Вероятно, кто-то мог бы усмотреть и в фильме и в книге некое противопоставление мира детства миру взрослому. Что ж, так оно и есть. Но какому такому «взрослому»? Миру косности, миру рутинного мышления, миру тех, с позволения сказать, мудрецов, которые хотели бы затянуть герметичной пленкой как дом Эллиота! — все, что живет, любит, страдает, ошибается, радуется. Все, что, по мнению этих мудрецов, неправильно. Уж их бы куда больше устроил правильно красивый пришелец.
А тема нашего сборника — мир детства, мир простых, как сказано, истин и простых, как тоже сказано, радостей, которые — время такое! — рождаются отнюдь не простыми средствами. Оглянитесь по сторонам: в какие игры играют наши дети? Электронные видеомаги постепенно и неуклонно перемещаются из общественных залов с игральными автоматами в личные квартиры. На матовых экранчиках заяц убегает от волка, идут морские, воздушные и космические сражения, можно подсоединиться к большому телевизору, можно составить программы для игр посложнее…
Кстати, именно электронная игра «Скажи по буквам», принадлежавшая малышке Герти, стала основой межзвездного передатчика Ипа.
А домашняя ЭВМ Дэвида Лайтмена из «Недетских игр» нежданно-негаданно превратила обычную игру в страшную реальность. Но разве была в том вина самого Дэвида? Впрямую — да, о том и в повести говорится, но по сути — нет, не виноват он в том, что произошло. Просто мир детства опять вольно или невольно вторгся в мир взрослых, а там — иные игры, они куда опаснее детских, не заиграться бы!..
Так детские игры превращаются в недетские, и это тоже одна из причин, которая роднит два фильма и две повести.
Повесть Дэвида Бишофа, представленная в сборнике, написана на основе сценария фильма «Военные игры», поставленного режиссером Джоном Бэдхэмом. Режиссер этот не так давно пришел в кинематограф с телевидения и сразу же завоевал немалую славу элегантным и ярким мюзиклом в модном тогда стиле «диско» — «Лихорадка субботнего вечера». Между «Лихорадкой» и «Военными играми» — пять лет разницы («Игры» вышли на экран в 1983 году), их герои, несмотря на одинаково юный возраст, принадлежат к разным поколениям, но любопытно отметить характерное сходство: они изо всех сил стараются уйти от окружающей реальности, спрятаться от нее в придуманном мирке собственных увлечений, в крохотном мирке, возведенном ими в ранг целого мира. Тони Манеро из «Лихорадки» фанатично любит дискомузыку. Дэвид Лайтмен столь же фанатично подменяет настоящую жизнь электронными играми, смоделированными им на экране старенького телевизора; Дэвид, несомненно, талантлив, это авторами задано изначально, а посему его домашний компьютер творит истинные чудеса, которые, конечно же, куда привлекательнее, нежели обрыдлые школьные будни. С помощью компьютера юному герою легко и просто чувствовать себя едва ли не властелином страны и в итоге — сделать нежданный и опасный шаг к обретению реальной власти, тоже нежданной и тоже опасной.
Тут мне хочется сделать маленькое отступление. Автор предисловия находится в весьма щекотливом положении. Зная содержание повестей, вошедших в сборник, естественно желая подробнее проанализировать их, он тем не менее крепко связан по рукам и ногам. Любой анализ требует опоры на сюжет, а пересказ сюжета здесь (особенно «Недетских игр») абсолютно недопустим. Сюжет «Недетских игр» строится по законам детективного жанра, читательский интерес подогревается от страницы к странице, от эпизода к эпизоду, и грешно заранее убивать этот интерес. Поэтому, не выдавая важных подробностей, ограничусь лишь пересказом главной идеи повести, идеи, которая, кстати, довольно скоро становится предельно ясной и зрителям и читателям. Авторы говорят о тревожной непрочности мира на нашей планете, когда малейший — никем не предусмотренный! — неосторожный шаг может вызвать цепную реакцию военных действий. Ученые-статистики сегодня довольно точно подсчитали, сколько килограммов, центнеров, тонн ядерных запасов накоплено на планете, сколько их приходится на душу каждого из четырех с лишним миллиардов людей Земли. За последние годы информационные агентства не раз сообщали поистине страшные факты о ложных ядерных тревогах, приводивших в боевую готовность военную машину Соединенных Штатов Америки. Американская пропаганда постоянно кричит о строжайшем контроле над «пусковой кнопкой», о том, что случайность здесь исключена начисто, но реальная действительность подтверждает иное.
Прогрессивные западные писатели и кинематографисты не раз обращались к пресловутой проблеме «пусковой кнопки», к проблеме первого ядерного удара.
Можно вспомнить романы Ф.Нибела, Ч.Бейли, фильмы С.Креймера и С.Кубрика, этот список можно множить и множить, но факт остается фактом: случайность вовсе не исключена. В фильме Бэдхэма и повести Бишофа случайность представлена в облике славного юноши, малость не от мира сего, добрейшего и незлобливого парнишки, который именно случайно дотянулся до этой кнопки. Но то, что произошло дальше, случайностью не назовешь. Да, действия армейских «ястребов» вполне закономерны и достаточно осмысленны, но не человеческий здравый смысл руководит ими. Злая ирония авторов заставляет их следовать безликой логике машинного мышления, превращает их людей! — в некий придаток к электронно-вычислительному комплексу, коему и доверено решать судьбу человечества.
В чем разница между невинными играми семнадцатилетнего парня и отнюдь не детскими играми облеченных властью решать дядей в армейских мундирах? И там и там — кнопочки программных устройств. И там и там — телевизионные экраны-дисплеи. И там и там — одинаковые знаки-символы на экранах… Да, цели и методы детских игр Дэвида и недетских «игр» взрослых сравнивать не просто трудно — бессмысленно!
Авторы и не сравнивают. Авторы просто-напросто наделяют молодость куда более здравым смыслом, и это тоже сближает два фильма и две повести…
В «Ипе» дети спасают милейшего инопланетянина от рук ученых мужей, намертво прикованных к своим сложнейшим приборам, просто не представляющих без этих приборов не только контакта с инопланетянином, но и собственного существования. В «Играх» Дэвид и его подружка спасают мир от рук мужей военных и воинствующих, тоже намертво прикованных к своим компьютерам, которые — таково мнение! — не могут ошибаться.
Позволю себе сообщить то, о чем читатели, думаю, догадаются сразу: все кончится благополучно. Справедливость и здравый смысл, который воплощают дети и в «Ипе», и в «Играх», восторжествует. В общем-то, сказка, конечно, по жанру, но, как во всякой сказке, есть здесь намек: а не слишком ли свысока смотрим мы на наших детей? А не посмотреть ли нам на них снизу вверх: им жить в двадцать первом веке. Если мы — в двадцатом! — дадим им такую возможность…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
