она в таких случаях говорила, обычно и так можно было почерпнуть из какого-нибудь бульварного романа. – Я теперь в не очень хороших отношениях с теми людьми, к кому раньше могла бы свободно обратиться. Потеряла доступ к уголовной информации. Ты лучше к своему окружению внимательнее приосмотрись, нет ли среди твоих, так сказать «друзей» того, кого ищешь. Даже если, (предположим!) получу какие-то следственные данные, совсем не значит, что они приблизят тебя к истине. В основе любого преступления лежит ложь, и в твоем случае это крайне важно.
– Даже важнее, чем убийство? Почему?
– Погоди, сейчас все объясню, – сказала Стелла, поставив свою кружку. – Ложь доказывает, что индивидуум прекрасно осознавал преступность своего действия, и оттого старался замаскировать свой поступок. Вот тут-то и заключается криминал, действие, характерное лишь для высокоразумных существ. Зверь иногда убивает себе подобного, но исключительно по биологической надобности, и моральных угрызений не испытывает. А человек уничтожая другого человека, игнорирует человеческие законы или законы своего общества, что, собственно, почти одно и то же. Преступление появилось одновременно с разумом, и его создал, сформировал и довел до совершенства сам интеллект. Кстати, такова сущность и такова основа всей человеческой цивилизации.
– Это ты от пива смотришь на мир столь пессимистично? – удивился я. – Как любит говорить один мой друг, лучше всего пить коньяк – на мозги мягче ложится.
– Не, ты просто не хочешь понимать, – гнула свою линию Стелла. – Не пессимистично я смотрю, а трезво. Вот гляди. Все грабежи, убийства, даже изнасилования, прежде чем реализоваться в жизни, разыгрывались в чьем-то преступном сознании. Или в подсознании. Если бы они не формировались как идеи, то вряд ли стали бы частью нашей действительности. Любой честный уголовный следователь старается, прежде всего, установить: умышленно совершено злодеяние или бессознательно. Любое осознанное преступление, прежде чем сделаться криминальным фактом, было криминальной мыслью, а потом обрастало преступной ложью. Если где-то сейчас происходит сложное преступление, можешь быть спокоен – это действие был хорошо продумано, а потом замаскировано ворохом лжи. Поэтому ищи такого лгуна. Что, не согласен с такой постановкой вопроса?
– Согласен, в общих чертах, в чем вопрос? Есть тут пара возражений, но это – ладно. Просто какие-то неясные пугающие процессы в мире пошли. Будто просыпается нечто. Помнишь как в сказке про Конька-Горбунка? Люди так расслабились, что построили на спине монстра-кита целую деревню, и давно забыли, что никакой это не остров, пока в один прекрасный день чудовище не проснулось. Только у нас сейчас не кит, и даже не дракон. Это нечто глобальное.
– Хорошо бы удрать от всего этого глобального в другую вселенную или иную реальность, – мечтательно произнесла Стелла. Явно о чем-то таком она уже как-то думала.
– Боюсь, не получится, – помотал головой я. – Если известные законы природы верны, а повседневный опыт подсказывает, что это именно так, у нас нет выбора. Поэтому решения надо принимать без сожалений.
– С чего это ты? Философия – моя фишка.
– Это я так просто… – и добавил: – надо заниматься любимым делом, уметь постоять за себя и жить на полную катушку в этой реальности.
– Тем не менее, в некоторые дни от окружающей реальности чудовищно тошнит. А ты такого рвотного рефлекса случайно не испытываешь?
– К кому? – не понял я.
– Вообще. А к тебе я ничего не испытываю, говорила уже, а то, что испытываю я к себе самой, относится исключительно ко мне и ни к кому более. Как говорила Джейн Остин: «Очень мало людей, которых я действительно люблю. И еще меньше тех, о ком я хорошо думаю. Чем больше я смотрю на мир, тем меньше он мне нравится».
– Хорошая цитата. Знаешь, где-то читал, что секс с тем, к кому ничего не чувствуешь, негативно сказывается на психике.
– На чьей психике? И при чем тут секс?
– На женской, наверно, – предположил я.
– Не факт. Секс является чисто физиологической надобностью, такой же, как голод или жажда. Поэтому специалисты не рекомендуют им пренебрегать. Одна моя подруга вообще была убеждена, что женщины точно так же открыты к случайному сексу, как и мужики, но лишь до тех пор, пока думают, что получают удовольствие.
– Познакомь, а? – засмеялся я.
– Обойдешься!
– Где хоть живет эта подруга?
– В Питере, где же еще? – удивленно произнесла Стелла. – Оттуда же все мои подруги происходят.
– Забавно, – задумчиво заметил я, вспоминая Арину с ее похожими взглядами. – Ты же не любишь Петербург? Помнишь рассказывал, как у меня подворачивалась возможность постоянную работу там получить?
– Нет, не помню… Еще раз расскажешь?
– Расскажу, почему бы и нет? Говорят, одной из вещей, что нужно сделать, если приехал в Питер, это найти работу и тут же ее потерять. Все это получилось у меня в лучшем виде. В ту пору зарплату мне платили так себе, хватало еле-еле, вернее – вообще не хватало, и потихоньку искал я себе новое место. Делал это не очень активно, но разные варианты время от времени рассматривал. А тут такой случай. Была в Петербурге у меня очень хорошая подруга, и у нее на работе вечно что-то приключалось с компьютерами. Своего специалиста не было, и приглашали стороннего с почасовой оплатой, что, как легко понять, вставало в копеечку. Начальник заподозрил неладное, очень уж часто случались разные сбои – то сервер зависает, то одна рабочая станция не включается, то другая, то к сети доступа нет, то вирус какой-нибудь. А за каждый вызов – плати. В конце концов, решился он, начальник, взять в штат системного администратора, чтобы сидел на постоянной зарплате и обеспечивал стабильную работу компов, локалки, интернета и вообще всего того, что с этим на фирме связано. Сама же фирма, где трудилась в ту пору моя подруга, располагалась на юго-востоке Питера и занималась городским озеленением, установкой бетонных ограждений и еще чем-то таким. Заказов было много, и без дела никто не сидел. Как-то раз, в один из моих приездов в Петербург, упросила она меня взглянуть на свой служебный компьютер. С ведома шефа, разумеется. Чего-то уж очень медленно работать все стало, а приходящий спец долго ковырялся, деньги за работу брал, а толку чуть. Ну, посмотрел я. Оказалось, что стоит в этом компе куча каких-то чужеродных программ, шпионский троян и множество ненужных приложений зачем-то лезущих в Сеть, а что делающих, сразу и не поймешь. Я это вычистил, исправил, и компьютер прямо «летать» начал. Шеф был в восторге, подруга моя тоже, но не очень – с усилением скорости на нее только больше работы навалилось. В результате шеф фирмы предложил
