Читаем без скачивания Пылающий камень (ч. 2) - Кейт Эллиот

ЭПИЛОГ

Утром, как только встало солнце, Захария выполз из своего каменного убежища, которое спасло ему жизнь, и тут же увидел дракона. Огромное создание растянулось от одного края долины до другого. Из его ноздрей вылетали огненные искры, похожие на звезды. Брюхо у зверя было красного цвета, а когти на лапах отливали металлическим блеском. Чешуйки его шкуры прилегали друг к другу так плотно, что казались сплошной стеной из щитов. Захария целый час разглядывал эту стену, прежде чем решился вылезти и взглянуть на небо и горы.

Дракон, как будто только этого и дожидался, взлетел в небеса и исчез.

Через некоторое время Захария вышел из каменного круга, чтобы поискать ручей — умыться и попить. Неподалеку паслись две козы. Он был истинным внуком своей бабушки и не мог допустить, чтобы животные тут пропадали, поэтому Захария снял пояс и, привязав коз, отправился дальше.

Тут он заметил, что кроме него в долине есть и другие люди. Они ходили возле разрушенной каменной башни и вытаскивали то, что уцелело. Они казались растерянными, и по их виду он догадался, что никогда раньше им не приходилось утруждать себя тасканием вещей и прочими прозаическими делами.

У Захарии не было ни малейших причин доверять им, особенно после того, что тут случилось. Он ушел обратно в лес. Вместе с козами он выбрался на луг высоко на северо-западном склоне. Там, в старом доме, он нашел несколько ценных предметов — веревку, кожу, маленький котелок, орехи и сушеные ягоды. Еще ему на глаза попался разорванный пергамент с цифрами и диаграммами. Захария не умел читать — священником он стал лишь благодаря отличной памяти: он наизусть помнил все службы и множество священных стихов, псалмы и проповеди.

Но даже и не умея читать, он понял, что нарисовано на этом листе. Захария решил спокойно посидеть в доме и внимательно рассмотреть рисунок. Он увидел тут звезды и созвездия, которые показывала ему бабушка: Гончая, Коза, Кролик и другие. Монахи называли их иначе, но ведь суть от этого не меняется. Всем известно, что по небу путешествуют пять основных звезд, Солнце и Луна двигаются в одном направлении, а время можно измерить по катящемуся в ночном небе колесу звезд.

Здесь, в долине, куда привела его Канси-а-лари, кто-то думал о том, как устроено небо. Может, сын Канси-а-лари был ученым, может, та красивая женщина, которую унесли на небо дэймоны. Наверное, те люди в долине тоже были учеными, но он уже решил не связываться с ними.

Не стоит ему оставаться тут. Захария сложил пергамент, спрятал его в котелок, взял за веревку коз и пошел по тропинке к горам. Там-то его и встретили три монаха.

Они едва говорили по-вендийски, к тому же очень быстро и сбивчиво. Он понял только, что монахи видели дым и огонь, поднимавшиеся отсюда, и решили пойти посмотреть. Захария пытался отговорить их от спуска в долину, но ему это не удалось. Похоже, до сегодняшнего дня они и не знали о существовании этой долины, хотя монастырь и странноприимный дом были построены в этих местах по меньшей мере пятьдесят лет назад.

Монахи показали ему, где найти приют, и Захария зашагал вниз по тропке. Вскоре он вышел на хорошую дорогу и добрался до довольно уютной монастырской гостиницы. Он оставил своих коз в загоне, и привратник пропустил его в дом, просто махнув рукой, — похоже, события предыдущей ночи всполошили всех. Захария не ел уже три дня и поэтому жадно набросился на кашу, которую ему дал добросердечный брат.

— Странные нынче времена, — сказал он, когда Захария утолил голод и запил кашу кружкой доброго эля. Он говорил на нескольких языках, и объясняться по-вендийски для него не составляло ни малейшего труда.

— У вас сегодня были другие гости?

— Нет, никто не просил сегодня убежища, брат, хотя, как говорят, на рассвете по дороге прошли мужчина и женщина. Но я думаю, что брату Кунраду просто померещилось. Он сказал, что лица у них были не как у людей, хотя одежды — самые обычные. Мужчина был вооружен и вел в поводу лошадь, а на спине у него вроде как горб.

— А, — сказал Захария осторожно. — Надеюсь, я с этой парой не встречусь. Они пошли на юг или на север?

— Он сказал, что на север. Откуда ты пришел, брат?

— С востока.

— Где же ты был прошлой ночью? Ты видел этот страшный огонь в горах? Видел дракона? Как говорится у святой Джоанны: «Враг придет на землю из-за моря, а в канун того дня в небе явится дракон».

Захария не знал, стоит ли рассказывать свою историю этому человеку. Честность может дорого ему обойтись. Если он расскажет о том, что видел, его тотчас отволокут к госпоже иерарху на суд и обвинят в колдовстве. Поэтому он решил согласиться:

— Значит, вы верите, что дракон предвещает грядущую катастрофу?

— Точно. — Монах странно посмотрел на него. — Иначе к чему все эти видения?

— А вы видели, как он взлетел в небо и исчез? Не думаю, что он — предвестник катастрофы. Просто в высших сферах живут удивительные существа, иногда они могут проходить через ворота и появляться на земле…

— Что еще за ересь? — Хозяин подскочил на скамейке, и та перевернулась. — Священники учат нас, что только души могут путешествовать через сферы.

— Они могут думать, что это именно так, но ведь и священники не все знают. Почему бы нам не попробовать жить своим умом?

— Ты что, сомневаешься в мудрости Церкви? Ты хочешь познать запретное?

— У меня было видение. Я видел весь мир. Но я не нашел там Покоев Света, зато встретил существо, такое непостижимо огромное, что мы не можем понять, что есть Господь. Так почему бы нам не подумать, откуда появляются и куда исчезают драконы? Может, когда-нибудь и мы сможем путешествовать между мирами? Может, нам поучиться…

— Ты сошел с ума, — холодно сказал хозяин. — Вижу, прав был брат Лентфридус, когда говорил утром, что все это приведет к беспорядкам в умах. Пусть он с тобой и разбирается. Пойдем, Виго, иначе и ты этим заразишься.

Хозяин с мальчишкой вышли из комнаты, не сказав больше ни слова.

Так. Есть вещи, которые никогда не меняются. Захария уже понял, что самый главный его враг — собственный язык. Но нисколько не жалел о своих словах. Он только утвердился в том решении, которое принял, увидев дракона.

Он потерял свою честь и мужество, познал унижение и стыд, утратил веру в Единство, и поэтому нет смысла возвращаться домой.

Зато он видел космос. Не то место, где с золотого трона правит Единый Господь Бог, и не то, где старые боги принимают дары и наказывают ослушников. Он видел космос таким, какой он есть, в котором все вечно и все меняется, таящем множество невообразимых тайн.

И он не единственный, кто пытается познать новое. В мире есть, по крайней мере, еще один человек, который пытается найти ответы на свои вопросы. Этот человек нарисовал линии на пергаменте. Хотя Канси-а-лари ушла — то ли решив, что он погиб, то ли подумав, что больше он ничем не может ей пригодиться, — он, Захария, все равно последует за ней. Не ради нее, но ради ее сына. Тот наверняка знает, кто исчертил пергамент.