– Зелани – путь чувственности. Ты можешь передавать свою силу тому, кого любишь. – Селинор кивнул. – Вот почему Брофи сияет, как отшлифованный алмаз?
– Брофи сияет всегда.
– Да, да. Женщине вовсе не обязательно обладать магией Эффтена, чтобы осчастливить мужчину. – Он мотнул головой, отбрасывая со лба волосы. Шара искоса взглянула на брата Зимы. Больше всего ее удивило, что он чисто выбрит. Учитывая обстоятельства, она скорее ожидала бы встретить заросшего, бородатого безумца. Селинор нахмурился. – Я чувствую в тебе магию, но меня от нее не тошнит. – Взгляд его переместился на подвеску. – Ты не сестра, но носишь Камень?
– Его дала мне Беландра. На время.
– Понятно. Такой же у Брофи?
– Да.
– Теперь ясно. Это не я вас нашел, а вы меня.
– Наверное.
Некоторое время он пристально и молча смотрел ей в глаза.
Шара предпочла бы другой способ общения, но Селинор, похоже, не замечал ее смущения.
– Сестричка Бридеона всегда отличалась упрямством. Это она послала вас на север?
– Нет, так решил Брофи.
– Понятно. – И снова молчание. Он смотрел на нее так, словно задавал какие-то неслышные вопросы и получал такие же неслышные ответы. – В тебе нет порчи.
– Порчи? Как у тех существ, что вышли из моря?
– Вы их видели?
– Да. Я почувствовала их приближение еще до того, как они напали на солдат на берегу.
– Вам повезло, что им было кем заняться. Несчастные создания пропитаны злобой и ненавистью. Они противны жизни. Когда ты их видела, тебя не тошнило?
– Тошнило.
Он кивнул.
– Так и должно быть. Люди восприимчивые реагируют на них острее, чем другие. Это все оставил нам Эффтен. – Селинор сделал широкий жест рукой. – Зло, что ты чувствуешь в этом месте, всего лишь малая доля творения магов Эффтена.
– И это все из-за наследия?
Брат Зимы ответил не сразу. Шара не могла проникнуть в его мысли – Камень защищал Селинора, как защищал Беландру, Креллиса и других сестер.
– Да. Из-за наследия. Давно не слышал, чтобы ее так называли. Беландра сказала, что мы оберегаем?
– Только то, что это некое оружие огромной разрушительной силы.
– Верно. – Он вздохнул. – Ладно. Об этом потом. Расскажи мне об Огндариене. Как город? Как моя семья? Расскажи о моей семье.
– Ваша младшая сестра все еще заседает в Совете.
– И все такая же серьезная? Клянусь Переменами Года, мне так ни разу и не удалось ее рассмешить.
– Валлия не изменилась. Ученики шутят, что кончиком ее носа можно резать стекло.
Он рассмеялся.
– Да, всегда была такой. И наверняка одна, без мужчины.
– Я, по крайней мере, ничего такого не слышала. Хелена здорова, хотя и очень грустит. Все еще ждет, что вы вернетесь. Верит, что вы живы, хотя многие в Огндариене считают братьев погибшими.
– Да. – Селинор вздохнул и закрыл глаза. – Как бы я хотел вернуться.– Он снова посмотрел на Шару. – Расскажи мне о сыне.
– Ваши старшие отправились на поиски. На север. Они…
– Я знаю. Мои старшие мальчики погибли, защищая дитя. Расскажи мне о младшем. О Селидоне.
Шара облизала губы. Помедлила. И Селинор понял. Увидел правду в ее глазах. Опустил голову.
– Надо бы привыкнуть, а вот… – В глазах блеснули слезы. Он моргнул. – Ах, Шара… Но ты принесла надежду. Пусть даже недолгую… мимолетную. Увидеть вас двоих, таких молодых, ярких, счастливых… Ты не представляешь, какое это облегчение. – Он протянул руку, дотронулся до ее щеки. – Расскажи, как… как умер Селидон.
– Селидон принял испытание. – Шара запнулась, почувствовав боль брата Зимы. – Беландра считает, что его предал Креллис.
– Вот оно что.
– Вы знаете о Креллисе?
– Я знаю о нем.
– Беландра думает, что в смерти Селидона виноват он.
– Нет. Поверить в виновность Креллиса легко, но все решила слабость самого Селидона. Не важно, кто рядом с тобой на испытании, друзья или враги. Жить или умереть – зависит только от силы твоей воли. – Он снова закрыл глаза. – Испытание Камнем каждый проходит в одиночку.
Шара взяла брата Зимы за руку и попыталась забрать его боль. Селинор поднял голову. Зеленые глаза блеснули.
– Спасибо. Не знаю, что ты делаешь, но это помогает. Магия Зелани?
– Да.
– Ты ведь не из детей Перемен Года?
– Я из Фарадана, но теперь мое сердце принадлежит Огндариену.
– Понимаю. Такое со многими случается. Огндариен – особенный город, он пленил не одно сердце.
Ей не хотелось об этом говорить, но слова выскочили сами собой.
– Огндариен в осаде. Мы пришли на север за помощью.
– На чью помощь вы рассчитываете?
– Империи.
Селинор поднял брови. Настроение его моментально переменилось.
– С какой стати Огоггим будет помогать Свободному городу?
– Им нужно то, что вы бережете. Император считает, что мы можем привести его к тайнам Эффтена.
– Вот как. И вы пришли сюда, чтобы убедить меня пойти на сделку с императором?
Шара кивнула.
– Да. Без союза с Огоггимом Огндариену не продержаться. Против нас Фарадан и Физендрия.
– Понятно, – невесело протянул он.
– Я знакома с их посланником, отцом Льюлемом. Хороший человек. Если бы вы поговорили с ним, возможно, нам удалось бы заключить союз.
– Вы надеялись, что мы доверим Огоггиму хранение наследия Эффтена? Променяем его на помощь Огндариену?
Она кивнула.
Селинор помолчал, потом качнулся вперед, поднялся и протянул руку.
– Идем. Почему бы тебе самой не взглянуть на наследие? А потом скажешь, отдавать ли его империи даже ради спасения Огндариена.
Они поднялись чуть выше по склону, и Селинор остановился перед входом в пещеру.
– Там костер, – сказал он, указывая на завал из камней. Чтобы пробраться в пещеру, надо было встать на четвереньки.
Шара неуверенно посмотрела на брата Зимы.
– А что еще?
– То, что вы ищете.
Не говоря больше ни слова, он повернулся и зашагал прочь. Девушка пригнулась и попыталась заглянуть в пещеру. Темно. Внутри как будто заворочалось что-то тяжелое. Пришлось зажмуриться и отвернуться. Под каменными сводами скрывалось что-то мерзкое, отвратительное и ужасное. Это что-то уже гудело в крови, проникало в кости, подгоняло сердце. Потом из темноты донеслись слабые тренькающие звуки, напоминавшие мелодию из давно ушедшего детства. Мелодию, под которую мать укладывала ее спать.
Если ключ к спасению Огндариена там, она должна войти туда и сама все увидеть. Сглотнув кислую желчь, Шара опустилась на четвереньки и вползла в пещеру. Лаз быстро расширился, и она без труда добралась до горевшего у задней стены подземелья небольшого костра.
Сидевшая на камне смуглая темноволосая девушка в лохмотьях безостановочно крутила ручку небольшой серебряной шкатулки, которая лежала у нее на коленях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
