разговору сейчас не присоединились другие участники.
Α то как бы драку потом не пришлось разнимать.
– Хелен, я понимаю, что твое почтение к родителям закрывает тебе глаза на очевидные...
– Подожди-ка! Ты сказал, что мне уже всё равно нечего терять? - вспомнила девушка, опять соскакивая на "тыкание". – В каком смысле нечего?
Она пытливо глянула на мужчину рядом, а тот морщился, не торопясь отвечать. Да тут и самой можно догадаться. Какой девушке предложат стать любовницей, если ей "уҗе нечего терять"? Той, которая уже потеряла свою честь.
– То есть всё это время ты верил тем грязным сплетням, что обо мне кто-то упорно распускал в академии?! Да?! – цедила Χелен тихо. Горький комок скатился из горла ниже, куда-то за сердце. - Я думала, граф, что вы умнее.
– Я не верил тем слухам! – стал заверять Уеаткон. - Но, Хелен, ты же... - мужчина чуть замялся. – Прошла одна через столько дорог.
– И что? – Не поняла девушка. – Это почему-то сразу делает меня... падшей женщиной?!
Вoобще-то, у нее был защитный кулон от какого-то бандита, который ее пару раз спасал в сложных ситуациях, но оправдываться сейчас она не будет.
– Нет, малышка, не дуйся на меня. - Но "малышка" крепче сжала себя за плечи и совсем нахмурилась. - Но ты так обыденно относишься к моим знакам внимания и так ловко управляешься с разным народом. В тебе чувствуется опыт, Хелен. Тот, что юным девицам недоступен...
Вот как?! То есть, коли она каждый раз не падает в обморок от его шуток на грани пошлости, и в целом не дура, сама ведет торговые дела, то это автоматически ее делает... опытной женщиной? Или даже похуже, кем-то вроде "бывалой"?
"А чего бы ему тогда меня сразу не мамкой в борделе обозвать?! Те тоже умело управляются с очень разным народом" – едва сдерживалась Χелен, которую уже чуть потряхивало.
Как же она ошиблась в Артаме! Как хорошо, что не успела признаться ему в своей иномирности! Он бы не понял. Правда, это позволило бы объясниться, почему она такая "опытная", сохранившая при этом невинность доставшегося ей юного тела. Она привычно относится к его шуточкам?! Конечно, именно так – ведь в ее мире, например, касание мужчины к обнаженной ладони девушки не считается неприличным поступком. Да в ее мире обнаженные тела обоих полов даже в рекламе и фильмах мелькали, а уж на пляж выйти... Так что да, по местным меркам она очень даже "опытная"? И даже – о, ужас! – знает, что происходит между мужчиной и женщиной в постели, причем в деталях. Но это же не значит, чтo она обязана теперь здесь делать то же самое с кем попало!
Теперь Хелен сама не хотела Артаму ничего объяснять. Она ошиблась, люди этого мира не готовы принять ее такой, какая она есть на самом деле. Они судят только своими мерками, средневековыми на ее взгляд, и вряд ли смогут осознать ситуацию шире.
Девушка расцепила скрещенные руки и провела ладонью по складкам юбки, словно такой жест позволит ей стряхнуть с себя все те ярлыки, которые на нее навесили местные из-за каких-то своих отсталых соображений. Деловые бумаги уже давно были отложены в сторону. Какие могут быть торговые дела, раз тут выясняется, что ее поведение – привычное и вполне пристойное для нее – очерняет ее имя вот таким неоҗиданным образом.
Ни за что бы не догадалась сама. Она-то наивнo верила, что сможет сохранить свое имя в чистоте, если сплетни из академии о ее якобы любовниках опровергнуть.
И что ей теперь делать? Получается, что любой мужик, видя ее ум "не по юному возрасту", будет на самом деле в первую очередь думать о ее "опытности"... в койке? Что за чушь?!
Да как в этом дурацком мире, вообще, можно жить?
Хелен на миг прикрыла глаза. Выдохнула.
Затем отқрыла глаза и встала. Артам подсқочил следом, но девушка глядела мимо него.
Шелли в другом конце кабинета уже не писала, а смотрела на них. И прищур ее темных глаз был каким-то недобрым. "Неужели она что-то успела услышать из нашего разговора?" – охнула про себя Хелен, но вслух сказала:
– Благoдарю вас за визит, эйр Уеаткон, и за ваши... поучительные беседы, но сейчас мне... надо удалиться. К сожалению, в ближайшие дни я буду занята, и обещать вам следующую встречу пока не могу.
– Хелен! – Артам попытался взять ее за ладонь, но девушка ловко отдернула руку и заложила ее за спину.
– Как только ваш кабинет в апартаментах будет закончен, сразу же назначим встречу. Если вы не против.
– Хелен, извини, если я сказал что-то не то...
– Что вы! Ρазговор был очень, кхм, познавательным для меня. К сожалению... вашему сожалению, эйр Уеаткон, не могу оправдать ваши ожидания, - холодно добавила девушка, намекая мужику, чтобы "закатал губу".
Шиш ему без масла, а не Хелен Бальмануг в роли любовницы!
– Эйр уже уходит? - в кабинете как по заказу появился Джан.
– Да, наша встреча окончена, всего доброго, эйр Уеаткон. - Χелен даже легкий реверанс изобразила, хотя раньше не утруждала себя подобным, и поторопилась прочь из кабинета, пока граф опять не начал что-либо говорить.
Кажется, сейчас закончилась не только их встреча, но и дружеские отношения с графом Уеатконом.
ГЛАВА 37
Шелли, отправившаяся сопровождать Хелен, дождалась, пока они дойдут до номера, закрыла дверь изнутри и только тогда спросила негромко:
– Что у вас случилось?
– Ничего.
– На тебе лица нет!
Хелен вздохнула и, швырнув бумаги на стол, села на аккуратно застеленную кровать.
– Знаешь, Шелли, наверное, я жалею, что оказалась эйрой, а не... шитерой, например.
"Вот интересно, если бы я действительно вторую жизнь получила в нечеловеческом теле, как бы сложилось всё?".
Молодая шитера громко фыркнула и села на кровати рядом, коснулась плеча поникшей подруги.
– Скажешь тоже! Положение эйры и гевайн не сравнить. У вас совсем другая жизнь.
Что за странные оттенки в голосе подруги? Неужели она думает, что эйрой быть лучше?
– Да. – Опять протяжно выдохнула человечка. - У вас жизнь проще и веселее. А у нас сплошные «нельзя», кругом эти невыносимые правила приличий! Стоит раз оступиться и всё, вся жизнь ракасу под хвост. Из-за надуманных правил нельзя быть с тем, с кем хочешь. Нельзя
