Читаем без скачивания Путеводитель по Библии - Айзек Азимов

Однако Иерусалим был вынужден сдаться, и тогда Навуходоносор сверг царя и посадил на престол своего собственного кандидата. Иехония был уведен в вавилонский плен после правления в течение всего лишь трех месяцев (будь жив Иоаким, его участь была бы такой же), и с ним было уведено множество аристократии и элиты. Теми, кто остались, стал править еще один из сыновей Иосии:

4 Цар., 24: 17. И воцарил царь Вавилонский Матфанию, дядю Иехонии, вместо него, и переменил имя его на Седекию.

Возможно, Иеремия мог утешить себя надеждой, в первое время восшествия на престол Седекии, что теперь все будут хорошо.

Государство, осознав неодолимую мощь Вавилона, могло успокоиться на спокойном раболепстве и наслаждаться миром и процветанием в тени Навуходоносора, как веком ранее при Манассии оно переживало мир и процветание в тени Сахердана Ассирийского. Во времена Манассии, однако, царь и народ глубоко погрязли в идолопоклонстве. Теперь (так это могло казаться Иеремии), благодаря опыту вавилонского опустошения, народ обратится к Богу и очистится. Тогда умиротворенный Яхве простит свой народ, сокрушит Вавилон и установит в Иудее идеальное государство.

Все это, возможно, Иеремия подразумевал в связи со следующими стихами:

Иер., 23: 5–6. Вот, наступают дни, — говорит Господь, и восставлю Давиду Отрасль праведную, и воцарится Царь, и будет поступать мудро, и будет производить суд и правду на земле. Во дни Его Иуда спасется и Израиль будет жить безопасно; и вот — имя Его, которым будут называть Его: «Господь оправдание наше!»

«Господь оправдание наше» на еврейском звучит как «Яхве-цидкену», в то время как Седекия на еврейском звучит как «Цидкиаху» и означает «Праведен Яхве». Одно имя является инверсией другого.

Эти стихи в Книге пророка Иеремии считаются по сути мессианскими и говорят об идеальном царе в неопределенном будущем. Однако возможно, что это просто упоминание о новом царе, который принял престольное имя Праведен Яхве.

Ханания

Если у Иеремии и были надежды на мир и избавление, то они быстро развеялись. В Иерусалиме оставалась сильной про-египетская партия. При любых слухах о беспорядках где-нибудь ввавилонских владениях их надежды тут же воскресали, и Седекия позволил себе поддаться этому чувству против Вавилона. Иудея попыталась по-глупому создать коалицию с соседними государствами против Вавилона, хотя все они вместе ничего не могли противопоставить Навуходоносору, даже получив обещания помощи из Египта, государства, которое всегда обещало, но так или иначе никогда их не выпоняло.

В Египте умер Нехо в 593 г. до н. э., и после него воцарился Псамтик II. Псамтик II приглашал в страну различных еврейских изгнанников, которые в те необустроенные времена считали более безопасным бежать на запад. Он даже сформировал военный контингент из еврейских воинов, который сражался в рядах его армий. Естественно, он не мог полагаться на такой контингент на северо-восточном фронте, где им, возможно, пришлось бы сражаться с другими иудеями и поэтому они могли переходить на сторону противника. Он поместил их на южную границу, а именно в Элефантину, остров на реке Нил, прямо к югу от первого притока (вблизи южной границы современного Египта). Там они служили защитой против налетчиков, ударявших с севера из Эфиопии.

В 588 г. до н. э. умер Псамтик II, и после него стал царствовать фараон Вафрий, которого греки называли Априем. Именно этот фараон интриговал вместе с проегипетской партией в Иудее и подстрекал Седекию оказать сопротивление Навуходоносору.

Иеремия, чтобы драматизировать совершенно самоубийственную сущность такой политики, сделал для себя ярмо и носил его, рассказывая каждому, кто слышал его, что Иудея должна терпеливо носить вавилонское ярмо как единственное средство выживания. Естественно, это казалось непатриотичным и пораженческим и не нравилось людям, которые упорствовали в своем убеждении, что Иерусалим и его Храм были неприкосновенны, убеждении, поддерживаемом объявлениями множества тех, кто Утверждал, что они были пророками Бога. (Действительно, случай неудачи Сеннахирима взять Иерусалим более века назад и неудача Навуходоносора разорить город после первой осады несомненно ободрили пророков с этой точкой зрения.)

Иер., 28: 1–4. В тот же год, — в начале царствования Седели, царя Иудейского, — в четвертый год, в пятый месяц, Анания, сын Лзура, пророк из Гаваона, говорил мне в доме Господнем пред глазами священников и всего народа и сказал: Так говорит Господь Саваоф, Бог Израилев: сокрушу ярмо царя Вавилонского; через два года Я возвращу на место сие все сосуды дома Господня которые Навуходоносор, царь Вавилонский, взял из сего места и перенес их в Вавилон; и Иехонию, сына Иоакима, царя Иудейского, и всех пленных Иудеев, пришедших в Вавилон, Я возвращу на место сие, говорит Господь; ибо сокрушу ярмо царя Вавилонского.

И для того чтобы драматизировать это утверждение, Ханания разбил ярмо Иеремии, чтобы указать на то, как Бог разобьет ярмо Вавилона.

Несомненно, эта речь, произнесенная в четвертый год царствования Седекии (594 г. до н. э.), должно быть, была встречена с восторженным одобрением со стороны народных масс. Даже Иеремия не рискнул противостоять этому в тот момент, поскольку в этом случае его, несомненно, разорвали бы на части. Вместо этого он шел вместе с ликующей толпой:

Иер., 28: 6. И сказал Иеремия пророк: да будет так, да сотворит сие Господь! да исполнит Господь слова твои, какие ты произнес о возвращении из Вавилона сосудов дома Господня и всех пленников на место сие!

И только позже, когда толпа разошлась, Иеремия смог без опаски возвестить, что Ханания был лжепророком, потворствующим националистическим надеждам народа.

В Библии пишется, что Иеремия предсказал смерть Ханании за ложное пророчество, и через два месяца Ханания умер. Однако ясно, что народ Иудеи предпочел верить льстивым, обнадеживающим словам Ханании, а не печальным, безнадежным словам Иеремии.

Послание Иеремии

Националистическая агитация в Иудее получила отзвук в Вавилоне. Несомненно, многие изгнанники считали, что Бог собирался уничтожить Вавилон, как предсказывали некоторые пророки, и были готовы поднять восстание. Новости об этом обеспокоили Иеремию.

Из-за увода в плен в 597 г. до н. э. Иудея лишилась многих руководителей, ремесленников и интеллектуалов. Иеремия с горечью упомянул об этом в притче о смоквах:

Иер., 24: 1–2. Господь показал мне: и вот, две корзины со смоквами поставлены пред храмом Господним, — после того, как Навуходоносор, царь Вавилонский, вывел из Иерусалима пленными Иехонию, сына Иоакимова, царя Иудейского, и князей Иудейских с плотниками и кузнецами и привел их в Вавилон: одна корзина была со смоквами весьма хорошими, каковы бывают смоквы ранние, а другая корзина — со смоквами весьма худыми, которых по негодности их нельзя есть.

Затем Иеремия уподобил пленников хорошим смоквам, а оставшихся в Иерусалиме — плохим. Ясно, что он предполагал фатальные последствия у восстания вавилонских изгнанников. Их бы просто вырезали. Для Иеремии они казались надеждой на будущее. Даже если Иерусалим был разрушен, изгнанники, как он считал, когда-нибудь возвратятся, чтобы снова основать государство.

Поэтому Иеремия воспользовался миссией к Навуходоносору, посланной Седекией (возможно, чтобы уверить в своей преданности Вавилону), чтобы передать послание изгнанникам:

Иер., 29: 1. И вот слова письма, которое пророк Иеремия послал из Иерусалима к остатку старейшин между переселенцами и к священникам, и к пророкам, и ко всему народу, которых Навуходоносор вывел из Иерусалима в Вавилон…

Иер., 29: 5–7. Стройте домы и живите в них, и разводите сады и ешьте плоды их; берите жен и рождайте сыновей и дочерей; и сыновьям своим берите жен и дочерей своих отдавайте в замужество, чтобы они рождали сыновей и дочерей, и размножайтесь там, а не умаляйтесь; и заботьтесь о благосостоянии города, в который Я переселил вас, и молитесь за него Господу; ибо при благосостоянии его и вам будет мир.

По крайней мере, в Вавилоне взгляды Иеремии имели успех. Изгнанники в Вавилоне обустраивали для себя новую жизнь, не отказываясь от иудаизма. Они получили возможность жить в мире, а в назначенное время (фактически меньше, чем через семьдесят лет, предсказанные Иеремией) тем, кто хотел, позволили вернуться в Иудею. Более того, те, кто остался в Вавилоне, были достаточно преуспевающими, чтобы предоставить значительную финансовую помощь возвращающимся.