технического плана, поэтому я бы сюда ни за что не стал соваться в одиночку. Он выходил на скалистую площадку где-то у самой вершины, накрытую небольшим козырьком. Оттуда открывался прекрасный вид на живописные горы и большую зеленую долину, которая была садом, славящимся на все королевство. Алона поведала, что часто ходила сюда, чтобы полюбоваться на закат, а после смерти матери это место стало для нее чем-то вроде храма, где она могла с ней пообщаться и высказать ей все свои печали и тревоги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
