уезжать, снаружи царил хаос. Конечно, монахи, которые пренебрежительно относились к мудрым животным, пребывали в страхе, хотя обычные люди всё ещё занимались своими обычными делами.
Зверолюди мстят только тем монахам, которые совершали бесстыдные поступки против мудрых зверей, но никак не вредят невинным людям.
С другой стороны, Ян Му, Сяо Бай и Сяо Хуан притворялись просто обычными людьми, которые немного знают о совершенствовании, они ни о чём не спрашивали и старались не приближаться к людям, чтобы не раскрыть себя перед людьми или перед зверолюдьми.
Когда Ян Му покинул гостиницу с двумя зверями, Ши Дисюань только что закончил борьбу и вернулся в общину мудрых зверей один.
Как только он вернулся к себе, первым делом Ши Дисюань должен был смыть кровавую ауру, а вторым делом — отправиться к Ян Му.
Его давно не было, и он не знал… как там Ян Му.
Ши Дисюань открыл дверь, ожидая увидеть Ян Му, сидящим на табурете. Когда он слышал, как открылась дверь, пара глаз феникса обычно холодно сверкала.
Но в реальности дом оказался пуст, а стол и табурет даже покрыты тонким слоем пыли, потому что ими уже давно никто не пользовался. Такая сцена заставила Ши Дисюаня решить, что не стоит больше выпускать Ян Му даже на прогулку. Он сжал кулак и повернулся, чтобы найти Сяо Хэя, который остался здесь.
— Где Ян Му? — когда Ши Дисюань нашёл Сяо Хэя, тот находился в большой группой зверолюдей и болтал. У всех зверей были счастливые улыбки на лицах. Все сияли и выглядели очень счастливыми.
Увидев Ши Дисюаня, все были удивлены, а затем радостно встали и сказали:
— Ван, когда ты вернулся? Почему ты не дал нам знать?
Их Ши Дисюань принёс им огромную радость. Они слышали, что ненавистные человеческие монахи, с которыми Ши Дисюань сражался на этот раз, бежали, и он смог освободить много невинных и бедных мудрых зверей. Как они могли быть несчастны.
— Позволь мне спросить, где Ян Му? — слепо сказал Ши Дисюань Сяо Хэю, просто кивнув зверолюдям.
Сяо Хэй посмотрел на короля, на его лице, которое всегда было спокойным и сдержанным, появилось чувство, похожее на тревогу. Сяо Хэй почувствовал, что принял правильное решение намеренно отпустив того человека.
Этот человек слишком много значит для короля, он не должен позволить этому человеку уничтожить жизни мудрых зверей и короля.
Он выпрямил лицо и только сейчас убрал улыбку. Увидев Сяо Хэя и короля в таком состоянии, окружающие заметили, что что-то не так, и убрали радость со своих лиц, молча стоя рядом с ними.
Сяо Хэй сначала поклонился королю, а затем неожиданно уставился в лицо Ши Дисюаня. Он сказал с некоторой грустью:
— Король, ты не можешь повлиять на будущую судьбу мудрых зверей из-за человека. Он человек, и он отличается от зверей… Более того… — он всё ещё ужасный человек, который захватил твоё семя.
Сяо Хэй не произнёс последнего предложения, потому что это было слишком пагубно для достоинства короля.
Окружающие звери увидели, что их король рассердился на Сяо Хэя из-за человека, и слова Сяо Хэя удивили их.
Ши Дисюань был величествен, как бог, в их сердцах, он был надеждой всех зверолюдей. Если он был околдован человеком, что станет с мудрыми животными?
Поэтому они опустились на колени вместе с Сяо Хэем и горько умоляли Ши Дисюаня.
Ши Дисюань посмотрел на стоящих перед ним на коленях зверей, и внезапно почувствовал легкую боль.
Не говоря уже о том, что Ян Му никогда не делал им ничего плохого, но они вредили ему снова и снова… Кроме того, он никогда не был мягок к людям из-за Ян Му.
Ян Му, возможно, даже не был человеком, а таким же мудрым зверем, как они.
Просто сейчас было неудобно рассказывать об этом. Он посмотрел на Сяо Хэя и сказал:
— Я оставил тебя здесь, потому что надеялся, что ты сможешь позаботиться о Ян Му и вовремя доложить мне, если что-нибудь произойдёт. — его глаза были тёмными, но выражение его лица спокойным, но это заставляло всех чувствовать себя ещё более напуганными.
Сяо Хэй задрожал и сказал:
— Я не хочу, чтобы он влиял на тебя.
Ши Дисюань посмотрел на Сяо Хэя, затем на зверолюдей, стоявших на коленях, долго молчал и вдруг тихо прошептал:
— Если я не хочу отпускать Ян Му, что ты сделаешь? Изо всех сил постараешься убить его?
Голос Ши Дисюаня был очень тихим, но звери на коленях всё равно отчетливо слышали его слова.
Сяо Хэй широко открыл рот:
— Король не может бросить своё племя только из-за человека. Более того, в племени мудрых зверей так много превосходных женщин-зверей. Зачем беспокоиться…
Сяо Хэй не договорил до конца, но Ши Дисюань всё понял.
Он просто слабо взглянул на Сяо Хэя:
— Ты подвёл меня. — оставив эту фразу, он махнул рукой и ушёл.
Он не бросит мудрых зверей, но и не откажется от Ян Му.
Если бы он действительно мог бросить Ян Му, то убил бы его сразу, как впервые поймал его. Если бы он действительно так легко сдался, то с того момента, как он узнал правду, он бы заставил Сяо Бая и Сяо Хуана остаться, а Ян Му бы просто вышвырнул отсюда.
Но как всё может быть так просто? Если всё так легко, то даже если он когда-нибудь освободит всех мудрых зверей, как он может быть счастлив?
Ши Дисюань вернулся в свою резиденцию, где Лао Лан, сидя на земле, о чём-то думал.
Увидев, что Ши Дисюань вернулся, он поднял голову, растерялся и внезапно бросился к нему.
Он с тревогой спросил:
— Сынок, позволь мне узнать, ты столько дней измерял пульс Ян Му, но выяснил ли ты что-нибудь? Он… беременен?
Видя, что его отец так встревожен, Ши Дисюань сначала отложил в сторону вопрос, который хотел задать отцу, и сказал:
— Есть некоторые отклонения в его пульсе и нижней части живота, но я уверен, что он беременен. В последнее пульс становится всё более и более заметным.
Услышав слова Ши Дисюаня, выражение лица Лао Лана не смягчилось, а стало ещё более обеспокоенным. Он сказал:
— В эти дни я был погружён в древние книги, не выходя из дома. Наконец, я нашёл некоторые подсказки. Если я правильно понял, Ян Му действительно мудрый зверь, но его сущность несколько особенная. Он не чистокровный зверь, а дитя человека и мудрого зверя.
- Да? — Ши Дисюань слегка поднял глаза — Дитя человека
