Регнус отвернулся.
— Милорд, — ответила королева, обращаясь к непрошеному гостю как к уважаемому вассалу. Впрочем, точно так же представительница знати могла называть мужа. Регнус услышал в единственном слове: «Я всю жизнь любила только тебя». — Милорд… — повторила она. — Регнус, я пойду с тобой куда угодно, но только вместе с ними. Если опасность угрожает мне, значит, и им тоже.
— Девочек возьмем с собой.
— Я про Логана и Дженин. Сегодня днем они поженились.
«Да здравствует король! За принца!» — вновь прозвучали в голове Регнуса возгласы куда-то бежавших аристократов, и все вдруг стало на свои места. Очевидно, они имели в виду: «Король мертв; да здравствует король. Новый король!» То есть принц. Логан.
Гандер погиб. А Логан стал новым королем.
Более достойный человек в первую очередь подумал бы о чем-нибудь другом. Внимание же Регнуса сосредоточилось на том, что мужа Налии больше нет в живых. Презренный человечишка, причинивший окружающим столько страдания, был мертв; умерла и жена Регнуса. Они с Налией вдруг одновременно освободились от двадцатидвухлетних брачных оков. Регнус считал их пожизненным заключением. Приговор будто внезапно отменили.
Все прошедшие годы Регнуса утешали лишь подающий надежды сын и успехи в службе, он привык жить только этим, а в женитьбе находил одни страдания. Теперь же в его груди затеплилась надежда. До счастья было подать рукой; Налия стояла прямо перед ним и смотрела на него исполненным любви взглядом. С какой радостью он будет возвращаться домой и видеть Налию, разговаривать с ней, делить с ней постель и остаток жизни.
Если она согласится, он может вступить с ней в брак. И непременно это сделает.
Смысл второй новости Регнус осознал чуть погодя. Логан теперь — король? Если у Регнуса и Налии появятся общие дети, то историки запутаются в их биографиях. И пусть.
Он засмеялся, чувствуя небывалую легкость на сердце. И вдруг резко замолчал. Агон, стражники и вооруженные столовыми ножами аристократы бежали к его сыну.
Логану грозила опасность. Его пытались спасти. А Регнус помчал в другую сторону.
На разговор о том, что они с Налией теперь свободны, не было времени. Следовало действовать, не теряя ни мгновения.
— Они в опасности! Следуйте за мной! — прокричал Регнус, вскидывая меч. — Мы…
Что-то горячее пронзило его спину, но это ощущение тут же прошло.
Регнус, досадуя, потер грудь и вдруг заметил темноту, устремляющуюся в затененный угол. Из шеи одного его воина внезапно хлынула кровь. Потом, точно марионетки в чьих-то невидимых руках, попадали замертво и остальные. Регнус почувствовал липкую теплую жидкость, убрал руку от груди, опустил голову и взглянул на себя.
По мундиру расползалось алое пятно. Регнус посмотрел на Налию. Темнота стояла у нее за спиной, одна черная рука держала ее за подбородок, во второй был меч с узким клинком, тот самый, которым пронзили Регнуса. Налия смотрела на него с ужасом в глазах.
— Налия, — произнес он, тяжело опускаясь на колени.
У него стало белеть перед глазами; Регнус старался не закрывать их, но вдруг понял, что они и не закрываются. Только это больше не имело значения.
Лорд-генерал и его разношерстная команда теряли много времени даром. Замок за последние столетия несколько раз перестраивался, из-за чего превратился в сущий лабиринт. Дважды генерал и его люди останавливались перед запертыми дверьми, советовались, стоит ли их выбить, и выбирали другой путь.
Теперь от северной башни их отделял последний коридор. Стражники мчали во весь опор, Агон бежал чуть медленнее, аристократы, пыхтя, едва поспевали за ними. Запал выбивавшихся из сил толстяков давно прошел, и они больше не кричали «За принца!» и «Да здравствует король Джайр!».
Когда Агон вбежал в переднюю, по двери, ведущей на лестницу, уже чертыхаясь, колотили воины. Один из них, полковник Гер, крикнул еще не добежавшим пузатым аристократам:
— Быстрее, милорды!
Осмотревшись по сторонам, лорд-генерал Агон велел наиболее молодым и крепким ребятам выбить дверь. Помещение было тесное, не более двадцати квадратных футов, почти без мебели, с таким высоким потолком, что он терялся во тьме, и с двумя дверями — в коридор и на лестницу.
Что-то было не так. Особенно настораживало отсутствие стражников. Судя по всему, их убили.
Лорд-генерал взглянул через плечо на полковника Гера, поторапливавшего последних аристократов и закрывавшего за ними дверь. Протиснувшись вперед мимо жирного Логанова кузена, Агон только было собрался обратиться к своей команде, как ему по челюсти ударил защищенный броней кулак полковника Гера. Повалившись с ног, Агон с пола наблюдал, как полковник Гер раскрывает дверь, выскакивает и закрывает ее за собой.
Мгновение спустя к двери подскочил один из королевских стражников, но с другой стороны уже гремела задвижка.
— Западня, — произнес лорд Уруэр.
Секунду-другую никто не смел шелохнуться. Лорд-генерал с помощью одного из стражников поднялся на ноги. Тут до него дошло, в каком они оказались положении.
Если даже среди них оказался предатель, значит, попытку убить принца четко спланировали. Все, что происходило в последнее время, начиная с гибели принца Алейна и заканчивая их теперешним заточением, было продумано заранее. Надежды на спасение почти не оставалось.
— Что будем делать, сэр? — спросил один из стражников.
— Надо прорваться сквозь дверь, — ответил лорд Агон, указывая на выход к лестнице.
Возможно, они опоздали. И даже если пробьют себе путь, не исключено, обнаружат, что ступени усеяны телами неприятелей и королевских стражников. Однако Агон был закален в боях и давно уяснил себе, что на сетования и раздумья о том, как следовало поступить, нельзя терять ни секунды. Посокрушаться можно потом. Если выживешь.
Стражники всей гурьбой навалились на дверь. Тут послышался свист стрелы.
Один из стражей упал. Стрела пронзила кольчугу с такой легкостью, будто то был шелк. Агон выругался и стал тщательно осматривать стены в поисках отверстий для стрелков-убийц, однако ничего не увидел.
Стражники опасливо озирались, не зная, как спасаться от невидимого врага.
Свист стрелы. Еще один страж пошатнулся в сторону товарищей и упал замертво. Агон и все остальные посмотрели наверх, в потолочную тьму. Из-за низко висевшей люстры было невозможно что-либо рассмотреть. Из мрака послышался ликующий смех.
Стражники и аристократы в панике бросились прятаться, кто где мог, но укрытий почти не было. Один воин скрылся за креслом с толстым сиденьем и изогнутой спинкой. Аристократ сорвал со стены портрет сэра Робина и прикрылся им, словно щитом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
