умру и я.
– Он жив! Он жив! Благодарение Господу! – прокричал верный Зади, врываясь в комнату.
Тревожная бдительность побудила старика осмотреть все части нашего дома и своими глазами удостовериться, что проникнуть в него невозможно. Сейчас он, запыхавшись, прибежал с балкона, откуда павильон был виден как на ладони. К великому своему удовлетворению, Зади разглядел, что дверь и все окна там плотно закрыты, из чего он вполне резонно заключил, что хозяин своевременно узнал о приближении врага и предпринял необходимые меры безопасности.
– Вы слышите, моя дорогая? – воскликнул я, взяв Луизу руку. – Безусловно, такого известия достаточно для восстановления ваших телесных сил и душевного равновесия! У нас нет никаких причин волноваться за Сифилда, кроме той, что он оказался застигнут чудовищем врасплох, совсем не подготовленным. Но вы же видите, он успел оградиться от опасности. Теперь вашему мужу остается лишь спокойно сидеть в своем убежище, и змея либо вообще не обнаружит его близкого присутствия, либо просто не сумеет прорваться через защитные преграды, их разделяющие. Таким образом, все дело ограничится неприятной блокадой на час, а то и меньше. В конце концов змея устанет ждать и уползет искать добычу в другом месте, а наш друг выйдет на свободу, и все мы облегченно вздохнем.
Уверенность, с какой я успокаивал терзаемое страхом сердце Луизы, прочно владела и мною самим. Но Зади, слишком встревоженный положением своего хозяина, чтобы заботиться о чувствах других, бездумно поспешил разрушить надежду, которой я страстно предавался и которую пытался внушить страдающей жене.
– О нет, нет, нет! – воскликнул он. – Нельзя рассчитывать, что змея уползет так скоро! Когда анаконда выбирает какую-нибудь купу деревьев для своего обитания и резвится среди ветвей таким манером, как мы видели, обычно она остается там на целые дни и даже недели, терпеливо наблюдая за своей добычей, покуда не убедится в полной бесполезности выжидания и не покинет место, движимая невыносимым голодом. Но способность обходиться без пищи у нее поистине невообразимая, и, пока она не уползет прочь по собственной воле, никакая человеческая сила не сможет изгнать ее из облюбованного пристанища.
– О пресвятые небеса! – вся трепеща от ужаса, пролепетала Луиза. – Значит, моему мужу и впрямь нет спасения! Даже если этих тонких преград окажется достаточно, чтобы защитить его от ярости чудовища, в конце концов он все равно падет жертвой голода!
Мой нахмуренный взгляд заставил старика осознать всю неосторожность последних своих слов, но беда уже была непоправима. Какие бы утешительные доводы он ни измышлял, пытаясь смягчить впечатление, произведенное необдуманными речами, ничто уже не могло притупить стрелу, занесшую яд отчаяния в сердце его госпожи.
– Но почему, спрашивается, мы так уверены, что наш друг подвергается непосредственной опасности? – сказал я. – По твоему же собственному утверждению, Зади, с минуты, как ты оставил своего хозяина в павильоне, и до минуты, как мы увидели на пальме анаконду, прошло более часа. Не представляется ли более чем вероятным, что в такой пригожий день Сифилд решил прогуляться и покинул павильон еще до появления змеи?
– О ангел-утешитель! – воскликнула Луиза, хватая и прижимая к губам мою руку. – Будьте благословенны, вечно благословенны за такое ваше предположение! Действительно, почему бы ему было не выйти прогуляться? И таким образом спастись?
– Ох боже мой, – вздохнул старик и покачал головой. – Двери-то заперты, окна-то все затворены решетками…
– Ну и что? – перебил я. – Разве Сифилд когда-нибудь покидал свое любимое убежище, не приняв таких предосторожностей? Возможно, в самую сию минуту, когда мы здесь дрожим за него, он находится в милях отсюда! Возможно, для полной безопасности нашего друга только и требуется, что вовремя его предупредить, чтобы не возвращался в павильон, а шел сразу в дом! Давай же, Зади, поспешим на поиски Сифилда! Созови всех домашних слуг и паланкинщиков. Разделим людей на небольшие группы и пошлем по всем тропам, которыми он может вернуться к холму!
– Да, поспешите, поспешите! – вскричала Луиза. – Одна мысль, что вы можете опоздать, приводит мою душу в содрогание! Вся моя надежда, единственная моя надежда держится на том, что он уже покинул павильон. Поспешите же, друзья! Ах, поспешите найти моего мужа!
Видя такое страстное нетерпение, мы не стали мешкать ни минуты и тотчас же передали Луизу на попечение служанок. Потом срочным порядком собрали всех домашних рабов, вооружили их наилучшим доступным образом и с разных сторон подошли к роковому холму настолько близко, насколько позволяли деревья и кусты, укрывавшие нас от глаз анаконды. Зади не отходил от меня ни на шаг.
По пути я постарался собраться с мыслями, дабы подробно разузнать об опасности, грозящей моему сердечному другу. Моя собственная тревога и присутствие Луизы до сих пор не давали мне составить полное представление о положении Сифилда и о том, чего следует ожидать дальше. Но теперь, оказавшись наедине с Зади, я не замедлил приступить к допросу.
– Видишь, старик, – начал я, – как твой роковой крик «анаконда!» парализовал все души ужасом. Твое неблагоразумие станет совсем уже непростительным, если в конечном счете выяснится, что ты говорил не с твердой уверенностью в фактах, а преувеличил опасность из своей природной робости. Давай-ка постарайся сейчас взять себя в руки и отвечай мне спокойно и честно. Вполне ли ты уверен, что видел именно анаконду? И не переступил ли так или иначе границы правды в своем ужасном рассказе о ней?
– Сэр, – отвечал славный Зади, – будь даже это последнее слово, которое мне суждено изречь в здешней жизни, я все равно вынужден повторить сказанное прежде. Ведь одного имени этой твари достаточно, чтобы у любого уроженца нашего острова кровь застыла в жилах! И в том, что я не ошибся, увы, нет никаких сомнений! Раньше я уже дважды видел анаконд с расстояния не большего, чем сейчас, но не такой чудовищной длины и толщины. Наша страна быстро превратилась бы в безлюдную дикую местность, если бы, по счастью, анаконды не встречались крайне редко, ибо обычно они укрываются в глубине самых дремучих лесов. Там, обвившись вокруг ветвей какого-нибудь дерева, они с неиссякаемым терпением ждут случая ринуться вниз на свою добычу – первого же человека или зверя, которому не посчастливится проходить мимо. Как вышло, что анаконда выбралась так далеко на открытую местность, просто ума не приложу. Но поскольку совсем недавно закончился сезон дождей, вероятнее всего, змею принесло неодолимой силой какого-нибудь бурного горного потока.
За разговором мы продолжали двигаться вперед под покровом густого подлеска и наконец оказались не более чем в сотне шагов от чудовища. Теперь мы смогли рассмотреть рептилию совершенно отчетливо
