— Нет, — Игорь качнул головой. — Это вовсе не проблема. Но лучше все же, если вы сейчас скажете мне, кто это — и пойдете домой. Как можно скорее.
— Молодой человек, во-первых, вы обещали мне курицу в шоколаде. Во-вторых, мчаться с моими габаритами — неприлично. В-третьих, это высокий господин Франсуа Тален и ему что-то около восьмидесяти. Местный. Региональный куратор. Здесь — особенно южнее — есть варки и постарше, но мало кто идет в администрацию. Лангедок…
— Какой, к черту, молодой, я вам ровесник, если не старше. Охрана? Варки, люди? Численность? Вооружение?
— Варки и люди. Обычно трое и кучер. Два на два. Здесь спокойно. Здесь, если бы не другие варки, он мог бы и один ездить.
— Са бон, как говорят в этих местах, — Игорь выхватил комм и нажал кнопку экстренного набора. — Ребята, тревога. Тут местное начальство четверней гоняет. При кучере и охране. Может быть, охотится.
Карета показалась в конце улицы.
— Андрюха, мы в четырёх кварталах ниже по той же улице, где живет Алекто. Да бегите же! Пропал вечер.
— А не резать всех подвернувшихся вам старших вы не можете? — координатор «Свободной Луны» излучала хищное любопытство и вовсе не собиралась бежать, а, наоборот, явно собиралась наблюдать из партера.
— Да дался он нам — резать его без подготовки… Это только на крайний случай. Если что, постараемся его на варков списать. Ну, хотя бы в тень отойдите, а?
— Есть, — фурия встроилась в нишу и встала там как родная. Если бы кариатиды носили брюки и мешковатые пиджаки.
Карета остановилась. Бесшумно приоткрылась дверь — несмотря на стилизацию под XVIII век, экипаж был выполнен из современных легких материалов и снабжён всей необходимой автоматикой.
Высокий господин, выглянув из глубин салона, что-то спросил по-французски или по-окситански, Игорь не разбирался в этих тонких дефинициях.
— Извините, я не понимаю, — ответил он по-немецки.
— Я спрашиваю, чей ты, — повторил высокий господин.
— Я — сам по себе мальчик. Свой собственный.
Тонкие брови господина Франсуа сдвинулись, гладкий лоб прорезала единственная морщинка. Он был очень красив, этот господин Франсуа. Тут не только варковский метаболизм, но и порода. Точёный нос, высокий чистый лоб, большие глаза… Александр Блок — вспомнил Игорь. Вот на кого это мурло похоже, особенно в шляпе.
— Кто пометил тебя?
— Не знаю. Она мне не представилась.
Насколько Игорь был знаком с клановыми «понятиями», инкогнито неудачливой охотницы давало господину Талену право закончить дело. Но если бы он назвал имя, его могли и проверить.
— Подержанные вещи… — сказал варк, а потом по-французски обратился к Алекто.
— У неё есть пайцза, — сказал Игорь.
— Я спрашивал не об этом. Я не обеспокою вашу спутницу. В консервах есть своя прелесть. Заходите.
Игорь махнул рукой Алекто и шагнул вперед. Двое варков обыскали его — весьма поверхностно. Потом вспрыгнули обратно на запятки. Третий так и сидел на крыше, четвертый правил. В салон не сел ни один. Прекрасно. Прекрасно.
Двери закрылись, карета тронулась с места.
— Что меня больше всего восхищает в агнцах, — проговорил господин Тален, вынимая яблоко из хрустальной вазы, прикрепленной к стене кареты держателем в форме золотой сирены, — это способность к самопожертвованию. Хотите яблоко? Это из моего сада. Кто вам эта женщина? Жена, любовница, сестра, подруга? В любом случае ей ничего не грозило. Почему вы не попытались убедить меня в том, что принадлежите другой? Почему не солгали? Почему сели в мою карету — вы же знаете, что вас вынесут из неё только мёртвым? Почему вы не боитесь, в конце концов?
Игорь хрустнул яблоком.
— Я больше люблю сорт «гольден», — сказал он. — Бояться смысла нет. И я так подумал: если я не сяду в вашу карету — вы поедете дальше, и ваши орлы затащат в нее кого-то ещё. У кого совсем не будет никаких шансов.
— А у вас они есть? — улыбнулся варк.
— Сто из ста, — улыбнулся в ответ Игорь.
«Готовность два, — сказал Эней. — Мы впереди, сейчас снимем охрану».
— Понимаете, — Игорь уронил огрызок в пепельницу, выдернул из кольца салфетку, аккуратно вытер руки. — Австралийская коричневая змея, например, опасна не только тем, что смертельно ядовита, но и тем, что по окраске её часто не отличишь от ужа.
«Кончай выпендриваться, — сказал Эней. — Готовность один, сейчас дёрнет».
Варк неуловимо выхватил откуда-то пистолет — красивую старинную игрушку, двуствольный «деррингер».
— Серебро действует на людей так же верно, как и на нас, — сказал он. — И вряд ли ты быстрее пули.
Игорь поднял руки в старинном жесте сдачи.
— Я только одно хочу спросить напоследок. Вы и в самом деле увидели во мне «агнца»?
Тален удивленно вскинул брови.
— Большое спасибо, — сказал Игорь. — Вы сняли камень с моей души.
Наверху кто-то вскрикнул, что-то упало с крыши. Тален вскинул голову и пистолет, Игорь левой рукой рванул золоченый карнизец, на котором держалась занавеска. Карету сработали на совесть, человек бы разве что ткань разодрал, а тут трубка вылетела из стены с болтами, и дальний конец заехал Талену по плечу. Вообще-то недостаточно сильно, но выстрел (однако, успел) ушёл в сторону — и второй тоже, но это уже без всякого вмешательства со стороны Игоря — просто карета слишком резко остановилась.
Когда дверь распахнулась, Игорь заорал только, не видя, своим или чужим:
— Не лезь!
В тесном пространстве кареты размахнуться было негде — поэтому противники рвали и ломали друг друга, и Игорю весьма пригодились уроки Хеллбоя. Господин Тален был достаточно стар, чтобы не чувствовать боли, но и Игорь вошел в такой кураж, что не обращал внимания на свои раны. Роковую ошибку варк совершил, попытавшись ухватиться за шнурок, на котором висел подарок сестры Юли, серебряный образок Матери Божьей Грузинской. Освящённое серебро оставило на руке вампира ожог, варк завопил.
— Что, не нравится?! — проорал в ответ Игорь и, воспользовавшись паузой в доли секунды, ухватил врага за голову и со всей силой ударил этой головой в сирену с хрустальной вазой.
— Цитадель поднята по тревоге! Снитчи СБ в воздухе. Три минуты на отход! — крикнул Эней. — Кончай развлекаться!
Держа высокого господина в жёстком захвате правой рукой, Игорь протянул левую назад и принял рукоять стилета.
— Господин Тален, у вас есть пять секунд, чтобы покаяться перед смертью и умереть как человек. Скажите про себя: «Иисус Христос, сын Божий, прости меня, грешника». Раз. Два. Три. Четыре. Пять.
Стилет вошел варку в сердце. Игорь разжал правую руку и задом выбрался из кареты, напоследок вонзив нож в сиденье, чтобы счистить кровь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
