жен художников, какими они представали в живописи, редко соответствовали идеалу новой советской женщины. Однако степень и характер расхождения с культивируемым образом были все же разными. В 1920-х годах изображения жен отражали намерение художников конструировать и охранять свой воздушный, хрупкий личный мир, свое приватное пространство. Жена являлась важнейшим действующим лицом создаваемого мира, однако ее подчеркнутая хрупкость, слабость, отрешенность свидетельствовали о его обреченности.
Нельзя сказать, что подобные художественные практики совершенно исчезли в следующем десятилетии. Продолжали существовать художники, выстраивавшие личный мир и творческие стратегии в соответствии со своими правилами. Однако их количество сократилось кратно. Значительная часть женских портретов 1930-х рассказывала о том, как художник нашел для себя нишу, отстроил мир, который не противоречит публичному, общепринятому, но в то же время существенно отличается от него. Это мир для избранных, мир советской элиты. Вернувшись к схеме парадного портрета, художники репрезентировали свои жизненные позиции и утверждали надежность своего семейного пространства.
Е. В. Кудрина
Образ женщины в советской детской литературе 1930-х годов
(На материале издательства «Детгиз»)
Дело государственной важности — создание советской детской книги — было в 1933 году поручено издательству «Детгиз» (с 1936 года «Детиздат»), идеологом и главным организатором которого выступал М. Горький. Цели советского детского издательства были обозначены как просвещение детей и молодежи и воспитание нового читателя. Особое внимание уделялось новым темам: индустриализации, истории революции и Гражданской войны, героическому покорению природы, освоению техники. Книги «Детгиза» должны были давать ответы на бесчисленные «сто тысяч почему» советских дошкольников и школьников и формировать идеологически правильное представление о советской истории и действительности. Детская книга, с одной стороны, должна была откликаться на требования юного читателя, любознательного и пытливого, а с другой — активно транслировать новые партийные директивы и установки. На руководителях издательства лежала огромная ответственность по созданию качественной, отвечающей времени и идеологии детской книги.
Роль и положение женщины в мире претерпевали колоссальные изменения в начале ХХ века, особенно в период революции и Гражданской войны, и эти трансформации, конечно, находили отражение в повседневной жизни: в культуре, искусстве и в детской литературе, призванной влиять на подрастающие умы и воспитывать новое целеустремленное поколение. И в этой связи появление образа советской женщины в детской литературе — вполне закономерное явление.
Цель настоящей статьи — выявить типологию и особенности женских образов в книгах для детей, выпущенных в издательстве «Детгиз» в 1930-е годы. Источниками исследования послужили книги советских писателей для детей и юношества, выходившие в «Детгизе» за период с 1933 (год основания) по 1939 год. В фокусе нашего внимания оказались не переиздания классиков русской литературы и не фольклорные тексты, а оригинальные художественные произведения советских авторов для дошкольников, младших и старших школьников, в которых важное место отведено женщине.
Роль женщины в СССР исследована достаточно полно и хорошо. Положению женщины и женскому быту, «советизации» материнства, образам советских женщин в живописи и скульптуре посвящены многочисленные исторические, социологические, культурологические работы[1316]. Из отечественных литературоведческих работ следует отметить брошюру З. В. Рубашевой «Образ советской женщины в художественной литературе», написанную в 1954 году и отражающую советскую идеологию. В ней на примере прозаических и драматургических произведений 1920–1940-х годов анализируется фигура советской женщины-патриотки и развивается тезис: «Женщина в Советском государстве стала огромной силой»[1317]. Стоит упомянуть также зарубежное исследование К. Гасёровской «Women in Soviet fiction, 1917–1964»[1318], в котором рассмотрены типы и образы литературных героинь в советской художественной прозе указанного периода. Исследовательница выделяет четыре основных литературных женских типа: крестьянка, становящаяся членом колхоза; пролетарская женщина, трудящаяся на заводе; «амазонка», сражающаяся наравне с мужчинами во время Гражданской и Великой Отечественной войн; новая советская интеллигентка.
Несмотря на большое количество исследований, тема гендерной проблематики советской литературы все еще требует изучения. Образы женщин в советской детской литературе пока вовсе остаются без внимания литературоведов. Наша задача — показать, какие женские типажи изображались в книгах для детей 1930-х годов и какие воспитательные функции они были призваны выполнять.
Принципиальным отличием книг «Детгиза» было стремление отойти от установок и образов дореволюционной детской книги. Прежние подходы, сюжеты, образы не годились для советских ребят, которым предстояло строить новую жизнь. «Дамское рукоделие» (выражение С. Я. Маршака, под которым он понимал дешевые стилизации и подделки под литературную сказку) не могло устроить руководство издательства: требовалась новая литература, отвечающая запросам времени. Можно, конечно, говорить и об определенном политическом заказе на пропаганду нового образа женщины в детской литературе. Сравнение женских образов в дореволюционной и советской детской литературе, прослеживание их эволюции может стать перспективной темой будущих исследований.
В 1930-е годы с Детгизом сотрудничало много писательниц, среди них З. Н. Александрова, А. Л. Барто, О. Ф. Берггольц, Е. А. Благинина, Д. Л. Бродская, Л. А. Будогоская, Н. С. Войтинская, Н. Л. Дилакторская, Е. Я. Данько, Н. В. Дмитриева, Е. Ильина, О. Кузнецова, К. А. Меркульева, С. А. Могилевская, О. В. Перовская, Н. П. Саконская, Л. Л. Слонимская, В. В. Смирнова, Е. Строгова, Е. Я. Тараховская, А. И. Ульянова-Елизарова, Т. М. Фарафонтова, В. В. Чаплина, Р. А. Энгель и др. Каждая из них заслуживает отдельного разговора. Их книги входили в планы издательства «Детгиз» в 1930-х годах[1319], однако не все были напечатаны. Такое созвездие женских имен свидетельствовало об активном участии писательниц в истории издательства, об их социальной инициативности. Женщины и их художественные произведения оказались востребованными и участвовали в создании новой детской литературы.
Художницами-иллюстраторами в эти годы становления советского детского издательства были Т. Александрова, Е. Афанасьева, О. Бонч-Осмоловская, А. Боровская, В. Васильева, Р. Великанова, Т. Глебова, А. Давыдова, Л. Елисеевнина, С. Закржевская, Т. Звонарева, В. Иванова, К. Клементьева, Т. Козулина, Е. Лебедева, Т. Маврина (Лебедева-Маврина), В. Матюх, М. Михаэлис, Ю. Оболенская, М. Орлова (Орлова-Мочалова), М. Маризе, Н. Петрова, Л. Попова, А. Порэт (Порет), Е. Ребикова, Е. Сафонова, Е. Сахновская, В. Тарасова, Н. Ушакова и др. Женщины, сотрудничавшие с детским издательством, брали на себя функции просвещения и социального воспитания нового читателя, предлагали новые формы художественного оформления и искали новые типы детских книг. Говорить о каком-то особом почерке женщин-художниц нельзя — все они, очень разные, получившие разное художественное образование, обладали яркими талантами и создавали запоминающиеся работы.
Руководящие посты в «Детгизе» занимали мужчины, но женщины успешно выступали в роли их заместителей (В. Н. Лядова, 1933–1934; Е. М. Оболенская, 1934–1937), работали редакторами и оставили заметный след в истории детской книги (Т. Г. Габбе, З. М. Задунайская, Л. К. Чуковская, А. И. Любарская и др.). Таким образом, можно предположить, что увеличение женского присутствия в книгоиздательской сфере породило большее внимание писателей и иллюстраторов к образам женщин в художественной книге.
Писатели-мужчины К. И. Чуковский и С. Я. Маршак, лидировавшие по количеству выпущенных в детском издательстве книг в 1930-е годы, оставили нам несколько ярких женских образов в своих произведениях этих лет. Это домохозяйка Федора («Федорино горе», 1926), буржуазная дама, сдававшая багаж («Багаж», 1926), бодрая старушка («Пудель», 1927). В силу их известности не будем останавливаться на них подробно.
Образы матери и бабушки у советских детей формировались в том числе и произведениями М. Горького. В первую очередь это
