Читаем без скачивания Ментаты Дюны - Герберт Брайан

Оливия, широко раскрыв глаза, сказала:

– Она говорит правду.

Нинке, Эстер-Кано и другие сестры встревоженно переглядывались. Наконец Нинке сказала:

– Она говорит правду, нравится нам это или нет.

Подкрепляя свои слова, Валя использовала свой самый властный гортанный Голос:

– Мы больше не враги и не соперницы. Вы все примете меня как свою Преподобную Мать. Сегодня у нас новый император и новый Орден сестер. Помогите мне сделать нас сильней.

Нинке первая покорно поклонилась. Тогда все остальные правоверные сестры сделали то же самое, одни охотно, другие нехотя.

На сцене появился верховный священник в зеленом одеянии, на золотой подушке он нес бесценную императорскую корону. Толпа затихла. Рядом с первым шел второй священник, он держал огромный том – специальное издание Оранжевой Экуменистической Библии. Сальвадор первым использовал это новое издание на коронации, и Родерик намерен был поддержать традицию.

Высокий мужчина с глубокой ямкой на подбородке, верховный священник, встал за Родериком и поднял над его головой корону, а второй священник стал читать длинный отрывок из Оранжевой Экуменистической Библии. На Валю произвело впечатление, что этот человек может так долго держать тяжелую корону высоко над головой. Динамики разносили слова священника по всей площади и по всей Салусе. Церемонию транслировали и по всей империи.

Когда толпа начала волноваться, помощник священника наконец закончил:

– Империя – душа человечества, император – его сердце. Клянетесь ли вы, кронпринц Родерик, верно служить своему народу, чести и всей империи?

– Пока жив, – ответил Родерик и поклонился; эту сцену он отрепетировал.

Верховный священник возложил корону ему на голову.

– Да здравствует император Родерик Коррино Первый! Пусть твое правление сияет так же долго, как звезды!

Толпы на площади взорвались буйными рукоплесканиями и приветственными криками; возбуждение и облегчение были так велики, что Валя испугалась, как бы снова не начались волнения. Но на стратегических постах стояли императорские солдаты, вооруженные усыпляющими стрелами или канистрами со снотворным газом. Все сидевшие встали, а помощник священника прошел вперед по сцене и опрыскал собравшихся красно-железной священной пылью.

К вновь коронованному императору присоединились его жена Хадита и его уцелевшие дети, все в роскошных нарядах. Длинное ало-золотое платье Хадиты сверкало тысячами драгоценных камней. Принц Джавикко красовался в царском одеянии, обе его сестры – в одинаковых великолепных платьях.

Валя внимательно рассматривала нового императора, применяя все свои навыки, полученные во время обучения в Ордене, и заметила, что Родерик не рад новой роли и не стремится ее исполнять. Очевидно, он не будет наслаждаться роскошью и властью; это человек, который берет на себя обязанности и исполняет их. Он напряженно улыбался. Согласно прочитанным Валей отчетам, Родерик искренне любил брата, хотя народ Сальвадора не любил, и никакими славными деяниями прежний император не был знаменит.

После многих лет слабой власти положение империи было шатким и внушало тревогу. Император Сальвадор допустил серьезную ошибку, думала Валя, когда решил прибрать к рукам добычу пряности на Арракисе – непосредственно перед своим загадочным (и таким удобным) исчезновением. Несчастный случай? Убийство? Она не верила, что Джозеф Венпорт способен на такое.

Но «Венпорт холдингз» повторила заявление о продлении эмбарго для всех планет, подписавших клятву батлерианцев, и ходили упорные слухи, что директор Венпорт наращивает флот боевых кораблей. С какой целью?

Тем временем антитехнологический фанатизм по-прежнему буйствовал; Валя узнала, что последователи Манфорда захватили школу ментатов на Лампадасе. И что пропала Анна Коррино. Валя знала, что эта глуповатая скучная девица не в силах вынести трудностей, но зато из нее выйдет отличная заложница. Валя пожалела Анну, ведь она притворялась ее подругой, и Анна ей даже нравилась… но Валю интересовали более значительные вещи.

Времена теперь смутные. Валя знала, что сестры – и последовательницы Доротеи тоже – это отличный источник информации, и решила, что стоит потратить время на изучение подробностей, анализируя побуждения Родерика и заключенные им политические союзы. Если сестры отслеживали отдельные нити, то она, как Преподобная Мать, должна видеть весь ковер. Получив все необходимые сведения, она постарается, чтобы верных ей сестер распределили по важнейшим домам Ландсраада, где они будут давать вельможам советы в соответствии с общим планом, который разработает Преподобная Мать…

После коронации начались бесконечные приемы. Процессии организовывались заранее, но все равно казались случайными сборищами. Новый император терпеливо приветствовал сотни вельмож и придворных, среди прочих – сестер, которые подлетели к нему, как стая черных птиц.

Впереди, как положено Преподобной Матери, стояла Валя. Поклонившись, она представилась, не уверенная, что Родерик Коррино знает, кто она такая, хотя она уже бывала при дворе. К тому же он мог не знать, что на Россаке она взяла под свое крыло его сестру.

– Я Преподобная Мать Валя, глава Ордена сестер после смерти Преподобной Матери Ракеллы. Мои сестры здесь, чтобы служить вам, сир. Я буду регулярно летать с Салусы и Уоллач-IX и обратно, чтобы координировать действия.

Родерик как будто удивился.

– А где моя узнающая правду Доротея?

Валя поклонилась, избегая его взгляда.

– С прискорбием сообщаю, что она умерла на Уоллаче-IX, нанеся себе смертельную рану. Орден предоставит вам узнающую правду, даже несколько, если потребуется. Мы постараемся по возможности укрепить ваше правление. Наш объединенный Орден будет гораздо более могучим вашим союзником, чем прежний.

Родерик помолчал, потом сказал:

– Я продолжу расследование исчезновения моего брата, и мне может понадобиться много узнающих правду.

Валя кивнула и отошла, предоставив остальным сестрам поздравлять императора. Валя чувствовала себя сильной, довольной и уверенной в том, что грядущие поколения будут ее помнить – и не только как главу Ордена, но и как одну из дома Харконненов.

Используя свое быстро растущее влияние, она откроет для Харконненов двери Ландсраада. Может быть, император найдет должность для ее брата Данвиса.

Когда-нибудь, думала она, один из Харконненов может стать императором.

Убийство есть убийство, чем его ни оправдывай.

Убить императора не просто.

Во время полета с Колхара на Салусу Секундус – когда минуло достаточно времени после коронации, как требовалось, – Джозеф Венпорт объяснил Норме Сенве свои поступки.

Она помогла ему устранить императорский баркас на Арракисе, поскольку он сказал, что это необходимо, но Джозеф не был уверен, понимает ли она, почему он это сделал. Ее мысли и заботы были очень далеки от реальности, с которой приходилось иметь дело Джозефу. Однако теперь требовалось, чтобы она сосредоточилась на кризисе и поняла важность политического курса, намеченного им для империи.

Теперь, когда императором стал Родерик, человек разумный, презирающий Полу-Манфорда, можно было не опасаться наступления эры мракобесия.

На навигационной палубе, где его бабушка свертывала пространство, уводя корабль от Колхара, Джозеф стоял перед окном, из которого была видна вся Вселенная, и разговаривал с Нормой Сенвой. Та плавала в баке, полном оранжевого газа, и он не мог понять, слушает ли она его.

Когда сполохи северного сияния вокруг корабля прекратились и они вернулись в обычное пространство в системе Салусы, он повторил последние несколько фраз, но Норма его оборвала:

– Я все слышала и усвоила данные. – Ее тонкий голос доносился через передатчик. – Я хоть и стара, но все слышу.

Она могла помочь Джозефу спасти империю. Опасно некомпетентный Сальвадор вместе со своей свитой исчез в глотке песчаного червя; от фабрики пряности не осталось и следа, а благодаря Тарефу императорский баркас исчез в пространстве. Теперь, когда на трон взошел Родерик Коррино, у человеческой цивилизации появился шанс пережить темные века невежества – если Родерик согласится работать с Джозефом. Мрачное будущее, которое предсказывала Норма, переставало быть неизбежным.