На то, чтобы подводные путешествия стали легкими, безопасными и результативными, понадобилось тридцать лет. Кусто быстро понял, что для долгого пребывания под водой без водолазного костюма нужен специальный аппарат. Свой первый акваланг он сделал из мотоциклетной камеры и коробки противогаза, наполненной химическим поглотителем, но чуть было не погиб при испытании. Еще не раз изобретатель оказывался на грани жизни и смерти, но в конце концов с помощью инженера Эмиля Ганьяна добился своего. «Подводное легкое» – хорошо известный теперь акваланг – было доведено до приемлемого уровня, а потом постоянно совершенствовалось.
Когда в мае 1940 г. фашистская Германия заставила Францию капитулировать, военно-морской флот, базировавшийся в Тулоне, оказался на неоккупированной территории, которой «управляло» марионеточное правительство в г. Виши. Кусто в это время служил в морской разведке, действовавшей против оккупантов. Командование предложило ему продолжить опыты, насколько это будет не в ущерб основной деятельности. Кусто занялся экспериментами, которые, кстати, служили неплохой маскировкой разведывательной работы.
В ноябре 1942 г. была оккупирована и «свободная зона»; Тулон заняли войска фашистской Италии – союзницы Гитлера. Французские моряки уничтожили флот, чтобы не отдавать его оккупантам. Кусто и его единомышленники, уже приобретшие некоторый опыт подводного плавания, решили снять фильм о затонувших судах. Но фашисты не пускали французов дальше зоны, выделенной для купальщиков; не подействовало даже письмо Международного комитета по исследованию Средиземного моря, который возглавлял итальянский генерал Таон ди Равель.
Положение изменилось, когда итальянцев сменили немцы. Как ни странно, гитлеровцы относились с большим пиететом к слову «культура», которое во время переговоров Кусто и его единомышленники использовали достаточно часто. Немцы позволили ныряльщикам действовать там, где им заблагорассудится. Ирония ситуации заключалась в том, что германское морское министерство тоже вело разработку подводного снаряжения. Кусто предполагал, что немецкие ныряльщики действуют где-то рядом, просто они еще не могли опускаться на глубину, доступную Кусто и его друзьям. Во всяком случае, французов с их снаряжением не обнаружили, и фильм «Затонувшие корабли» был благополучно снят. В свободной Франции он завоевал огромную популярность среди зрителей. Но не следует думать, что во время войны Кусто занимался только подводными работами: был, в частности, эпизод, когда разведчики проникли в фашистскую комендатуру и выкрали важные документы.
После освобождения Кусто назначили заведовать сборным пунктом в Марселе для возвращающихся на родину моряков. Однако, справедливо заключив, что эту работу может выполнять любой офицер, он показал свой фильм в штабе адмирала Андре Лемонье в Париже и получил разрешение на возобновление подводных опытов. А вскоре при военно-морском министерстве была создана специальная группа подводных изысканий. Министерство передало в распоряжение Кусто плавучую базу «Альбатрос», которая была переименована в «Эли Монье» в честь погибшего приятеля Кусто. На ней отрабатывали технику подводного плавания. Кроме того, на борту находились ученые. Они-то и помогли Кусто приобрести навыки исследовательской работы во время плаваний «Эли Монье» у берегов Корсики, Сардинии, Туниса, Марокко и в Атлантике.
Группа занималась не только совершенствованием оборудования для подводных плаваний и исследованиями, время от времени ее привлекали к выполнению других задач. Однажды, например, им было поручено поднять со дна тела летчиков, утонувших в результате авиакатастрофы.
Кусто не ограничился совершенствованием акваланга. Он понимал, что для подводных исследований шельфа[40] (а именно это входило в его планы) недостаточно индивидуального снаряжения. Прежде всего изобретатель-путешественник страстно хотел иметь настоящее исследовательское судно. С этим проектом он обратился к начальнику отдела кадров ВМС. Тот категорически отказал, а перелистав личное дело просителя, глубокомысленно заметил, что тому после 17 лет, проведенных в море, давно пора переходить на штабную работу. Кусто, быстро сориентировавшись, попросил дать ему отпуск для «устройства личных дел» и пообещал, что за это время представит государству хорошее исследовательское судно. Начальник согласился, но посетовал, что хороший офицер таким образом может испортить себе карьеру.
Денег на судно у исследователя, конечно, не было. Один из друзей посоветовал поискать спонсора среди состоятельных знакомых. В семейной адресной книге на первой странице значился некий мсье А., с которым семья случайно познакомилась в ресторане еще во время войны, но с тех пор не встречалась. К нему и решили обратиться. Давний знакомый свел Кусто с англичанином, который согласился оплатить и покупку, и переоборудование корабля. Нужное судно вскоре нашлось, и Кусто срочно оформил трехлетний отпуск. В приказе стояла формулировка: «В интересах национальной обороны», хотя ВМС не потратили на это мероприятие ни единого су.
Предназначенный на слом маленький (водоизмещением всего 360 тонн) военный тральщик после ремонта и реконструкции превратился в известный теперь всему миру корабль «Каллипсо», на борту которого во время длительных путешествий – сначала по Красному, Средиземному, Черному морям, потом и в Мировом океане – проводились исследования, снимались научно-популярные фильмы и писались книги, которые сразу становились бестселлерами.
Содержание корабля и проведение исследований стоили недешево. Экспедиции Кусто помогали деньгами Министерство просвещения, Главное управление французского кино, военно-морское ведомство, частные лица. Поступала помощь и «натурой»: так, прочитав книгу Кусто «В мире безмолвия», Ноэль Маклин, президент компании «Эдо» – ведущей фирмы США в области морской и авиаэлектроники – предоставил команде новейшую гидролокационную аппаратуру. Кроме того, для пополнения кассы проводились исследования по заказам. Например, компания «Д’Арси Иксплорейшн» предложила Кусто обследовать акватории ее концессии у берегов Абу-Даби – княжества на побережье Персидского залива.
Корпус судна пронизывал водолазный колодец. В плохую погоду ныряльщики могли без проблем вернуться на корабль. В носовой части была оборудована обсерватория для подводных наблюдений. Высокий наблюдательный мостик рядом с капитанским позволял осматривать поверхность моря и направлять движение судна. Кроме того, для нужд экипажа на «Каллипсо» была установлена винная цистерна из нержавеющей стали емкостью 1000 литров. Потребление вина на судне не ограничивалось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
